Солидный Господь для солидных господ: православие премиум-класса

Верующим разъяснили, зачем церкви богатство

Михаил Мошкин

Глава синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин разъяснил гражданам, зачем служителям Божьим нужны дорогие вещи и богатый антураж. Один из аргументов в пользу «так называемой роскоши» поневоле заставил вспомнить о пиаровском слогане, который придумал один из героев Виктора Пелевина: «Солидный Господь для солидных господ» (впрочем, возможно всему виной рекламная кампания экранизации саги о «криэйторах»).

 «Когда люди жертвуют что-то на храм, — сказал о. Всеволод на встрече со слушателями молодежного лектория, – жертвуют на то, чтобы духовенство выглядело достойно в том числе и перед лицом всех сильных мира сего (которые меряют отношение к человеку деньгами), это естественное стремление человека показать, что самое главное — не рациональное расходование средств на те или иные преходящие нужды, которые никогда не будут полностью восполнены, а посвящение своих денежных средств, своих трудов на то, что принадлежит Богу, на те символы, которые напоминают нам, что главное — это не политика, не экономика, не обывательские нужды человека, не его материальные интересы, а присутствие Бога, его тайны и духовная вертикаль в окружающем нас мире».

Но дело не только в желании достойно выглядеть в глазах тех, кто меряет деньгами отношение к человеку. Вообще «люди хотят, чтобы и храмы Божии, и облачения духовенства, и элементы, связанные с общественным престижем духовенства, были бы максимально видимыми и отражали бы то место церкви в жизни общества, которое любой верующий человек считает центральным».

Надо сказать, что отвечал о. Всеволод на заданный ему конкретный вопрос – о том, что «Святейший патриарх якобы носит очень дорогие часы, якобы у него дорогой автопарк, резиденция». По всей видимости, о часах слушатели лектория вспомнили неслучайно – в свое время с подачи украинского издания «Корреспондент.net» по Интернету пошел гулять слух о том, что предстоятель РПЦ носит часы Breguet, которые могут стоить до 36 тысяч евро.  «Когда делаются определенные подарки, это естественно, — парировал о. Всеволод. — Люди хотят, чтобы их иерархи выглядели не хуже, чем представители светской власти, чтобы храмы выглядели не хуже, чем резиденции светских властителей».

В целом, аргументы главы синодального отдела сводились к тому, что именно общество делает церковь богатой и влиятельной. Те же, кто говорит о роскоши в церкви, суть ее недоброжелатели – для них «и присутствие в центре Москвы храма Христа Спасителя, и присутствие в центре Кремля позолоченных куполов соборов – это что-то противоестественное». «На самом деле, продолжая мысль о том, что духовенство не должно иметь дорогих вещей (не принадлежащих духовенству, а переданных верующими), можно прийти к тому, что можно раззолотить купола, сломать богатые храмы и поставить вместо них стекло-бетонные коробки, — продолжал о. Всеволод. — Это логика та же самая, которую в свое время исповедовал Иуда: он говорил, что не нужно тратить драгоценное миро на помазание Тела Господа Иисуса Христа, а продать и раздать нищим».

Ответ на вопрос о том, должна ли церковь быть нищенствующей или же «солидной», далеко не так однозначен, как это кажется на первый взгляд. К слову, РПЦ — далеко не богатая организация, в сравнении, например с церковью римско-католической. Институт религиозных дел (структура римской курии, играющая роль банка Ватикана) к началу 90-х годов инвестировал в различные компании до $10 млрд. Каков доход ватиканского банка к настоящему моменту, доподлинно неизвестно, зато известно, что его единственным собственником де-юре является Папа Римский, викарий Христа, преемник князя апостолов.

Споры о том, как духовным лицам надлежит относиться к собственности, потрясали и католическую церковь, и православную. У латинян появились нищенствующие ордена — например, орден францисканцев. Впрочем, по иронии судьбы, последователи бессребреника Франциска Ассизского довольно скоро обзавелись землями, монастырями и прочим имуществом – но, дабы не нарушить завет основателя ордена об отказе от земных благ, братия придумала институт доверительного управления, по формуле «распоряжаюсь, но не владею». И уже в XVI в. бедные братья были готовы выплатить туркам 6 тысяч золотых, чтобы приобрести в собственность Голгофу, находившуюся во владении греческих монахов.

В русской же церкви в XV веке едва не случился раскол из-за споров между нестяжателями (ратовавшим за отказ от имущества) и иосифлянами – последователями Иосифа Волоцкого, считавшего, что, напротив, церковь должна иметь крепкую материальную базу. Заметим, что и Иосиф, и вождь враждебной ему «партии» Нил Сорский впоследствии были причислены к лику святых.

Нынешние иерархи церкви, судя по словам о. Всеволода Чаплина, скорее числят в своих предшественниках иосифлян. В аргументах пятисотлетней давности, которые приводятся и сейчас, есть свой резон. Если духовенство хочет быть влиятельной и социально активной силой, заставляющей светскую власть прислушиваться к своим доводам, то церковь не может не быть «солидной». В конце концов, благотворитель не может быть нищим.

http://www.mn.ru/society/20110413/301023605.html

www.gazetaprotestant.ru 

Добавить комментарий