Русское поле экспериментов




Владимир МОЖЕГОВ

Православная цивилизация под сталинской звездой «Континент» 2009, №141

 

 

День религии Дмитрия Медведева

Но, возможно, самым серьезным событием прошлого лета стало решение президента Дмитрия Медведева о введении религиозного образования в школы и должности полковых священников в армию. 21 июля состоялось совещание в загородной резиденции президента “Барвиха”, куда были приглашены главы православных христиан, мусульман, иудаистов и буддистов. Президент сообщил, что в его адрес поступило два обращения от представителей ведущих конфессий: первое касается преподавания в школах основ духовно-нравственного просвещения, второе предлагает ввести в Вооруженных силах институт полковых священников. “Оба этих обращения я принял решение поддержать”, — заявил Медведев.

Эксперимент по религиозному обучению будет начат в 2010 году. Ученики и их родители получат возможность самостоятельно выбрать предмет. К выбору будут допущены основы православной, мусульманской культуры, иудаизма, буддизма, а также история мировых религий и основы светской этики.

На начальном этапе эксперимента уроки предполагается ввести во втором полугодии 4-го класса и закончить в первом полугодии 5-го. В справке, подготовленной к заседанию, подчеркивается, что в этом возрасте ребята уже в основном научились учиться, способны анализировать и выбирать те или иные учебные курсы, к тому же учащимся в возрасте 10 — 11 лет… присущи такие социально-психологические характеристики, как доброта, бесконфликтность, сопереживание. Преподавать новые предметы будут только светские педагоги. Президент сообщил также, что изучение религии не противоречит Конституции РФ, поскольку основано на принципе добровольности.

Министр образования и науки РФ Андрей Фурсенко в тот же день сообщил журналистам, что на первом этапе эксперимента будут задействованы 12 тысяч школ в 18-ти регионах. В процессе реализации идеи переподготовку пройдут более 40 тысяч учителей, будут потрачены сотни миллионов рублей.

День 21 июля уже называют историческим, и, наверное, не зря. Решение, несомненно стратегическое, имеющее далеко идущие последствия. Не назовешь его и неожиданным: то, что рано или поздно это произойдет, было ясно давно.

Что обращает на себя внимание? Религиозное образование вводится силовым решением, о котором общество просто информируется. При этом само решение оказывается несколько более мягким, чем последние по времени предложения РПЦ, предполагавшие раздельное обучение для православных, мусульман, иудеев и атеистов. В версии президента к выбору допущены кроме светской этики также и история религий; священники от школы однозначно отлучены; выбор признан неизбежным и добровольным. Ясно также, что это решение — во многом вынужденное, принятое под давлением РПЦ, и что оно не примиряет общество, не снимает проблему, а спускает все на максимальном и в высшей степени дорогостоящем компромиссе.

Решение это можно назвать историческим и вот в каком смысле. Закон Божий в школе и священники в армии — исторически выверенная формула Русской церкви как идеологического основания империи. И сегодня, в новой утопии “православной цивилизации”, Русская церковь находит привычные себе формы жизни. Заметим, что это формы конца ХIХ века, т. е. предреволюционные. Что же, видимо, бесконечно пытаться вступить в одну и ту же воду, наступать на одни и те же грабли — наша историческая судьба.

Не будем подробно останавливаться на полемике вокруг этого решения, приведем лишь один материал, на наш взгляд, исчерпывающе являющий всю его проблематику. Это выступление управляющего делами Российского объединенного союза христиан веры евангельской (РОСХВЕ), члена Экспертного совета Комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций епископа Константина Бендаса на пресс-конференции в “Московском Комсомольце”:

Епископ Сергей Ряховский, глава российского союза христиан веры евангельской, благословивший меня на участие в этой пресс-конференции, как человек более оптимистичный считает, что вся ситуация — это большое недоразумение и в самом ближайшем времени люди, от которых все это зависит, все переосмыслят и как-то ситуация изменится. Я не такой оптимист. Прежде всего, я полагаю, что данный эксперимент в самое ближайшее время полностью провалится. <…> К сожалению, пока он дойдет до абсурда и провалится, будут истрачены сотни миллионов денег госбюджета, но самое главное — искалечены души детей, и однозначно это приведет к обострению межрелигиозной ситуации в России…<…> Почему такой пессимизм? Прежде всего я не понимаю, почему вся та общественная дискуссия, которая была поднята последние три года по вопросам преподавания православной культуры, или основ мировых религий, или основ религий России, почему вся эта дискуссия, все выводы, заявления, резолюции, рекомендации, рекомендации общественной палаты, почему они в один момент, в один день были похоронены и забыты, как будто ничего не было. <…> Почему это решение было принято… ну не совсем в тайне, но как-то спонтанно, без подготовки, без обсуждения, просто решили, пригласили ТВ, заявили, вывесили на сайтах: “Так теперь будет. Мы начинаем эксперимент в 18 субъектах”… А это пятая часть всех российских школ, пятая часть наших детей! Вы знаете, вещи, которые не являются стыдными, не делают в тайне. <…>

К чему может привести данный эксперимент? Я бы поставил под сомнения слова г-на Фурсенко о том, что четвертый-пятый класс — это один из самых бесконфликтных. <…> Зайдите на Ru Tube, YouTube, найдите съемки с мобильных телефонов учащихся… Я знаю (я вхожу в родительский комитет), чем живет школа, чем живут подростки даже в достаточно элитной московской гимназии. С тех самых с четвертых-пятых классов разделение по соц. признаку, по достатку семей,.. по разрезу глаз уже там присутствует, и педагоги с мудростью пытаются нивелировать это, прилагая максимум усилий. И вдруг мы всех разделяем! Представьте ситуацию обычной средний школы: два человека из семей мусульманских, один-два протестанты, католики, буддисты, неверующие и т. д. И здесь вдруг нужно им разделиться. Я даже не беру вариант, когда просто нет преподавателей (и годы — если не десятилетия — уйдут на то, чтобы их подготовить). Я разговаривал с одним из директоров московских школ, он говорит, простите, если мне честно подойти и сделать все по этой резолюции президента и на самом деле позволить каждому сделать осознанный выбор, мне нужно брать в штат преподавателей по этим предметам больше, чем у меня сегодня учителей-предметников. Если на самом деле позволить каждому классу честно разделиться на четыре — пять — шесть направлений, то никакого бюджета просто не хватит. <…>

Я не понимаю, почему не вложить знания о культуре своей религии в общий для всех предмет, который преподается всему классу, называется, например, основы религий России. Ясно и неоспоримо, что в пользу Русской православной церкви в нем будет представлено гораздо больше места, потому что ее вклад в историческое, культурное развитие России значительнее, чем у других конфессий. У кого-то он будет меньше, но простите, он тоже есть. <…> Есть вклад всех нас, каждого из нас, и мы хотели бы равного отношения. И чтобы уже там, в школе, в сердцах детей не закладывалась дискриминация, комплекс человека второго сорта. К сожалению, сейчас есть такие моменты, я вот занимался недавно ситуацией в одном из регионов… Взрослый состоявшийся человек, много лет отдавший государственной службе, последнее время занимавшийся бизнесом, четыре года назад, будучи атеистом, пришел к вере в евангельской протестантской пятидесятнической церкви, и губернатор в этом регионе пригласил его на должность вице-губернатора. Они были уже знакомы, вместе работали много лет. Он был представлен всему коллективу, в понедельник выходить на работу. Зам. губернатора по безопасности вызывает его в пятницу вечером в кабинет и говорит: “Слушай, ты хороший мужик, и талантливый и нужен нам, но ты извини, здесь пришла такая резолюция из службы безопасности, а там написано: “активный сектант!” Прости, не можем мы тебя взять на государеву службу”…

 Без альтернативных…

Ненадолго прервемся, и, чтобы предчувствия епископа Константина не показались беспочвенными, приведем еще несколько примеров. В апреле этого года разгорелся скандал вокруг нового экспертного совета по религиоведческой экспертизе при Министерстве юстиции. Федеральный закон от 23 июля 2008 года, передавший Минюсту полномочия по определению порядка проведения религиоведческой экспертизы, значительно расширил полномочия Совета (если раньше Совет проводил экспертизу лишь при регистрации религиозных организаций, то сегодня он имеет право проводить ее по запросу Минюста фактически когда и как угодно). Но когда стал известен состав нового совета, среди 24 “экспертов” нового органа оказался лишь один (!) профессиональный религиовед. Костяк совета составили православные “антикультисты” — специалисты по сектам, журналисты, люди вовсе без ученых степеней. А возглавил его человек, не имеющий даже полноценного, признанного ВАК, образования, — профессор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета Александр Дворкин. В профессиональных кругах Дворкин известен как автор множества ксенофобских и агрессивных книг, а также радикал, неоднократно уличенный во лжи и бесчестных методах (правда, нынешний министр юстиции Александр Коновалов — выпускник Свято-Тихоновского православного университета и ученик Дворкина). Заместителями Дворкина стали директор Правозащитного центра при “Всемирном русском народном соборе” Роман Силантьев (заявивший как-то, что слезинка сектантов вряд ли важнее приоритетов национальной безопасности) и имам Апанаевской мечети в Казани, директор издательского дома “Иман” Валиулла Якупов (фигуры столь же одиозные).

Специалисты отмечают, что Совет сегодня фактически обладает функциями, сравнимыми лишь с функциями Совета по делам религии в советское время, и будет по преимуществу осуществлять контроль над религиозными организациями.

Так оно и есть. И первым нападкам со стороны нарождающегося цензурного органа подверглось Российское библейское общество. Что также символично, если вспомнить судьбу Библейского общества ХIХ века, раздавленного “антибиблейским восстанием” архимандрита Фотия и адмирала Шишкова, на многие десятилетия похоронивших издание Библии на русском языке — дело жизни митрополита Филарета (Дроздова). В результате чего русское образованное общество, только-только пробудившееся к мысли, оказалось лишено настоящего духовного просвещения, а “свято место” вскоре заняла марксистская литература.

Еще один пример. В августе этого года на сайте “Славянского правового центра” появились сообщения о разгоне администрацией Кораблинского района Рязанской области семейного палаточного лагеря евангельских христиан-баптистов под Рязанью. Верующие рязанской церкви евангельских христиан-баптистов отдыхали семьями (около 70 человек) в палаточном лагере. Планировалось, что отдых продлится с 11 по 21 июля. Однако 15 июля лагерем заинтересовалась местная милиция. Пастора Андрея Крылова пригласили к начальнику Уголовного розыска, где его допросили, сфотографировали анфас и в профиль, сняли отпечатки пальцев. На следующий день в лагерь явилась комиссия в составе прокурора района, представителя ФСБ, работника по делам несовершеннолетних, юриста и замглавы районной администрации в сопровождении милиции. Проверяющие потребовали немедленно свернуть лагерь. Юрист администрации Кораблинского района отозвал меня в сторону, — рассказывает Андрей Крылов, — и сказал, что если б в данном случае не было религиозной подоплеки, то к нам не было бы вопросов. Он лично полностью поддерживает политику государства, чтобы у всех была одна православная вера, т. к. это залог сильного государства. Я спросил: “Вы хотите меня заставить думать по-другому?” В ответ прозвучало: “Вас нет, а вот детей — да”. Я переспросил: “Моих детей тоже?”. В ответ услышал: “И ваших тоже”. Этот человек находился при исполнении своих обязанностей…

Нечто подобное происходит сегодня с храмами “альтернативных православных” РПАЦ (один из осколков РПЦЗ) в Суздале. В 90-х годах эти храмы были официально переданы суздальской церкви областным комитетом по управлению госимуществом в плачевном состоянии и отреставрированы верующими. Осенью 2007 года руководство владимирского территориального управления Росимущества обратилось в арбитражный суд с иском, и 5 февраля 2009 года Арбитражным судом Владимирской области было принято решение об изъятии у РПАЦ тринадцати храмов в связи с отсутствием договора на их использование. Дело в том, что договоры о передаче храмов заключались с “несуществующей ныне организацией” (сегодняшняя РПАЦ в 1990 году называлась “Российская православная свободная церковь”). С другой стороны, КУГИ и Госцентр, как выясняется, вообще не имели права передавать церкви РПАЦ. Местные журналисты называют ситуацию “театром абсурда”: Сначала государство в лице КУГИ и Госцентра отдает полуразрушенные церкви верующим. Через 10 лет, дождавшись, когда храмы приведут в порядок, то же самое государство, на этот раз в лице Росимущества, вдруг спохватывается: да я же не имею права! Следовательно, — решает государство, — чтобы исправить эту досадную оплошность, надо храмы отобрать, — пишет журналист владимирской областной газеты “Молва”. Понятно, что закон в России — что дышло. Хорошо понятна и настоящая причина нелюбви государства к РПАЦ — ее резко враждебная РПЦ МП позиция.

Караул устал…

Но вернемся к пресс-конференции в “Московском Комсомольце”, главными участниками которой стали также протодиакон Андрей Кураев (возглавивший редколлегию по созданию учебника по Основам религиозной культуры) и заместитель председателя Духовного управления мусульман муфтий Харрис Хазрат Саубянов.

Оба представителя “православно-мусульманской цивилизации”, активно защищавшие раздельное религиозное образование в школе, не нашли, что возразить доводам епископа Константина. Единственное, что смог сказать в ответ отец Андрей, — обвинить Константина Бендаса в неискренности и выразить уверенность, что все свои горячие слова он тут же забыл бы, окажись в списке возможных альтернатив протестантизм. Тем не менее, речь епископа Бендаса, несомненно, произвела на протодиакона впечатление. Отец Андрей даже на мгновение потерял самообладание и, когда кто-то из журналистов, задавая вопрос, заметил: “Мы должны строить Россию по правовому признаку”, — вдруг взорвался: “Слава Богу, вы уже ее не строите!” — разом выразив смысл происходящего. И заставив вспомнить бессмертные слова революционного матроса Железняка, объявившего заседание Учредительного собрания закрытым.

Православная цивилизация?

Итак, что же такое “православная цивилизация”, которую мы сегодня начинаем строить под мудрым руководством президента Медведева и патриарха Кирилла?

Впервые этот конструкт возник, кажется, под пером Тойнби, чья теория цивилизаций легла в основу популярной ныне геополитической модели Сэмюэля Хантингтона, откуда, в свою очередь, и попал на глаза нашей властной элиты (к тому времени уже освоившей идеи Ивана Ильина о “мировой закулисе” и единственных наших союзниках — армии и флоте). Как в свое время Карл Маркс дал недостающую теоретическую базу пылким мечтаниям русских социалистов, так ныне теория “столкновения цивилизаций” открыла глаза нашим “консервативным революционерам”. Произнеся волшебные слова “православная цивилизация”, указав на Россию как на ее “осевую страну” и противопоставив ее (хоть и с оговорками) Западу, Хантингтон обеспечил нам все необходимые геополитические ориентиры.

Моментом истины стал август 2008-го, положивший начало новому глобальному противостоянию (причем, сама грузинская война в сознании нашей власти была целиком оправдана постулатами Хантингтона — ролью России как осевой страны православной цивилизации). Годовщина войны в августе 2009-го ознаменовалась беспрецедентным пропагандистским шквалом, который, казалось, снова обрушил нас в 30-е годы ХХ века… А день религии 21 июля отчетливо явил намерение нашей власти заложить камень “столкновения цивилизаций” уже в каждую российскую школу.

О “православной цивилизации” говорит сегодня и патриарх Кирилл. Но наиболее развернуто эта идеологема предстает в работах протоиерея Всеволода Чаплина. В программной статье “Пять постулатов православной цивилизации”13 он утверждает: общество и государство должны иметь духовную миссию; общественный строй и экономика должны быть подчинены надмирным целям; православный социум должен помогать человеку спасаться, а все не спасительное должно быть ограничено, остановлено, лишено общественной поддержки. Идеалом общественного устройства признается теократия. Но и за светским государством утверждается необходимость поддерживать традиционные вероисповедания, идея же религиозного нейтралитета признается недопустимой. Утверждается также, что христианин обязан быть хорошим гражданином любого государства (в качестве примера приводится лояльность церковных авторитетов римским императорам-гонителям, турецким султанам, Сталину и Гитлеру), но по-настоящему обоснованным признается патриотизм, соединяющий Отечество и веру.

Отец Всеволод говорит и о свойственной православной цивилизации мощной приверженности идеалу единства народа и власти, а также утверждает принцип: “Церковь, народ и власть — одно целое”. А что же личность? Личность признается имеющей весьма высокую ценность, однако выше ценности свободы самовыражения ставится ценность священных символов (икон, храмов, богослужебных предметов — частиц неба на земле). Оговаривается при этом, что личность никогда полностью не автономна, а ее земная жизнь неотделима от соборного тела народа. Все остальное место статьи отдано упрекам Западу за его гордыню, экспансию, релятивизм и проч. В заключение постулируется существование православной цивилизации, как самостоятельного центра правовой и политической культуры, а также необходимость создания международного сообщества православных стран и народов.

Эта статья (несомненно, вдохновленная теорией Хантингтона) до сих пор остается самым ярким описанием того общественного строя, который мы сегодня создаем, — брежневская модель СССР (из которой, как из гоголевской шинели, вышла вся нынешняя бюрократия), где на место дискредитированной КПСС вступает модернизированная РПЦ. Замечательны и тот откровенный утопизм, которым все здесь дышит (например, в пункте о единстве власти, церкви и народа), и та простодушная непосредственность, с которой выстраивается здесь иерархия ценностей: на вершине — власть, чуть ниже — церковь, еще ниже — общество, в самом низу — человек.

Последний акт трагедии Константиновской церкви начинается ныне медовым месяцем брака церкви и государства. Опьянена власть, обнаружившая полную импотенцию в реальном государственном строительстве; опьянена церковь, потерпевшая фиаско в реальном воцерковлении народа и желающая теперь возместить этот провал воцерковлением насильственным и радостно надевающая на себя золотое ярмо государственной церкви… Но что увидят они через год-два, когда сладкий сон развеется? Нерешаемые социальные проблемы, еще более чудовищную коррупцию… Окончательно забронзовевший замок бюрократии над пустыней тотальной разрухи и упадка…

Центральная мысль патриарха Кирилла (уже усвоенная президентом Медведевым и озвученная им в статье “Россия, вперед!”) о том, что главной нашей ошибкой была “революция Петра”, своротившая нас с самобытного пути, — это отказ от великой петербургской культуры ХIХ века, стратегический поворот к московщине и Средневековью…

Так, двигаясь шаг за шагом по параграфам теории Хантингтона, мы неминуемо должны будем придти и к ее окончательным выводам. Выбор “православной цивилизации” в ряду прочих ориентальных цивилизаций будет означать пусть не тотальный пока (Куршевель и прочие блага цивилизации тоже терять, конечно, не хочется), но все более явный отказ от европоцентризма. А значит, и ускоряющийся закат русской культуры и все более острую ориентализацию страны, победу евразийских смыслов (что на деле будет означать перманентную исламизацию). Удержаться в парадигмах “православной цивилизации” окажется невозможно просто потому, что никаких реальных основ, кроме политической демагогии и мифов “консервативной революции”, в арсенале сегодняшних строителей нет. Скорей всего, очень скоро “православная цивилизация” плавно эволюционирует в православно-мусульманскую (возможно в формате: православный президент, исламский премьер), а там подтянутся и китайцы…

Скорее всего, единственным плодом всех этих постмодернистских игр окажется выстраивание системы нового глобального противостояния: Запад — остальной мир, в котором Россия будет стараться заявить свои геополитические амбиции лидера “традиционных цивилизаций” (еще одна стратегическая мысль патриарха Кирилла).

Что же потом?

Нераскаянный грех имеет свойство идти все глубже. И, по закону исторического возмездия, нас ожидает то, о чем и предупреждает отец Петр Мещеринов. Возможно, очередная (на сей раз фундаменталистская) революция, героями которой станут уже не вальяжные партийные боссы брежневского замеса, а темные авантюристы ленинско-сталинской школы; не пузатые, груженные золотом торговые шхуны, а юркие пиратские канонерки…

“Православная цивилизация”, если и будет построена, вряд ли сможет удержаться в границах, превосходящих московское опричное царство. Зато энергии распада России могут повлечь за собой бурную эскалацию напряженности по всему миру… Увы, нашей стране вполне по силам сомнительная честь стать детонатором новой глобальной войны (тревожными предчувствиями подобных сценариев полна книга Хантингтона).

Концом же нашей сергианской сказки может стать последнее “преображение”, когда уже сама церковь обернется “новой опричниной”, “ЧК во имя Христа” (что и предсказывали в свое время Федотов и Бердяев). И когда дружно вызываемый сегодня демон наконец явится и в его лике каждый увидит свое отражение, наступит (как и в 1917-м) горькое запоздалое прозрение, что на самом деле мы давным-давно уже поклоняемся не Христу, а чему-то совсем-совсем иному…

 От соцреализма — к сюрреализму

На этом, наверно, следовало бы и закончить. Но… мне давно не дает покоя мысль о том, что время литературы как таковой кончилось и единственный настоящий роман сегодня пишет само время. То есть сама российская действительность представляет собой такой захватывающий сюжет в стиле фантастического реализма, перед которым бледнеют любые потуги романистов. И единственное, что остается человеку с пером, — беспристрастно описывать происходящее.

Таким, безусловно, сюрреалистическим актом стало отпевание патриархом Кириллом человека-эпохи Сергея Михалкова в Храме Христа Спасителя. Об этом действе много судачили в сети, но безусловным маленьким шедевром стал экспромт, сложенный блогером ivand и озаглавленный “на смерть Гимнософиста”14:

Это что? — святой Петр с изумлением посмотрел на мятую бумажку, которую протянул благообразный старичок. — Опять небось справка о праведности из РПЦ? Ну не действуют у нас кирюхины грамоты, устал я говорить. Устал.

— Да ну, какие справки. Я тут просто набросал, пока летел. Чтоб время не терять.

— Что набросали?

— Гимн.

— Акафист? Или что?

— Гимн. Гимн Царствия небесного.

Петр надел на нос потертые очки и начал читать с середины:

…Гордись, обитатель небесного рая,

Теперь ты спасен и прославлен в веках.

Одна ты на небе, одна ты такая,

Хранимая богом страна в облаках!

Славься Спаситель наш и Богородица,

Славься седой охранитель ключей!

Партия праведных к небу возносится

В ясном сиянии светлых лучей.

А вы, собственно, кто? — спросил изумленный Петр.

— Вы что, не узнали?

— А, ну да… так вам и не сюда, собственно, — пробормотал Петр, нащупывая под столом кнопку сброса.

Почувствовав, как облако уходит из-под ног, и увидев внизу разверстую багровую пропасть, старичок вздохнул, достал из кармана блокнот и начал торопливо записывать:

Сквозь дыры в земле ад сияет нам ярко,

И дьявол великий нам путь озарил!

Министр и премьер, хлебороб и доярка, —

Здесь хватит на всех сковородок и вил.

Славься подземное наше узилище…

Искренне надеясь, что Господь будет более милостив к своему созданию, чем глумливая ЖЖ-братия, не можем не отметить, что уважаемый ivand попал (как сказал бы Николай Гоголь) не в бровь, а в глаз.

Теперь к вопросу о святости, эпидемия которой, похоже, распространяется по стране со скоростью свиного гриппа, охватывая все новые слои и горизонты Святой Руси. О святости национального лидера Владимира Путина и необходимости его немедленной канонизации мы слышим уже давно (то от Александра Дугина, то от Егора Холмогорова, etc). Иногда поступают и встречные предложения: Как знать, не близится ли час, когда распахнутся золотые врата в беломраморном кремлевском зале, лица чиновников и депутатов обратятся на восклицающий голос церемониймейстера, который страстно и громогласно возвестит: “Президент Российской Федерации, патриарх Московский и Всея Руси Кирилл!” И все склонят головы перед человеком в сияющей ризе, с патриаршим жезломАлександр Проханов “Святейший, не оставь народ свой!”15). (

В конце августа прогрессивное человечество взволновало сообщение “Независимой газеты” о том, что буддисты Бурятии во время посещения республики президентом Медведевым готовятся объявить его воплощением Белой Тары — почитаемого буддийского божества, проведя перед ним обряд простирания (в ходе которого лама полностью распластывается на земле перед воплощением бога). Нетривиальное чествование, сообщало издание, задумали ламы Иволгинского дацана. Интересная инициатива оказалась не ноу-хау местных лам, а давней традицией, идущей еще со времен Екатерины II. Русская императрица признала буддизм одной из государственных религий России, в благодарность за что ламы в ответ признали ее (и всех ее последователей на троне Российской империи) воплощением Белой Тары. Богиня обычно изображается восседающей в позе лотоса на лотосовом троне с распустившимся лотосом в руке. У нее семь глаз: пара обыкновенных, глаз мудрости во лбу, а также — по глазу на ладонях и ступнях. Настоятель Дагба Очиров сообщал также журналистом, что трон Белой Тары, изготовленный лучшими мастерами Бурятии, уже готов и ждет главу государства.

О подробностях посвящения Дмитрия Медведева в буддийское божество мы пока не узнали. Впрочем, не скучали и без этого. Объектами религиозного поклонения становились тем временем не только сами представители действующей власти, но и артефакты, побывавшие в их руках. В то самое время, когда вся блогосфера с нетерпением ждала превращения президента Российской Федерации Дмитрия Медведева в семиглазую богиню, таким объектом стал именной кирпич патриарха Кирилла. Случилось это в Архангельске на строительстве кафедрального собора, который местная епархия решила возводить методом народной стройки. Кампания по сбору средств сопровождалась акциями под девизами “Купи свою сваю!” и “Приобрети свой кирпич!”. В одной из них принял участие и патриарх Кирилл. В репортаже с места событий, рассказывая об инициативе местной епархии, телеканал НТВ (эфир 23 августа в 19.00) показал кирпич, на котором расписался патриарх, и женщину, благоговейно к кирпичу приложившуюся.

Впрочем, не все формы государственно-церковного строительства вызывали столь благочестивую реакцию. Например, следующее событие поразило православную блогосферу (и не только ее) в самое сердце. 12 сентября официальный сайт РПЦ МП “Патриархия.Ру”, сообщая о ходе визита патриарха Кирилла в Нижегородскую епархию РПЦ, разместил серию фотографий с великого освящения только что построенного храма Феодоровского монастыря в Городце. На одном из фото изумленным взглядам открылся фрагмент алтарной росписи с изображением патриарха Кирилла с нимбом вокруг головы и бескомпромиссным надписанием: “Св. Кирилл, патриарх Московский”. Фотография была вскоре удалена, однако к тому времени уже растиражирована десятком восторженных свидетелей явления16.

Профессор Московской духовной академии протодиакон Андрей Кураев поспешил дать в своем блоге строго канонические объяснения удивительному феномену: Нимб в иератической живописи — это не только знак личной святости, но и знак святости того служения, которое нес изображенный человек… Так и в Городце: изображение действующего патриарха с нимбом… есть указание на святость патриаршего служения. Несколько двусмысленное надписание “св” может пониматься только как “святейший”, то есть как часть официально-протокольного титулования патриарха. Фото убрали правильно, поскольку его значение понятно лишь для людей церковно-образованных. Феодоровский монастырь по замыслу его наместника игумена Августина должен стать образовательно-миссионерским центром, так что для богословски образованной братии вся система алтарной росписи была бы понятна, а прихожане этой фрески не видели бы. Свои богословские разъяснения отец Андрей заканчивал на мягкой, лиричной ноте, по-матерински нежно переводя внимание потрясенных зрителей в эстетическую плоскость: Росписи в храме замечательные. Фарфоровый иконостас салатового цвета. Иконы на традиционно золотом фоне. Говорю об этом по той причине, что все духовенство было в золотых облачениях. Но на патриархе оно было золотое с салатовыми узорами. Я спрашивал его иподиаконов — специально ли под храмовую роспись подбиралось это облачение; они сказали, что так совпало случайно. Но получилось здорово. Маленькое чудо, — трогательно заключал отец протодиакон.

Тем временем менее церковно-образованные блоггеры допускали и менее каноничные толкования маленького чуда. “Обряд простирания”, — лаконично заключали одни. “Прогиб года”, — соглашались другие. “Именно прогиб, и ни что иное, — писал в блоге отца-протодиакона юзер nicolin. — Весь город завешали плакатами с изображением святейшего, три телеканала вели прямую трансляцию. Все просто,ответствовал ему блогер andber. — Как мне рассказывали нижегородские попы, архиеп. Георгий, не подумавши, в период междупатриаршества не в меру ретиво агитировал за митрополита Климента, епархия даже распространяла некие видеокассеты, теперь ему надо реабилитироваться. Тут не только во святые патриарха Кирилла запишешь, сам себя в адских муках изобразишь…

А блоггер gm_dar, переводя внимание читателей на личность самого известного нашего богослова, занялся размышлениями на тему: отчего это Кураев всея Руси так любит выкручиваться и оправдывать патриарха Кирилла? Версий на этот счет у блоггера целых три. Есть и пожелания: лучше бы помолчал, чем так бездарно выворачивать все наоборот, выставляя самого патриарха в более глупом виде, чем его могут изобразить даже недоброжелатели. Или отец Андрей просто-напросто ведом маниакальной идеей всегда и все комментировать, чтобы постоянно находиться в форме? Предлагает блоггер и такой вариант: а может протодиакон — просто верно служащая собака, которой дают возможность лаять, чтобы другие молчали. Собаки лают — караван идет.

И то правда. Как говорится, мой караван, вперед лети, и — то ли еще будет…

 

Континент

http://magazines.russ.ru/continent/2009/141/mo18-pr.html

Добавить комментарий