Святое дело




Кирилл Привалов

Самая закрытая финансовая структура на планете банк Ватикана меняет руководство и обещает стать прозрачной

"Толщина стен у основания — девять метров, их даже ядерной бомбой не пробить, — не без гордости сообщает мой провожатый и продолжает: — Никаких вывесок на этой башне, построенной в четырнадцатом веке, при Папе Николае V, в честь которого она так и названа — форт Святого Николая, нет. Фирма в рекламе не нуждается". Он кивает в сторону двух швейцарских гвардейцев с алебардами, живописно застывших у входа в башню, и крепко скроенного человека в штатском, демонстративно скучающего там же…

Если верить рассказам побывавших в бастионе, они оказывались в просторном зале, уставленном компьютерами, за которыми сидят многочисленные клерки. У единственного входа в учреждение воткнут одинокий банкомат, у которого, впрочем, не много работы. Все операции в самом банке проходят или с "живыми деньгами", или "безналом". За ширмой, едва заметной на фоне тусклых стен, скрывается проход на лестницу. Она ведет наверх в святая святых. К индивидуальным банковским сейфам. В сокровищницу посвященные проникают только в присутствии одного из кардиналов Римской курии. Это и понятно: без опытного проводника путь в рай, в данном случае финансовый, никак не найти. Называется все это Институтом религиозных дел, в латинской аббревиатуре — IOR. Широкой публике заведение известно как банк Ватикана. Недавно Папа Римский Бенедикт XVI пообещал сделать операции этого учреждения более прозрачными и сменил его руководство. Впрочем, радикальной реформы финансов Ватикана никто не ожидает. Деньги любят тишину, особенно если это деньги церкви.

Гроши святого Петра

У этого учреждения, которое появилось в девятнадцатом веке, а приобрело нынешний вид при Папе Пие XII в 1942 году, имеются все атрибуты и полномочия полноценной финансовой структуры. И тем не менее в самом маленьком государстве мира его скромно называют институтом. Да это по большому счету и понятно: согласно уставу банка он был создан для операций не вполне обычных. Главная функция IOR — предоставление возможности для кредитования религиозных организаций. При этом банковскую тайну в башне блюдут почище, чем в Швейцарии, — данные о деятельности института и финансовом положении его клиентов практически не разглашаются.

"Церковь не только должна быть бедной, но и выглядеть таковой". Вторая часть этой сентенции, принадлежащей Папе Павлу VI, вполне подошла бы в качестве девиза IOR. О размерах его активов можно судить лишь по приблизительным оценкам экспертов. Так, считается, что институту удалось приобрести весомые пакеты акций многих корпораций — Gulf Oil, General Motors, IBM. Ему же якобы принадлежат 15 процентов строительной компании Immobiliare. Последняя владеет, в частности, знаменитым отелем "Уотергейт" в Вашингтоне, не говоря уже о курортах Мексики и жилых комплексах в Монреале.

Все эти расчеты, однако, не более чем гипотезы. Ибо финансовую отчетность в Ватикане не публикуют. Несмотря на то что начиная с 1998 года он согласился обнародовать данные о своем бюджете, все они откровенно условны. Знать истинное состояние казны Святого престола не суждено никому, кроме самого понтифика.

В стародавние времена разглашение размеров папских авуаров грозило отлучением от церкви. Известна история, когда в 258 году Лоренцо, казначей Папы Сикста II, предпочел умереть под пыткой, нежели сообщить императору Валериану источники церковных прибылей. Впоследствии упертый банкир был возведен в святые и теперь почитается в Ватикане как духовный покровитель местных финансистов. Тех самых, которые постоянно твердят о плачевном финансовом состоянии Святого престола.

Специфика ситуации в том, что стеной молчания окружен не карманный банк Римско-католической церкви, а организация, руководящая финансами всех католиков. А это как минимум миллиард сто миллионов верующих. Паства является основным источником доходов Ватикана. По приблизительным оценкам, ежегодно казна Святого престола пополняется на 104,5 миллиона долларов за счет одних только коллективных пожертвований. Паломники называют их "грош Святого Петра". Плюс еще регулярные дары от отдельных обеспеченных верующих, большая часть которых — граждане США. Точная сумма этих даров простым смертным неведома, однако известно, что, скажем, только в 2003 году индивидуальные пожертвования в пользу католической церкви составили 64 миллиона долларов.

Пустяк, конечно, по сравнению с прибылями Ватикана от специального налога, установленного итальянскими властями. Он называется "восемь на тысячу": 0,8 процента от размера личного дохода перечисляется всеми итальянскими налогоплательщиками на нужды церкви. Добавим доходы от сдачи в аренду недвижимости (только на территории государства Ватикан это ежегодно почти 30 миллионов долларов), от продажи билетов в папские музеи (около 180 миллионов долларов в год), от реализации марок (до 6 миллионов долларов в год) и памятных монет, от магазинов беспошлинной торговли, расположенных на территории папского государства…

Казалось бы, это всего 40 гектаров, но на самом деле "поле жатвы" ватиканского банка куда как обширнее. Доход приносят почти 413 тысяч приходов, разбросанных по всему миру. Формально они являются финансово самостоятельными от Ватикана. Но на деле, как полагают эксперты, основные денежные потоки контролируются из башни Святого Николая. Неспроста, наверное, не столь давно Ватиканом было принято решение вывести из-под религиозной юрисдикции Ямайской епархии в Кингстоне офшорные Каймановы острова и объявить их отдельной миссионерской единицей — missio sui juris, напрямую подчиненной Святому престолу.

Говорят, что в институте около 40 тысяч клиентов. В основном это сами обитатели Ватикана. Впрочем, стать клиентом этого учреждения весьма непросто. Желающему надо заручиться рекомендациями влиятельных людей и терпеливо ждать, пока подойдет его очередь в листе ожидания. IOR, хоть и управляется коллегией кардиналов и отчитывается только перед понтификом, вовсе не является покрытой вековой пылью конторой. Это финансовый орган, обладающий огромной силой. Как подсчитала итальянская газета Corriere della Sera, капитал банка Ватикана составляет около пяти миллиардов евро.

Инвестиционный портфель этого учреждения, как утверждают эксперты, на три четверти состоит из гособлигаций и на одну четверть — из акций компаний. Банкиры Святого престола не любят рисковать. Впрочем, просчеты случаются. IOR, например, сделал несколько лет назад вложения в итальянский концерн Parmalat, а тот с финансовой дырой в 14 миллиардов евро едва не возглавил в 2003 году список европейских банкротов. Просчитался банк Ватикана и с вложением денег в заводы потерпевшего крах автогиганта General Motors.

Месть Черных Братьев

Бенедикт XVI не скрывает, что не любит ворошить прошлое. Оно и понятно — особенно если это дела минувших дней, связанные с банком Ватикана.

…Banco Ambrosiano был назван в честь Святого Амвросия Медиоланского, жившего в IV веке. Основанный в 1896 году, этот банк был изначально предназначен для обслуживания благотворительных и религиозных организаций. Для того чтобы приобрести его акции, требовалось предъявить свидетельство о католическом крещении. Это учреждение, не случайно прозванное "банком святых отцов", так бы и оставалось консервативной финансовой структурой местного масштаба, если бы не Роберто Кальви, который возглавил его в 1971 году. Бойкий банкир начал с того, что основал в Люксембурге холдинговую компанию, через которую наот­крывал банков и компаний по всему белу свету. Размах операций объяснялся тем, что у синьора Кальви появился ценный ­союзник.

Кардинал Пол Марцинкус был фигурой солидной во всех смыслах слова. Сын литовских иммигрантов, обосновавшихся в США, этот гигант двухметрового роста сделался, по сути, охранником архиепископа Джованни Баттиста Монтини. Прибалт формально оставался личным секретарем прелата, но функ­ции исполнял своеобразные: его задачей было охранять будущего понтифика в поездках. Став в 1963 году Папой Павлом VI, Монтини еще больше приблизил к себе Марцинкуса. Тот спас понтифику жизнь, защитив его от ножа боливийского террориста, переодетого в священника. В благодарность Полу Марцинкусу доверили контроль над финансами церкви. Появилась фамилия литовца и в списке директоров Ambrosiano Overseas — "дочки" банка Кальви, прописанной на Багамах и занимавшейся из офшорной зоны ­международными ­платежами.

Кальви и Марцинкус принялись раскручивать маховик финансовой империи. В семидесятые годы IOR вложил примерно 1,5 миллиарда долларов в покупку долей в различных структурах Ambrosiano. Под авторитет Марцинкуса получали кредиты у всевозможных финансовых учреждений. К началу восьмидесятых Кальви собрал таким образом около 1,2 миллиарда долларов, которые использовал для покупки акций… собственного банка. Все деньги, уплывавшие в офшоры, проводились под видом займов зарубежным корпорациям. Схема начала давать сбой, когда центральный банк Италии решил выяснить, на какие цели тратятся огромные займы.

Кредиторы потребовали денег, а их-то у Кальви уже не было. Спохватился и Марцинкус, отказавшийся впредь ручаться за сомнительного партнера. В 1982 году Banco Ambrosiano объявил о банкротстве, которое многие в Италии расценили как преднамеренное. Одновременно всплыла информация о том, что Роберто Кальви был связан с запрещенной нерегулярной масонской ложей Propaganda Due — P2, — в которую входили многие влиятельные люди страны. Заговорили о том, что они, равно как и некоторые лидеры мафии, доверили свои средства Кальви, не побоявшемуся кинуть и тех и других. Конец плутовского романа трагичен: Банкира Бога — так прозвали Кальви итальянские массмедиа — обнаружили повешенным под лондонским мостом Черных Братьев. Несмотря на то что в карманах финансиста нашли 6 килограммов камней — на его ладонях грязи и пыли не обнаружилось, — полицейские поспешили объявить смерть Кальви самоубийством.

До сих пор неясно, кто свел счеты с авантюристом. Свет на это, конечно, мог бы пролить Марцинкус, но его не удалось привлечь к ответственности за крах Banco Ambrosiano. Сославшись на конкордат, регулирующий отношения между Римско-католической церковью и итальянским государством, власти Ватикана заявили об иммунитете кардинала. IOR хоть и не признал своей причастности к банкротству Ambrosiano, выплатил пострадавшим вкладчикам 240 миллионов долларов.

В 1989 году папа Иоанн Павел II решился все-таки снять кардинала Марцинкуса с поста главы банка Ватикана. Впервые на эту должность пришел профессионал — экономист Анджело Калойа. Но скандалов вокруг института меньше не стало. То в тюрьме умирает от отравления банкир Микеле Синдона, то убивают судебного следователя Эмилио Алессандрини, то стреляют в адвоката Джорджио Амбросоли…

Банкир Святого престола

Череда скандалов свидетельствовала: надо что-то делать с институтом. И нынешний папа Бенедикт XVI начал перестройку: Калойа отправили в отставку, а на его место с официальной формулировкой "сделать операции банка более прозрачными" назначили Этторе Готти Тедески.

Он фигура известная. Близкий к госсекретарю Ватикана Тарчизио Бертоне, синьор Тедески (с итальянского его фамилия переводится как "немец") известен и как журналист, регулярно выступающий в католическом официозе Osservatore Romano, и как ученый, преподававший предмет "Финансы и этическая экономика" в миланском католическом университете, и как опытный телевизионный полемист. Этот "человек-оркестр" помогал папе Бенедикту XVI в подготовке посвященной социальным вопросам энциклики Caritas in Veritate ("Милосердие в истине"), опубликованной в июле этого года. В одном из своих интервью, говоря о нынешнем понтифике, синьор Тедески призвал присудить ему Нобелевскую премию по экономике. Как говорится, не угадал… Но теперь поставлен на ответственную работу.

Новый главный ватиканский банкир образцовый семьянин, отец пятерых детей. Синьор Тедески каждый день по пути на работу заходит в церковь. Он прекрасно владеет многими языками. Что и понятно: карьеру начинал в консалтинговой компании Sema в Париже, затем перешел в 1980 году в компанию McKinsey, которую представлял в Милане и Лондоне. Сблизился с Opus Dei, в 1987 году вместе с Жанмарио Ривераро, членом этой влиятельной католической организации, основал собственный банк — Acros Finanziaria. Ривераро являлся одной из наиважнейших фигур католического финансового мира, пока два года назад не был убит при невыясненных обстоятельствах.

Краеугольным моментом в судьбе Тедески стало сближение с испанским миллиардером Эмилио Ботином, активным членом Opus Dei и владельцем крупного банка Santander. Тот создал специально для Тедески филиал банка в Италии и поручил ему представлять испанские интересы в наблюдательном совете туринского Sanpaolo Imi. Говорят, что именно всемогущий Ботин ввел финансиста с "немецкой" фамилией в ближайшее окружение папы-немца. Тедески вполне пришелся к ватиканскому двору, там как раз объявили о реформировании структуры управления банка Святого престола.

Как заявил Бенедикт XVI, "финансовый кризис демонстрирует тщетность веры в золотого тельца". Что и говорить, не в бровь, а в глаз! Впрочем, вряд ли это означает, что банк Ватикана в один момент преобразится в обычную кредитную организацию с прозрачной финансовой отчетностью и своим местом в столбцах международных рейтинговых агентств. По крайней мере из неприступных стен своего бастиона банкиры Святого престола переезжать пока не собираются.

Итоги

http://www.itogi.ru/vokrug/2009/44/145448.html

Добавить комментарий