Ряса, крест и стрельба по мишеням




Грозит ли милитаризация Русской Православной Церкви?

 

Российские священники осваивают стиль "милитари". На днях Первый канал показал любопытный репортаж. В нем рассказывалось о военных сборах в Кемеровской области, в которых наравне с солдатами и офицерами приняли участие священнослужители. Они упражнялись в стрельбе по мишеням, причем стреляли неплохо — даже попадали в десятку. Потом уверяли, что случайно. Форма одежды батюшек — служебная, то есть ряса и крест на груди. "Заповедь "не убий" всe-таки оставляет за ними право стрелять. По мишеням — не грех", — сообщила журналистка телезрителям.

Попробуем разобраться. Заповедь "не убий" не допускает иных толкований, однако в списке запретов стоит далеко не на первом месте. Евангелие — главная книга христиан — не дает однозначного ответа о дозволенности использования оружия. С одной стороны, "всякий взявший меч от меча и погибнет", с другой — "не мир пришел принести вам, но меч". Дискутировать по этому поводу можно бесконечно. Но относительно использования оружия священнослужителями есть вполне определенное каноническое правило, которое гласит: "Пресвитер или дьякон, в воинском деле упражняющийся, подлежит извержению из священного чина". Существующий во многих странах мира институт военных капелланов не предусматривает ношение ими оружия. Но в России этот принцип на практике нередко обходят стороной.

По иронии судьбы именно это каноническое правило представители Русской православной церкви ставили на вид чиновникам Министерства обороны еще в начале текущего года, когда президентским указом священнослужители были лишены права на отсрочку от службы в Вооруженных силах. Государство поставило их перед моральной дилеммой: либо служение государству, либо — Богу. В июне на явно несправедливую ситуацию обратил внимание Архиерейский собор. Министр обороны Анатолий Сердюков в ответ дал понять, что поблажек в виде отсрочек от военной службы не будет никому, даже священнослужителям. И вот теперь 60 кемеровских священников, очевидно, решили: уж если все равно придется служить, то нужно хотя бы научиться стрелять!

Как правило, рукоположение в сан священника совершается в достаточно зрелом возрасте, тогда как наибольший возраст призывников составляет 27 лет. Тем не менее в РПЦ насчитывается больше сотни священнослужителей, которые теперь подпадают под призыв. Одновременно Церковь добивается законодательного оформления деятельности двух тысяч полковых священников в российской армии и на флоте. По меткому замечанию одного правозащитника, в этой сфере военнослужащие еще более ущемлены в правах, чем заключенные.

Тем временем в Церкви получают широкое распространение совсем не пацифистские идеи. Это стало особенно заметно во время российско-грузинского конфликта, когда высшие иерархи осторожничали в оценках причин и последствий военных действий, а основная масса духовенства думала, говорила и действовала исходя из патриотических настроений. Огромное число верующих (а их, если верить РПЦ, около 70-80% населения страны) не видит никаких проблем в том, что по другую сторону фронта оказались их православные братья. И война была — настоящая. "В конце концов мы не толстовцы…" — вспоминаются слова одного известного монаха, сказанные на православной конференции в начале этого года. Форум был посвящен компьютерным стрелялкам… Однако нравственный выбор остается: либо сложить сан, либо оружие!

 

"НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА", 19 сентября 2008 г.

 

credo.ru

Добавить комментарий