Бог и право

Игумен Вениамин (Новик)

 

Ибо мы знаем, что закон духовен
Апостол Павел (Рим 7,14)

Народ, имеющий плохое представление о Боге, будет иметь плохое государство, плохие законы. Г. Гегель


Право по глубочайшей своей внутренней природе – не государственного происхождения, не государством оно дается, распределяется и санкционируется, и поэтому только и может быть речь о правах неотъемлемых, не подлежащих утилитарной расценке.
Николай Бердяев

Не секрет, что верующие люди часто бывают равнодушны к юридическим, политическим, социальным вопросам. Почему-то считается, что всё это бездуховно. Но дело в том, что именно в этих сферах часто нарушается справедливость, этические нормы. Из-за того, что это нарушение происходит в обезличенной форме (как бы сама система «виновата»), религиозная оценка таких нарушений затрудняется, поскольку не очень понятно, кто нарушает заповеди.

Право силы и сила права

Все, вроде бы, на словах согласны, что должно быть не право силы, а сила права. Иногда вспоминают слова св. Александра Невского: «Бог не в силе, а в правде».

Право силы в своей основе — биологическое. Его описывает эволюционный принцип дарвинизма: выживает сильнейший. Это даже не право, а определенная закономерность, закон природы, по которому лев поедает оленя, а не наоборот. Для биологического уровня, в поврежденном грехопадением мире, это естественно.

Однако человечество выдвинуло и другой принцип: принцип справедливости, который напрямую не связан с витально-биологическими и агрессивно-милитаристскими характеристиками субъектов. Одно из его самых ранних выражений находится в кодексе законов вавилонского царя Хаммурапи (XVIII в. до Р.Х.): «закон нужен для того, чтобы сильный не обижал слабого». Этот принцип связан с понятиями добра и зла как универсальных (всеобщих) принципов, с системой этических ценностей, представлением о должном и недолжном. Эти представления отражены в основных заповедях мировых религий: не воруй, не убивай, не причиняй ущерба и т.п. Вроде бы, это общеизвестно. Теоретически с этими заповедями все вроде бы согласны. Более того, необходимость соблюдения этих заповедей зафиксирована в основах юридического законодательства.

Но как только мы затронем духовные основания этих заповедей (философию права), то обнаружатся значительные разномыслия и даже разночувствия людей. Вопрос о понимании права сводится к изначальной системе ценностей: к основному вопросу философии: что важнее – дух или материя? Что есть человек? Если важнее материя, то естественно подавлять всех материально слабых и очень естественно, например, «кулачное право» во всех его разновидностях. Это и есть естественное право (точнее говоря: закон) для животного мира.

Если же важнее духовное начало, в том числе и в человеке, то материальные характеристики человека как субъекта права уходят на второй план, а на первом месте оказывается человеческое достоинство (образ и подобие Божие), которое не поддается материальному измерению. Именно при таком подходе возникает идея правового равенства всех людей. Появление такого понимания права (сила права) можно назвать настоящим чудом. Конечно, такое чудо возникает не само по себе. Оно возможно, если достаточно большое число людей верят в примат моральных ценностей над грубой силой, верят в возможность элементарной справедливости. Если грубая сила побеждает сама по себе, непосредственно и «естественно», то моральные ценности могут превалировать только при соответствующей системе моральных ценностей, частично охраняемой законом. В основе такой системы находится уважение к достоинству человеческой личности, к ее правам.

Это ясно выражено во «Всеобщей Декларации прав человека» (1948), положенной в основу многих конституций. Упрощенно говоря, в основе такой законодательно-правовой системы лежит вера людей в победу (пусть и неполную) добра над злом на земле. Добро и зло при этом понимаются не субъективно, а как объективно значимые общие понятия (универсалии). Такая вера является важным аспектом веры в Бога. Верить в Бога означат верить в объективную силу добра, не считать добро лишь чьим-то субъективным расположением души. Никакая наука не покажет, чего на земле больше: добра или зла, и что должно возобладать. Религия вдохновляет людей двигаться в сторону добра, преодолевая препоны зла. Это и есть настоящий духовный реализм. Именно он является основой правового сознания.

Для правового государства насилие является не главным, а вспомогательным принципом. Насилие применяется государством в рамках закона лишь в отношении нарушителей законов. О людях, интуитивно стремящихся к торжеству права справедливости над правом силы хорошо сказано в самой Библии: «когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то этим показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, оправдывающие одна другую» (Рим 2, 14-15).

Такой закон тоже стоит на страже права, которое в западной мысли получило название «естественного права». Это уже не биологическая естественность (при которой надо давить слабого), а совсем другая – человеческая. В нас есть биологический уровень, но он должен быть подчинен более высокому человеческому началу, которое в свою очередь должно признать объективную значимость принципа добра, укорененного в Творце вселенной, Вселенском разуме, Логосе – Боге. Естественное право, как уже было упомянуто, доступно и язычникам (Рим 2,14-15).

Библейские основы правового государства

Господь Бог создал Вселенную и установил законы — физические и нравственные [1]. Если физические законы срабатывают автоматически, то исполнение нравственных законов зависит от людей, от их нравственных и, соответственно, волевых усилий. Библия, таким образом, говорит не только о том, что есть, но и о том, что должно быть.

Злые помыслы, следующие за ними злые поступки и всяческая неправда исходят из сердец человеческих (Мф 15,19). Таким образом, сам человек или группа людей способны стать источником зла для себе подобных. Это, в свою очередь, может приводить к конфликтам как на межличностном уровне, так и на уровне общественном, когда человек сталкивается с противостоянием организованных групп. Носителями зла нередко оказываются даже государства, и история знает такие примеры. Институциональные злодеяния против личности можно назвать социальным грехом.

Социальный грех и вызванное им социальное зло проявляется в несправедливом устройстве общественной жизни, в неправедном порядке вещей, в коррумпированности чиновничества, в массовых предубеждениях (например, в ксенофобии) и т.п. Социальный грех связан с извращением важнейшего для жизни общества понятия справедливости. Справедливость – это правда в её практическом выражении. Правда и справедливость говорят о том, что должно быть, и должное могут устанавливать сами люди. Для этого Господь учреждает земные суды и побуждает нас противостоять таким образом злу. Избрание Авраама производится для того, чтобы его потомство творило правду и суд (Быт 18,18-19). Иисус Христос позже не отменяет суд как юридическое установление. Он отрицает лишь некоторые фарисейские способы морального осуждения; показательно, что именно такие приемы законники впоследствии использовали против Него Самого. Согласно классическому определению св. Фомы (†1274) справедливость состоит в «постоянной и твердой воле отдавать Богу и ближнему то, что им подобает». Это означает не только буквальное понимание и выполнение заповедей Божиих, но и понимание характера этих заповедей, их направленности, осознание заповедей как принципов, которыми нужно руководствоваться в поведении.

В Священном Писании Ветхого Завета особенно много заповедей, предписывающих следовать правде и поступать по справедливости. Сам Господь именуется Богом правды (Ис 30,18). Именно Он утверждает справедливость (Пс 98,4). А пророк Малахия прямо называет Господа «Солнцем правды» (Мал 4,2). Не стоит бояться одиночества, если правда на твоей стороне, а точнее говоря, если ты на стороне правды: «Не следуй за большинством на зло, и не решай тяжбы, отступая по большинству от правды» (Исх 23, 2). Если мы за правду – значит мы с Богом. Об это исключительно важно помнить судьям: «Даров не принимай; Ибо дары зрячих делают слепыми и извращают дело правды» (Исх 23, 8). Особое внимание в Ветхом Завете уделяется правам социально незащищённых людей: сирот, вдов и пришельцев (Исх 22,21-22; 23,9; Ис 10,1-2; Иер 22,3). Необходимо заметить, что ветхозаветный закон обязует защищать от несправедливости не только своих родственников. Моисей подал человечеству пример настоящего правозащитного действия, когда вступился за иноплеменных незнакомых ему женщин, обиженных у колодца пастухами (Исх 2,16-17). Многие живые существа защищают своих детёнышей, но только человек способен защищать других, исходя не только из родственных побуждений, а из принципа правды, которую нужно отстаивать.

Слово «правда» встречается в русском переводе Библии более 200 раз. Слово «справедливость» с его производными – десятки раз. Таким образом, это важнейшие понятия Божественного Откровения. Нам не только благовествуется спасение в эсхатологической перспективе, не только предписывается необходимость личной праведности, но и вменяется ответственность за происходящее вокруг. Заповедь любви побуждает искать добра для всех окружающих нас людей, на всех уровнях. Благодать восполняет закон, но не отменяет его: мы живем в падшем мире, и далеко не все люди в христианскую эпоху стали святыми, живущими исключительно по благодати. Это означает, что призыва к доброделанию, следованию правде Божией, обличению всяческой неправды также никто не отменял. И праведников по-прежнему гонят. Сегодня, например, увольняют, а иногда и убивают честных журналистов. Но с «жаждущими правды» Господь. Из девяти заповедей блаженств (Мф 5,1-12) две посвящены правдолюбцам. Им обетовано Самим Христом: «Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мф 5,6). О том же учит апостол: «Но если и страдаете за правду, то вы блаженны» (1 Петр 3,14). Сам Христос прямо говорил о том, что Его ненавидят за обличение неправды и зла этого мира (Ин 7,7). Он открыто свидетельствовал о неправедных делах первосвященников (греч. архиереев) и старейшин (греч. пресвитеров). Наряду с обвинением в лжемессианстве Христу было предъявлено и политическое обвинение (Ин 11,47-50). Более того, Сам Спаситель предсказал, что так же будут гнать и Его последователей (Ин 15,20).

Не слишком ли грустная открывается нам перспектива? Конечно, нет! Ибо сказано: «Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное» (Мф 5,10). Если мы верим во Христа, то должны верить и Его обетованиям. Конечно, дело не только в награде. Если мы любим Бога, мы должны любить и Истину во всех её измерениях, должны следовать Истине, ибо Бог есть Истина (Ин 14,6). А социальное измерение Истины есть справедливость.

Наконец, очень важно заметить, что следование принципу справедливости, как и вся полнота нашей жизни, имеет, согласно Св. Писанию, религиозный смысл. В наше время узких специализаций проблема установления социальной справедливости как бы делегирована государственным учреждениям. Но государство не Бог, это совокупность чиновников, которые могут очень ошибаться. Поэтому совестью нации государство быть не может. На эту роль больше подходит общественное сознание в целом, носителем которого является гражданское общество, включающее в себя и религиозные организации. Религиозные организации, как и все некоммерческие негосударственные организации, отделены от государства, но не отделены от общества. Поэтому голос Церкви, народа Божия, верующих должен помогать людям различать добро и зло во всех сферах жизни, побуждать их не только к нравственной жизни и личной благотворительности, но и к заботе о справедливом устроении общества. Священнослужители не участвуют в политике на профессиональной основе, но миряне вполне могут быть членами политических партий, государственных ветвей власти.

В Библии не упоминаются такие термины как «правовое государство», «права человека», «гражданское общество». В политической культуре того времени ещё не было таких слов. Но отсутствие слов не означает отсутствия реалий. На то нам и даны от Бога сердце и голова, чтобы вывести из духа Библии соответствующие нравственные императивы. Дальнейшее – за нашей верой и мужеством. Христос нас призывает: мужайтесь (Ин 16,33).

[1] Кроме вышеупомянутых, были даны и богослужебно-ритуальные законы (в основном для Ветхозаветной религии). Нравственные законы (самые основные) частично закреплены в юриспруденции.

 

Сова

Добавить комментарий