Свобода совести в Российской Федерации

С.А. Бурьянов.

 

Специализированный доклад за 2010 год, подготовленный при содействии МХГ и интернет-издания "Портал-Credo.Ru"  (отрывок из Введения)

 

Понимание необходимости правовой защиты людей, придерживающихся  различного мировоззрения утверждалось в политических и правовых учениях, а также в общественном сознании, постепенно. Особенно сложно этот процесс протекал и протекает в России.

Соответственно, теоретико-правовое понятие и содержание свободы совести формировалось и трансформировалось длительный исторический период, и нельзя сказать, что этот процесс завершился окончательно.

Следует сразу отметить, что механическое сложение понятий "совесть" и "свобода" не дает адекватного понимания термина "свобода совести" как целого.

Если понятие "свобода" закрепилось в юридической науке, то термин "совесть" не имеет однозначной правовой трактовки, и не является элементом системы правового регулирования.

Как категория этики, совесть характеризует способность личности осуществлять нравственный самоконтроль, самостоятельно формулировать для себя нравственные обязанности, требовать от себя их выполнения и производить самооценку совершаемых поступков.

В то же время, свобода совести неразрывно связана с понятием индивидуальной свободы, которая в свою очередь является важнейшей составляющей свободы личности.

Трудно не согласиться с мнением Ф.М. Рудинского, который считает, что индивидуальная свобода, реализующаяся вне государственных рамок, "опосредствует и проявляется в системе социальных связей и отношений, выражающих такие важные неотъемлемые от личности блага, как неприкосновенность жизни, достоинство, совесть, личная безопасность человека… Подлинная индивидуальная свобода означает запрет противоправного вмешательства в частную жизнь граждан, отрицание тоталитарного контроля над индивидуумом" .

В свою очередь, индивидуальная свобода воплощается в гражданских правах человека. "Эти права индивидуализируют личность, способствуют наилучшему проявлению духовных интересов, склонностей, личных способностей. Они гарантируют возможность беспрепятственного выбора различных вариантов поведения в сфере индивидуальной свободы" .

Следует отметить, что в юридической науке нет единого мнения о месте свободы совести в системе прав человека. Например М.В. Баглай относит свободу совести к личным правам и свободам , а В.Д. Перевалов и В.И. Леушин – к культурным правам . Ф.М. Рудинский относит право на свободу мысли, совести и религии к гражданским (личным конституционным) правам .

По мнению автора, свобода совести как свобода мировоззренческого выбора является основой свободы как таковой, системообразующим правом в системе прав человека. Представляется не вполне корректным говорить, что одно право является более важным по сравнению с другим. Но без должной реализации свободы совести вся система прав человека подвержена угрозам.

Попрание свободы совести сопровождается повышением рисков перехода к безальтернативной политической системе, к авторитаризации власти, к массовым нарушениям прав человека, к росту ксенофобии, нетерпимости, дискриминации и насилию на их почве. Именно это происходит сегодня в России.

В контексте проблемы реализации свободы совести, автор солидаризуется с мнением Ф.М. Рудинского, который считает, что право на свободу совести является юридическим воплощением этой свободы. В свою очередь, юридическое закрепление является лишь одним из условий достижения свободы совести.

По мере трансформации правовых и политических систем теоретико-правовое понятие и содержание свободы совести воспринимает общенаучную тенденцию к расширению, освобождаясь от привязки к юридически неопределенным понятиям "религия", "вероисповедание". Свобода совести стала рассматриваться через призму прав и свобод человека, выступая в качестве юридической основы свободы личности.
Современное понимание свободы совести включает в себя все многообразие форм систем мировоззренческой ориентации. Так как правового определения религии не существует, то свободу вероисповедания следует рассматривать не только составной частью свободы совести, но и в качестве поглощенной ею.

По мнению автора, свобода совести  – системообразующее право в системе прав человека, основополагающее неотъемлемое право каждого на удовлетворение мировоззренческой потребности, придающей смысл существованию на основе свободного мировоззренческого выбора, а также правомерного поведения, основанного на упомянутом выборе без ограничения в других гражданских правах и свободах или их утраты.

Соответственно, содержание свободы совести включает право индивидуально и/или совместно с другими свободно формировать, выбирать, менять, распространять убеждения и действовать в соответствии с ними, не ущемляя свободы и личного достоинства других.

Свобода совести является стержнем идентичности человека – можно сказать, что это право быть человеком. Свободный мировоззренческий выбор является основой свободного политического выбора, правовой демократии и социального государства.
От реализации этого системообразующего права зависят: способность индивида  самореализоваться в личность; возможность преодолеть противоречия между тенденциями, обусловленными опережающим развитием цивилизации и природой человека; способность государства к устойчивому развитию без социальных взрывов и потрясений; умение мирового сообщества найти пути к решению глобальных проблем, стоящих перед человечеством.

В глобальном контексте свобода совести является необходимым условием преодоления разобщенности человечества, международной интеграции и решения комплекса глобальных проблем .

Свободный мировоззренческий выбор является основой свободного политического выбора, правовой демократии и социального государства. Попрание свободы совести сопровождается повышением рисков перехода к безальтернативной политической системе, к авторитаризации власти, к массовым нарушениям прав человека, к росту ксенофобии, нетерпимости, дискриминации и насилию на их почве.

В юридическом плане свобода совести рассматривается как правовой институт, т.е. как совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения, которые возникают в процессе осуществления этой свободы . Иными словами правовой институт свободы совести выступает юридическим измерением данной свободы.
Самыми очевидными показателями состояния реализации свободы совести и свободы вероисповедания являются многочисленные нарушения прав индивидов и религиозных объединений, которые проявляются в форме дискриминации, нетерпимости, ксенофобии и насилия на их почве.

Под нетерпимостью и дискриминацией на основе религии или убеждений принято понимать любое различие, исключение, ограничение, или предпочтение, основанное на религии или убеждениях и имеющее целью или следствием уничтожение или удаление признания, пользования или осуществления на основе равенства прав человека и основных свобод" . Это понятие берет свое начало от латинского слова discriminatio (различение) по определённому признаку (раса, пол, религия и т.д.).

Понятие "ксенофобия" теоретически разработано крайне слабо и в правовой системе России не применяется. Соответственно, взаимосвязь противоправных деяний и ксенофобских взглядов, под которыми они совершены, не всегда очевидна и вопрос корректности ее выявления является дискуссионным.

Принято считать, что ксенофобия (от греческого ξένος — чужой и φόβος — страх) это ненависть, нетерпимость или неприязнь к кому-либо или чему-либо чужому, незнакомому, непривычному .

По мнению автора, с юридической точки зрения более корректно использовать понятие дискриминация, нетерпимость и ксенофобия "по мотивам мировоззренческой принадлежности", вместо распространенного "по мотивам религии или убеждений".
Данный подход основан на осознании отсутствия правового понятия "религия" и узости понятия "убеждения". Подразумевается, что мировоззрение это система взглядов на мир и место в нем человека, на отношение человека к окружающей его действительности и к самому себе, а также обусловленные этими взглядами основные жизненные позиции людей, их идеалы, убеждения, принципы, ценностные ориентации. Соответственно убеждение это элемент мировоззрения, придающий личности или социальной группе уверенность в своих взглядах, знаниях и оценках действительности.
Светскость государства, закрепленная в ст. 14 Конституции РФ является важнейшей гарантией реализации свободы совести и защиты от дискриминации.
По мнению автора, светское государство – мировоззренчески нейтральное государство, принципиально не приемлющее никакое мировоззрение в качестве официальной идеологии, обеспечивающее каждому возможность свободного мировоззренческого выбора. Светскость государства подразумевает его индифферентность в мировоззренческой сфере, т.е. отказ от специального контроля (невмешательство при условии соблюдения закона), неидентификацию (в силу невозможности создания научных критериев), отказ от специальных привилегий, отделение и равноудаленность от мировоззренческих организаций.

Соответственно, нарушение принципа светскости дезавуирует как отдельные виды гарантий реализации свободы совести, так и систему гарантий в целом. В Российской Федерации нарушение конституционного принципа светскости государства проявляет себя в форме клерикальной идеологизации органов власти и государственного управления, силовых структур, государственной (и муниципальной) системы образования.

Клерикальная идеологизация государства – нарушение мировоззренческого нейтралитета, выражающиеся в сращивании институтов государства с одной из конфессий, доктринальные установки которой используются в качестве государственной идеологии.

Принцип светскости (мировоззренческого нейтралитета) государства как гарантия реализации свободы совести не совместим с выстраиванием иерархии религиозных объединений на основе дискуссионных в религиоведческих науках и заведомо неправовых понятий: "традиционные религии (религиозные организации)" – "нетрадиционные религии (религиозные организации)" – "секты", а применительно к исламу: "традиционный ислам"-"нетрадиционный ислам"-"ваххабизм".
Принцип светскости (мировоззренческого нейтралитета) государства не совместим с борьбой государства за "духовную безопасность", с "социально опасными религиями", "религиозным экстремизмом", "исламским терроризмом". Подразумевается, что пресечение противоправных деяний должно осуществляться средствами уголовной юстиции, вне зависимости от того, какой ширмой упомянутые деяния прикрываются.
Принцип светскости (мировоззренческого нейтралитета) государства не совместим со специальным правовым регулированием "религиозной", в т.ч. "миссионерской" деятельности. Деятельность соответствующих объединений должна регламентироваться на общих с общественными некоммерческими объединениями правовых основаниях.

Соглашения (договоры) государственных органов различных уровней и религиозных организаций находятся вне правового поля и должны быть отменены, поскольку противоречат конституционному принципу светскости государства и равенства религиозных объединений перед законом (ст. 14), а нередко непосредственно направлены на неправомерное ограничение свободы совести (ст.28).
Принцип светскости государства распространяется на государственную (муниципальную) систему образования, которая в соответствии с Конституцией РФ и действующим законодательством России должна быть мировоззренчески нейтральной.
Это значит, что религиозное (конфессионально ориентированное) образование, как в стенах государственной (муниципальной) школы, так и вне ее, должно быть добровольным и финансироваться за счет самих верующих и религиозных организаций.

 

http://www.portal-credo.ru/site/?act=lib&id=2910

www.mirvboge.ru

 www.gazetaprotestant.ru

Добавить комментарий