Ниневия, Новый Орлеан и Град земной (Города, в которых мы живем)

Д-р Альберт Мохлер, The Christian Post.

Города не стоят вечно, особенно те, которые построены в опасных местах. Остальные же обречены на постепенное разрушение временем или людьми. Это верно по отношению к современному Новому Орлеану, тоже можно сказать и о Ниневии, Тире, Вавилоне и многих других городах, которые давно сравнялись с землей.

Фотографии Нового Орлеана – битые стекла, погнутые металлические конструкции, затопленные улицы и заброшенные дома говорят о том, как непрочны и недолговечны города. И все же картины разрушений, нанесенных природой, бледнеют перед картиной полного нравственного упадка, последовавшего за катастрофой. Царящее беззаконие в городе, мятеж и погромы, нападения на спасательные команды указывают на хаос и анархию, лишь прикрытые пленкой цивилизованности.

Христиане меньше всех должны удивляться этому. Ведь нам говорили о хрупкости цивилизации, и мы знаем, что история в становлении и падении империй, народов и городов отражает Божий суд.

Августин, великий теолог Северной Африки, представил интерпретацию истории с позиции христианства в своем монументальном труде «Град Божий». Работая в то время, когда Рим был завоеван племенами вандалов, Августин предложил христианский взгляд на историю и ее значение.

По слова Августина, христиане должны смотреть на историю в рамках понятия о двух городах – земного и небесного. Земной город, Град Человеческий, служит идолам власти, богатства и удовольствия. Его изначальный основатель – Каин, который, согласно Книге Бытия 4:17, «построил город». Город Каина – и города-последователи – преходящие памятники человеческим достижениям и гордости.
Да, христиане принадлежат граду земному. Но, как становится ясно из Нового Завета, мы также полноправные граждане царства небесного – Града Божьего. Как писал Августин: «Мы узнали, что существует Град Божий, и стремимся стать его гражданами».

Августин понимал, что два города представляют две разных веры, две разных любви и две разных жизни. Эти два города представляют две разные судьбы. Земной город связан с вопросами человеческой славы и удовольствия. Град Божий, воплощенный в наше время в Церкви, это вечный город, целиком посвященный Божьей славе. Земной город подвержен разрушению. Божий город вечен.

Земной город выглядит надежно, но он исчезнет. Это становится особенно ясным при взгляде на развалины Нового Орлеана. Нерушимые, казалось бы, здания могут очень быстро рассыпаться в прах. Учреждения и организации, составляющие структуру самой цивилизации, легко исчезают. Анархия уничтожает порядок и цветущие сады превращаются в руины. Нас окружают развалины жизни, некогда полной уверенности. История – это тропинка между ними. И мы созерцаем эти руины с романтическим настроением или философски, но никогда не боимся того, что произошло.

Христиане понимают, что страх – это та реакция, которую должны вызвать события в Новом Орлеане. Как говорил Августин: «Град земной не будет стоять вечно, когда он подвергнется наказанию, он больше не будет городом. Он несет выгоду этому миру и свое участие в нем он празднует со всей доступной ему радостью. И поскольку, это не тот вид выгоды, который свободен от крушения планов и надежд тех, кто очарован им, град земной, в общем, разделен внутри себя тяжбами, войнами, битвами, стремлением к победам, что несет им всем смерть или, по крайней мере, обрекает их на смерть.»

Города строятся на века, но еще ни один из них не просуществовал на протяжении всей истории человечества. Вместе с тем, ни один современный земной город не выдержит суда, который свершится в будущем. Действительная непрочность городов – жестокий факт. Мы столько вкладываем в них. Мы верим в них, как в наше будущее. Мы измеряем их величие готовностью делать жертвы сегодня для будущей славы, или – более альтруистично – для блага будущих поколений. Мы восхищаемся теми из них, которые подвержены опасностям. Одним из ярких примеров является Венеция – каменный город, построенный на воде, обреченный утонуть, или Сан-Франциско, построенный и перестраиваемый постоянно, невзирая на топографию местности, или Токио, постоянно испытывающий на себе землетрясения и тайфуны.

Даже короткий обзор человеческой истории говорит о многом. Августин писал «Град Божий» как христианскую интерпретацию истории, которая стала необходимой после падения Рима. В начале эры христианства в Риме проживал свыше одного миллиона человек. Когда в 410 г. вестготы разорили Рим (а потом, в 455 г. за ними последовали остготы), столица Римской Империи пала – и это было великое падение.

К концу пятого века в Риме проживало только сто тысяч человек – богатые переехали в Константинополь и в другие безопасные города. Столица, называющая себя «вечным городом», превратилась в заброшенные руины. В шестом веке византийцы и готы отбивали друг у друга город три раза, и его население сократилось до тридцати тысяч человек, сгруппировавшихся за Тибром, так как акведуки были разрушены и питьевые фонтаны иссохли. Падение Рима сейчас представляется одной из величайших катастроф в истории западной цивилизации.
Помните, что Августин говорил, что два города созданы двумя видами любви. Он писал своим друзьям-христианам: « Град земной был создан человеческим себялюбием, стремящимся продемонстрировать презрение к Богу, а Небесный Град – любовью Божией, простирающейся вплоть до презрения к себе. И действительно, град земной прославляет себя, Небесный Град прославляет Господа. Первый ищет славу человеческую, второй находит высшую славу в Боге, что служит свидетельством чистой совести. Увы, нас чаще привлекает второй вид любви, и мы прельщаемся градом земным».

Августин был абсолютно уверен – и абсолютно прав, — подчеркивая непродолжительность земного града, и преходящую силу его любви. Только Небесный Град стоит вечно, а все земные города последуют за Ниневией, Тиром, Вавилоном и многими другими городами, давно исчезнувшими с лица земли.

Когда-нибудь, если только день Последнего Суда не наступит раньше, Новый Орлеан, Париж, Лондон и все города, которым мы сейчас знаем, превратятся в пыль или скроются под водой.

В гуще этой жизни церковь, представляющая Град Божий, должна быть начеку. Иеремия, один из великих лидеров церкви после падения Рима задавал неправильный вопрос: «Что станет с церковью теперь, когда Рима больше нет?»

Град Божий представлен везде, где есть церковь, и церковь сохраняется силой Господа. Христиане должны понимать разницу между земным городом и Небесным Градом, понимать то, что все земные города падут, и только Град Божий останется. В то же время, мы должны молиться и просить Господа сохранить град земной до тех пор, пока не придет Его царство.

Добавить комментарий