Божественная наука

Владимир Соболь

Что важнее для современного человека — Божественное откровение или научный закон? В спорах на эту тему чаще всего пытаются столкнуть теорию Чарльза Дарвина и Библию

Немецкий физик Макс Планк, основатель квантовой теории, один из величайших умов прошлого столетия, в мае 1937 года выступил в университете города Дерпта (нынешний Тарту) с лекцией «Религия и естествознание».

«Может ли человек, получивший естественно-научную подготовку, быть одновременно и истинно религиозным человеком?..» — так Планк сформулировал основную проблему, что побудила его выступить перед публикой. И разрешил ее положительно, объяснив аудитории, что да, может, и, более того, даже обязан, если он, этот человек, озабочен не одним своим приземленным существованием.

Лекция великого физика по сей день неизвестна широкому российскому читателю. На русском языке ее опубликовали в журнале «Вопросы философии», широко популярном лишь в узко профессиональных кругах, да к тому же только в 1990 году, когда все мы были озабочены совсем иными проблемами. Теперь мы начинаем припоминать, что человек жив не хлебом единым и соображения великого физика, уверен, так же существенны, как семь десятилетий назад.

Меня порадовало прежде всего начало лекции, в которой Планк цитирует вопрос, который Гретхен задает Фаусту. Для таких людей не существовало оппозиции: физики — лирики. Он цитирует Гете, он цитирует Канта, он, разумеется, прекрасно осведомлен, чем же занимаются его коллеги. И он с почтением относится к религии, любой, не только христианской. Считает, что цель истинно религиозного человека — найти согласие с высшей силой, которая разумно управляет Вселенной. Указывает, что атеизм убивает «не только ценные сокровища нашей культуры, но, что еще ужаснее, — надежды на лучшее будущее…»

А что это будущее существует и, возможно, в самом деле предпочтительнее нашего настоящего, Макс Планк убежден именно как физик ХХ века. Он объясняет публике один из фундаментальных законов современного естествознания — принцип наименьшего действия. В частном случае он формулируется так: «из всех траекторий… свет всегда выбирает как раз ту, для прохождения которой ему… требуется меньше всего времени…» Помню, еще третьекурсником Политеха я был поражен, узнав об этом законе. Ведь он означает, что свет знает, куда ему надо прийти. Еще начиная свой длинный путь, фотон видит точку, в которую попадет через биллионы лет и биллионы километров пути! То есть цепочка причин и следствий движется не только из настоящего в будущее, но и опрокидывается из будущего в далекое прошлое. Следовательно, можно предположить, что Вселенная обнимается неким надмирным разумом, который содержит в себе разом и Пространство, и Время.

Более того, насколько я понимаю, современная физика выдвигает еще один принцип разумного отношения к миру: принцип дополнительности. Вместо того чтобы спорить бесконечно о природе света — частичка он или волна — предлагается принять, что он может быть и тем, и этим в зависимости от обстоятельств. Вместо разделительного союза «или» вводится соединительный «и».

Также и нам не стоит упорствовать, споря: наука или религия. Тем более что попытки иных антидарвинистов добиться, чтобы в школах учили «не по науке, а по Библии», чаще всего продиктованы желанием поменьше корпеть над учебниками. К слову, этим непримиримым лучше бы остудить свой пыл: Закон Божий в царской России считался одним из самых трудных предметов.

Так что сойдемся лучше на том, что оба подхода могут уживаться в одном человеке. На это указал и Планк в конце своей дерптской лекции: «Следует неутомимо и непрестанно продолжать борьбу со скептицизмом и догматизмом, с неверием и суеверием, которую совместно ведут религия и естествознание, а целеуказующий лозунг в этой борьбе всегда гласил и будет гласить: «К Богу!»

«НЕВСКОЕ ВРЕМЯ»

Портал-Credo.ru

Добавить комментарий