Как правило, в результате революций протестующие оказываются в проигрыше


Дэвид Роткопф | Foreign Policy

 

«Говоришь, хочешь, чтобы произошла революция?» Уличные протесты пасуют перед могуществом элиты и инертностью граждан

Мало что так воодушевляет — или так морочит голову — как зрелище многомиллионных манифестаций протеста, пишет в своем журнале главный управляющий и редактор Foreign Policy Дэвид Роткопф. Статья озаглавлена цитатой из песни — «You Say You Want a Revolution?».

Сегодня, когда на улицы вышли бразильцы и турки, а также египтяне (последние — уже не впервые), комментаторы вновь заявляют, что наступил новый 1848 год. Роткопф полагает: аналогия верна в том смысле, что революции 1848 года в Европе не спровоцировали реальных немедленных перемен. «Эти революции заглохли или были подавлены не случайно: революционеры лучше умели организовывать протесты, чем претворять свои движения в институции или порождать, развивать и наделять полномочиями лидеров, которые могли бы подчинить себе существующие институции», — пишет автор. Заодно он напоминает позитивный пример Американской революции: вожди создали механизмы для подпитывания восстания, а затем систему, которая защищала принципы революции и сопротивлялась противодействующим силам.

Роткопф предлагает рассмотреть вспышки народного недовольства за последние 20 лет: «Площадь Тяньаньмэнь, восстания, которые низвергли СССР, иранская «зеленая революция», Тахрир, Ливия, Тунис, площадь Таксим». По его мнению, во всех случаях «протестующие вряд ли оказались в числе тех, кто максимально выиграл от исхода событий».

На взгляд автора, результаты этих восстаний можно разделить на две категории. В одних странах (Китай, Иран, Турция на данный момент) восстания мало что изменили. В других власть перешла от одной элиты к другой: Россией «правит бывший офицер КГБ весьма недемократическим образом», в Египте «Братья-мусульмане» постарались заполнить вакуум, а теперь, вероятно, власть снова возьмут военные.

Правда, революции в Центральной и Восточной Европе принесли реальные перемены и демократию. Но, как минимум, столь же часто протесты заканчиваются ничем или эксплуатируются могущественными людьми.

Автор разъясняет: да, новые технологии могут стремительно «конвертировать настроения в действия общенационального масштаба». Но если в распоряжении элиты — деньги, армия, полиция и рычаги «механизмов политического самовыражения», если элита может применять ресурсы государства для подавления восстаний либо эксплуатировать революции для соперничества с другими фракциями элиты — тогда элиту трудно сместить, особенно движению, у которого нет реальных лидеров, четкой программы, сильной политической организации и эффективных планов.

Протестующим не стоит рассчитывать на помощь западных держав, считает автор: эти страны заинтересованы в стабильности и фактически «потворствуют сохранению существующего положения».

Самая сильная противодействующая сила — инертность, заключает Роткопф. «Ходить на демонстрации легко, осуществить прочные перемены — трудно». Автор советует обучать оппозиционеров, как прийти к власти и укрепить ее.

inopressa.ru

Добавить комментарий