Христианское душепопечительство

1 Свобода или рабство воли

1.1 Философско-догматическое понимание вопроса

Представители различных психологических школ занимали диаметрально противоположные позиции в отношении способности человека самостоятельно принимать осознанные решения [2, с. 41-42 и др.]. Так, для Фрейда человеческие поступки и эмоциональные состояния диктуются бессознательными побуждениями. Скиннер утверждает, что человек управляется внешними стимулами и подкреплениями. В противоположность этому когнитивное и гуманистическое направления отстаивают возможность человека самому принимать решения, созидать свою жизнь, расти как личность.

Для христиан этот вопрос осложняется осознанием зависимости человека от Бога при неспособности осознать меру, глубину этой зависимости. Широко известны позиции Пелагия, утверждавшего полную свободу человека; Кальвина и Лютера, утверждавших рабство воли человека и неспособность сделать что-либо хорошее, угодное Богу, или даже пожелать этого самостоятельно; и позиция Арминия, компромиссная между этими двумя. Мы не станем сейчас вдаваться в богословские тонкости этого вопроса, а лишь только обратим внимание, что христианский душепопечитель не может не учитывать фактор воли Божией в жизни подопечного, его неспособность без благодати решить духовные проблемы, его изначальную греховность. Но, говоря о душепопечительстве, практикуемом в церкви, мы будем считать, что вопрос обретения спасения уже решён положительно как подопечным, так и самим душепопечителем.

1.2 Локус контроля

В какой мере человек осознаёт, что происходящее с ним находится в его руках, и он способен управлять собой и влиять на то, как его воспринимают значимые для него люди? Или он считает, что его жизнь управляется извне случаем, внешними силами или более могущественными людьми? В психологии эта характеристика личности называется «локусом контроля». Для измерения локуса контроля разработан тест, при помощи которого испытуемый оценивает в какой мере утверждения типа: «В конце концов, к людям относятся так, как они этого заслуживают» или, напротив — «К сожалению, как бы человек ни старался, часто его достоинства остаются непризнанными» отражают его взгляд на жизнь [2, с. 420]. Майерс показывает, насколько в более выгодном положении оказываются люди, которые верят в то, что удачи и неудачи определяются их собственными действиями и способностями: «Те, кто отнесёт себя к людям с внутренним локусом контроля, с большей вероятностью хорошо учатся в школе, бросают курить, пользуются привязными ремнями, используют контрацептивы, сами решают свои семейные проблемы, зарабатывают много денег и отказываются от минутных удовольствий ради достижения стратегических целей» [7, с. 75]. В связи с этим, необходимо задуматься, на какой богословской базе (Кальвинизм, Арминианство) должен находиться христианин, чтобы быть хорошим душепопечителем? Некоторые считают, что душепопечителем может быть только христианин, твёрдо убеждённый, что однажды обратившийся к Богу человек навсегда спасён, т. е. душепопечитель должен быть крайним кальвинистом. Но приводимые здесь доводы свидетельствуют о ценности арминианской позиции в богословии и в жизни, если роль душепопечителя не сводится лишь к реанимации верующего после грехопадения.

Когда человек чувствует, что не способен влиять на события, что вопреки его желаниям и усилиям события развиваются по своей неумолимой логике — он может отказаться от усилий влиять на них. Это называется «приобретённая беспомощность». Когда подопечный (возможно, не без неумелой помощи душепопечителя) становится пассивным перед «волей Божией», воспринимаемой как Рок, «смиряется» — в действительности просто ломается — это пример плохого душепопечительства. Смирение должно быть зрелым — осознанным, добровольным и активным. «В больницах «хорошие пациенты» не звонят в звонок, не задают вопросов, не контролируют то, что происходит…Такая пассивность может быть хороша для «эффективности» госпиталя, но плоха для людей. Ощущение силы и возможности контролировать свою жизнь способствует здоровью и выживанию. Потеря контроля над тем, что делаете вы, и что другие делают для вас, может привести к неприятным, стрессовым  ситуациям…Пациентам, которых обучили верить в свою возможность контролировать стресс, требуется меньше болеутоляющих и седативных средств, а медперсонал считает их менее тревожными». Далее Майерс приводит эксперимент, проведённый в престижном доме престарелых: «Для лечения пациентов выбирался один из двух методов. В речи, обращённой к одной группе пациентов, доброжелательный персонал подчёркивал: "Наша обязанность — сделать так, чтобы вы могли гордиться этим домом, и были счастливы здесь". Они рассматривали пациентов как реципиентов, готовых пассивно принять преисполненную благих намерений и сочувствия заботу. Спустя три недели многие оценили своё состояние как близкое к истощению, такова же была оценка интервьюеров и персонала». Противоположный результат наблюдался у другой группы (93% через три недели стали более бодрыми, активными и счастливыми) после того, как этим людям говорили о возможности выбора, о возможности влиять на обстановку и ответственности за свою судьбу [7, с. 76-77].

Психотерапевт, следовательно, заинтересован в том, чтобы его пациент взял ответственность в свои руки и научился управлять событиями. У душепопечителя задача сложнее. Ведь христиане — это люди, верящие, что их локус контроля — вне их. Однако, это не судьба, не случайность, не какие-то могущественные люди, это — благой, всевидящий Бог. Поэтому необходимо ещё определиться в вопросе, что же имел в виду Павел, когда говорил: «Бог производит в вас и хотение и действие по Своему благоволению» (Фил 2:13)? Применительно к душепопечительству этот вопрос (вопрос глубины детерминизма поведения христианина) мы считаем неисследованным, однако полагаем, что приведённый текст относится только к темам спасения и водительства в каких-то глобальных жизненных ситуациях.

Осознание того, что всё в Божиих руках может стать отрицательным фактором — когда человек сваливает на Бога свои неудачи, оправдывает свою пассивность или ропщет. Однако это осознание должно быть положительным фактором, когда человек освобождается от излишнего страха и напряжения, принимает обстоятельства своей жизни с благодарностью, когда ему просто интересно жить. Он учится понимать слова Христа «Се Я с вами во все дни до скончания века» (Мф 28:20). Душепопечитель должен помочь подопечному сформировать позитивное отношение к воле Божией. Он может показать, как его собственная покорность Богу основывается на примере послушания Иисуса Отцу, и каким богатством эта покорность для него является.

1.3 Отношения душепопечитель — подопечный

Как мы помним, в клиент-центрированной терапии принятие решений и вся ответственность за лечение возложены на пациента. Консультант даже не даёт советов — не консультирует в общепринятом смысле слова (см. п. 2.6.2). А как складываются взаимоотношения подопечного с душепопечителем? Часто, к сожалению, душепопечитель произносит сперва: «Я думаю, вам следует…», и только в этот момент начинает думать, какой же совет дать в трудной ситуации. Неудивительно, что и советы могут оказываться примитивными или невыполнимыми. Необходимо и нам помнить:

  • Что заинтересованное лицо — подопечный, и в его интересах научиться проявлять инициативу в решении своих проблем.
  • Что обстановка доверия создаётся в том случае, если душепопечитель не проявляет насилия, не пытается «переделать» подопечного. О том, чтобы о содержании бесед узнал кто-либо ещё (включая пастора и церковный совет) не может быть и речи.
  • Что критические суждения заставляют человека «закрываться», оправдываться, искажать своё поведение. Есть только один Судья — Бог, душепопечитель же помогает подопечному подойти к престолу Божьему, а не восседает на престоле, и не выносит приговор. Гораздо лучше, если подопечный сам разберётся в своих действиях и мыслях — это может произойти не так скоро, как хотелось бы душепопечителю, но только самостоятельная оценка не будет отторгаться или искажаться и поможет исправить положение.
  • Что самостоятельно принятые решения, а не навязанные извне будут исполнены с ответственностью и творчески.

Д. Майерс говорит, что, в психотерапевтическом, да и в других видах лечения «когда улучшение достигнуто, оно будет более прочным, если люди приписывают его факторам, находящимся под их контролем, а не психотерапии. Как правило, директивные методики приводят к наиболее радикальным и незамедлительным переменам… Поставив пациента в такую ситуацию, где нежелательное поведение в высшей степени накладно и постыдно, а «нормальное» поведение сверхпоощряется, психотерапевт может достигнуть быстрых и резких улучшений. Проблема в том, как говорит нам 30-летний опыт социально-психологических исследований, что директивно изменённое поведение недолговечно» [7, с. 221].

Задача душепопечителя не сводится к тому, чтобы во что бы то ни стало добиться от подопечного определённого поведения. В некоторых случаях этого можно достичь, сломив личность подопечного, но это было бы преступлением сродни убийству. Подопечный может оказаться в сильной зависимости от душепопечителя — его поведение внешне будет исправлено, но воля — сломлена, и он не будет способен к самостоятельному, творческому служению, к проявлению любви, будет склонен к неврозам и авторитаризму. Душепопечителю может казаться, что он видит правильное решение проблемы, но важно, чтобы сам подопечный нашёл правильное решение, а не действовал вслепую, полагаясь на видение душепопечителя. Так может сформироваться зависимость и беспомощность подопечного, когда он станет обращаться за помощью по самому ничтожному поводу, а в изоляции — терпеть поражения. Для душепопечителя же такая ситуация чревата синдромом неограниченной власти и самовозвеличивания. Но, как мы уже сказали, процесс христианского душепопечительства не может быть «бездирективным». Желание переложить свои проблемы на плечи душепопечителя или пастора может возникать и у зрелого христианина. Но так ли велики эти «плечи», чтобы унести на себе заботы многих людей? Писание говорит, что «каждый понесёт своё бремя» (Гал 6:5), и что все заботы мы можем возложить на Христа (1Пт 5:7). Душепопечитель может поставить себе целью то, чтобы две эти библейские истины полноценно работали в жизни его подопечного.

Душепопечителю следует поучиться у Христа безусловному принятию, ведь Он принимает нас, и пожелал связать с нами всю вечность, зная нас совершенно! Подопечный может открыть душепопечителю свои страхи и сомнения, которые покажутся надуманными, безосновательными, свои сексуальные желания, эгоизм, подлость. Всё это — составляющие бесконечно хрупкого, израненного внутреннего мира бесконечно ценной личности. Но часто к этой личности надо пробиваться сквозь твёрдую броню христианского имиджа, а потом её приходится собирать по кусочкам. Сделать это лучше всего может сам подопечный. Он должен увидеть, где он «играет» и стать самим собой. Он должен научиться принимать себя и события такими, как они есть, это не значит хвалить себя или оправдывать — это значит смотреть правде в глаза.

2 Сокрушение защиты

Точно так же, как человек теряет сознание при физическом шоке — это встроенная функция организма, предназначенная для защиты нервной системы от перегрузок — так и разум человека игнорирует опыт, способный причинить ущерб самосознанию, я-концепции. Мы говорили об этом в разделах 2.1.1 и 2.6.2. Для того, чтобы не сталкиваться в будущем с чем-либо, способным поколебать я-концепцию, человек формирует модели защитного поведения. Защищаясь, он может винить в своих неудачах свой алкоголизм, свои лень, страхи, воспитание — но не свою личность. Перед серьёзным экзаменом студент может прекратить учиться. Тогда, в случае провала у него более приемлемое объяснение его причины. Да, он немного ленив, но зато у него нет необходимости размышлять на опасную тему: а справился бы он, если бы у него было достаточно времени на подготовку?

Защитное поведение помогает избегать близких контактов с людьми т. к. при более глубоком общении человек может ожидать предательства, насмешки над самым сокровенным, презрительного отношения к тому, что характеризует его личность. Вероятно, такой человек уже пережил болезненный опыт, был отвергнут или осмеян, глубоко ранен кем-то, допущенным слишком близко, возможно, родителями, близким другом или возлюбленным. Для того, чтобы не переживать ощущения ничтожности своей личности, человек может впасть в болезнь, например, депрессию или фобию.

Для того чтобы получать постоянные подтверждения значимости своей личности, человек может устремляться к победам: трудоголизм, в т. ч. сверх-погружённость в служение Богу, или победы на любовном фронте, смотря, какая сторона личности подвергается опасности. Но при этом, внутренне всегда сосредотачиваясь вокруг своего болезненного я, человек оказывается неспособен к глубокому и искреннему сближению с людьми, или общению с Богом, основанному на любви. Превосходное описание моделей защитного поведения имеется в книге Сэлвина Хагса «Друг в нужде», [10, гл. 5, стр. 52-63].

Защитному поведению посвящена книга «Внутренний мир» Ларри Крабба. Он прямо называет самозащиту греховной, и вся эта книга предназначена помочь христианину распознать своё самозащитное поведение и то, какими причинами оно вызывается, и искать удовлетворения в Боге. Целью психологической помощи (если обращаться к лучшим образцам) так же является избавление от моделей защитного поведения, именно это вкладывается в понятие «быть самим собой». Распознавая своё защитное поведение и его причины, принимая себя, человек избавляется от болезненной сосредоточенности на своём я, обретает способность к дружбе, доверительным отношениям. Психологу, так же как и душепопечителю, при известном опыте легко распознавать защитные механизмы пациента. Но вот только поспешно «снять» их — всё равно, что сорвать с человека одежду, да ещё и вместе с кожей — это значит причинить ему такую душевную боль, с которой сознание не способно справится. Поэтому психологическое консультирование столь протяжённо по времени.

В этом отношении христиане находятся в гораздо более выгодном положении. Хотя мы говорили о том, что в христианской общине есть своя специфическая угроза приобрести защитное поведение, но есть и более мощные средства избавления от подобного поведения:

Во-первых — это любовь Божия (Рим 5:5-8): «Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были ещё грешниками» То, что Бог принимает нас такими, как мы есть возвращает ценность нашим личностям, делает бегство в лицемерие (самозащиту) ненужным и помогает переносить отвержение людьми. Следовательно, в душепопечительских беседах, затрагивающих темы греховной самозащиты важнейшим вопросом является степень доверия подопечного Христу, просвещение его Евангелием, как вестью о Божьей любви. Необходимо научиться жажде Бога, необходимо понять, что глубинные потребности удовлетворяются лишь Христом, но Его благословения — не то же, что Он Сам.

Разочарование в обстоятельствах и в самих себе помогает «устремиться ко Христу, как к источнику утоления своей глубокой жажды» [11, с. 82-89]. Кажется, только христиане могут использовать разочарование в себе, себе же на пользу. В этом мы можем поучиться у апостола Павла. Силу благодати он измерял степенью своей вины, см., напр. 1Кор 15:8-10: «а после всех [Христос] явился и мне, как некоему извергу… Но благодатью Божиею есмь то, что есмь; и благодать Его во мне не была тщетна». В своих немощах он так же видит возможности для прославления Бога, а значит и повод для радости: «буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова… ибо, когда я немощен, тогда силён».

Личность Христа является подходящим объектом для нашего внимания. Величие Личности Христа таково, что мы можем наконец-то снять внимание со своего я и заворожённые взирать на Него (Евр 12:2-3).

Вторым мощным средством избавления от греховной защиты является покаяние (конечно, два этих средства могут работать лишь вместе). В глубоком покаянии при обращении человек переживает смерть со Христом, и воскресение своего обновлённого я — возрождение. Пройдя через это, христианин обретает некоторое смирение («гибкость шеи» — в противовес жестоковыйности) т. е. способность к покаянию в дальнейшем. Таким образом, христианину легче признать и устранить защитное поведение, чем неверующему. И у него накапливается положительный опыт освобождений и роста, который помогает росту в дальнейшем. Признание защитного поведения при психотерапии сродни покаянию, но покаяние как таковое более действенно.

Евангелие

Добавить комментарий