Сегодня могут выжить лишь те нации, которые ведут войну, а не готовятся к ней, так как война уже идет


Мы живем в мире, где уже никто не солдат, но все — участниками боевых действий

Василий Микрюков

ОТСУТСТВИЕ АГРЕССИВНЫХ ЗАМЫСЛОВ У ГОСУДАРСТВА НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ГАРАНТИЕЙ ОТ РАЗВЯЗЫВАНИЯ ВОЙНЫ

Полковник русской императорской армии Евгений Месснер в свое время так определял специфику войны: «Надо перестать думать, что война – это когда воюют, а мир – когда не воюют. Можно быть войне, не воюя явно… Современная форма войны есть мятеж. Это – отклонение от догм классического военного искусства. Это – ересь. Но мятежевойна – еретическая война… Насилие (устрашение и террор) и партизанство – главные «оружия» в этой войне… Теперь регулярное войско лишилось военной монополии; наряду с ним (а может быть, больше, чем оно) воюет иррегулярное войско, а ему секундируют подпольные организации… Воевание партизанами, диверсантами, террористами, вредителями, саботерами, пропагандистами – примет в будущем огромные размеры».

А вот мнение немецкого военного теоретика Клаузевица: «Война существует больше для обороняющегося, чем для завоевателя; ведь только нападение вызывает оборону и вместе с ней войну. Завоеватель всегда миролюбив (как это всегда и утверждал Бонапарт). Он более охотно предпочел бы мирным путем занять пределы нашего государства; чтобы он этого сделать не смог, мы должны хотеть войны и, следовательно, к ней подготовляться, то есть другими словами: именно слабые, обреченные на оборону и должны быть всегда во всеоружии, дабы не подвергнуться внезапному нападению; таково требование военного искусства».

Как известно, войну начинают политики. «Господа, перед всеми правительствами, в каждой стране стоят задачи высочайшего социального значения, жизненные вопросы, которые война может отсрочить, но не в силах разрешить. Я думаю, что все правительства честно стремятся сохранить мир; вопрос только в том, окажутся ли они достаточно сильными, чтобы справиться с этой задачей. Я полагаю, что во всех странах громадное большинство населения хочет мира; но решение остается не за ним, а за возглавляющими массы партиями», – говорил на заседании рейхстага 14 мая 1890 года при обсуждении проекта усиления мирного состава германской армии генерал-фельдмаршал Хельмут Мольтке.

Поэтому ни миролюбивый народ, ни пацифистское правительство не являются гарантией от развязывания войны.

Необходимо учитывать и тот факт, что война приносит огромные барыши. Так, например, в Первую мировую войну Америка превратилась из должника Европы в ее кредитора и нажила 35 млрд долл. За шесть лет Второй мировой войны прибыли американских корпораций достигли 116,8 млрд долл. Не считаясь ни с чем, они усиленно рвутся к этой «прибыльной вещи» и теперь, тем более что им еще не довелось по-настоящему испытать на себе разрушительные последствия современной войны.

«ВЕЧНЫЙ МИР» И СОВРЕМЕННОСТЬ

«Вечный мир» – название ряда проектов о всеобщем мире, выдвигавшихся в XVI – начале XIX веков европейскими философами, в которых отражалось стремление народов к миру.

Автором первого проекта установления вечного мира считается герцог Сюлли, предложивший в начале XVII века французскому королю Генриху IV план создания «христианской республики» – конфедерации христианских народов Европы. Идея союза была использована в последующих проектах «Вечного мира» У. Пена, Я.А. Коменского и др.

В XVIII веке идеи Сюлли развил аббат Сен-Пьер в «Проекте установления вечного мира в Европе», который предполагал создание международного союза европейских государств, включая Россию, с общей Конституцией, законодательной, исполнительной и судебной властью. Его проект подвергся критике со стороны Жан-Жака Руссо, который показал неосуществимость союза государств в условиях деспотического строя и считал условием обеспечения прочного мира изменение внутреннего устройства государств, демократизацию политической жизни.

На рубеже XVIII века проект «Вечный мир» был предложен английским философом Бентамом, который видел средство спасения от беспрерывных войн в постоянном конгрессе депутатов европейских держав; конгресс должен был иметь свое войско.

Немецкий философ Иммануил Кант в трактате «К вечному миру» (1795) высказал идею о создании союза государств, который должен был обеспечить не только постоянный мир, но и суверенитет каждого государства. Немецкий философ Иоганн Гердер в «Письмах для поощрения гуманизма» (1793–1795) развивал мысль о том, что установления вечного мира можно добиться только путем нравственного перевоспитания людей. Французский мыслитель-утопист Клод Анри Сен-Симон в брошюре «О реорганизации европейского общества» (1814) изложил основные принципы создания единой миролюбивой Европы на основе коренных преобразований в общественном строе.

В России с проектом «Вечный мир» выступил в начале XIX века юрист Василий Малиновский. Все эти проекты не прошли проверку временем и остались утопическими.

В современном мире проекты «Вечного мира» оказались нечувствительными к появлению нового исторического сознания и росту признания культурных различий, росту значимости неевропейских, нехристианских культур, радикализации исламского мира, финансово-политической экспансии Китая, что делает договоренность с ними, а, следовательно, и вечный мир проблематичными. Проблематичным явилось международное право, деятельность Лиги наций и ООН, которые не сумели предотвратить ни мировые, ни локальные войны.

Не только идеи «Вечного мира», но и выработанные человечеством международные нормы и принципы войны остаются невостребованными.

«Гаагские конвенции 1907 года содержат положения о «гуманном ведении войны». Однако следует раз и навсегда выкинуть из головы, что война может быть какой угодно, только не жестокой и безжалостной, – утверждает английский фельдмаршал Монтгомери. – Тотальная война ХХ столетия вызвала невиданный ранее упадок нравственности. Человечество в своем ханжестве, кажется, пошло дальше маршала Франции Блеза де Монтлюка, писавшего в XVI веке: «Применительно к врагу хорошо все, что идет на пользу, и что до меня (да простит меня Господь), если бы я мог призвать все силы Ада, чтобы выбить мозги из головы врага, вместо того чтобы выбить с их помощью мои, я бы от всей души сделал это».

Подобного мнения придерживался итальянский генерал Джулио Дуэ. Вот выдержка из его книги «Господство в воздухе»:

«После Мировой войны мир, наблюдая результат гигантского преступления против человечества, принялся проливать слезы, как большой крокодил во время переваривания своей кровавой пищи, и вносить предложения о ведении грядущих войн с применением перчаток и благовоспитанности. Запрещаются газы, запрещаются подводные лодки, запрещаются самолеты, запрещается нападать на безоружных (мирное население): воинская учтивость по всей линии. Это – просто пыль в глаза народам, которые платят своей кровью и своим добром. Демагогическое лицемерие самой чистой воды. Прозрачные оправдания, чтобы отнять у противника то, что нас всего более беспокоит. «Ограничим морские вооружения», – предлагает тот, кто хочет недорогой ценой владеть морями, «Упраздним подводные лодки», – предлагает тот, кто видит в них тормоз для своего всемогущества, «Упраздним воздушно-химическое оружие», – говорят все понемножку, при общей неуверенности, и в то же время все прилагают лихорадочные усилия к исследованиям и обеспечению себя воздушно-химическим оружием.

…На войне нет благородного оружия и подлого оружия, а есть оружие более или менее эффективное. В вопросах войны прогресс человечества сводился лишь к тому, чтобы использовать науку и промышленность для повышения эффективности оружия. В этой области всегда старались находить средства, наиболее пригодные для того, чтобы укокошить своего ближнего. Это некрасиво, но это так…»

В Новейшее время мировое сообщество столкнулось с безжалостным истреблением в ходе войн гражданского населения.

«По мере появления более мощных средств поражения и усложнения вооруженной борьбы война приобретает все более истребительный и разрушительный характер, – отмечает генерал армии Гареев. – Причем неуклонно возрастает число жертв среди мирных жителей. Известно, что в Первой мировой войне погибло более 10 млн человек, из них 95% составляли военнослужащие и 5% гражданское население.

Во Второй мировой войне убито 50 млн человек, из которых 52% военнослужащих и 48% мирных жителей. В локальных войнах и конфликтах 1945–1982 годов потери достигли 35 млн человек, из них свыше 30 млн мирного населения. Только во время войны в Корее в 1950–1953 годы в числе 9 млн погибших 84% составляли мирные жители. В ходе войны в Индокитае в 1964–1972 годы убитые среди гражданского населения составили 98%, в Афганистане 85% от общих потерь. Такие чудовищные жертвы объясняются не только возросшими поражающими свойствами оружия, но и главным образом его варварским применением. Часто в так называемых мелких конфликтах гибнет больше людей, чем в боевых действиях регулярных армий».

ХОЧЕШЬ МИРА – ВОЮЙ

Российский политолог и общественный деятель Александр Дугин в своей работе «Геополитика войны» так охарактеризовал современное положение мира:

«Что теперь? Войны кончились? Ну да… Надо совсем не знать человечество, чтобы допускать такие абсурдные гипотезы. Человечество и война – синонимы. Люди воевали и будут воевать всегда. Одни – добровольно, потому что любят это дело, другие – принудительно, так как ничего другого не остается. Признать это – реализм. Стараться избежать этого – глупый страх. Какая война нас ждет?

Во-первых, одна уже идет. Это – установление Западом глобального порядка.

Холодную войну Запад выиграл, с формализованным, геополитически и идеологически структурированным конкурентом покончил. Поставил править над нами своих надзирателей. Но у него остались некоторые проблемы. Теперь, правда, скорее полицейского, внутриполитического характера, коль скоро вся планета стала для Запада внутренней территорией.

Место войн заняли карательные полицейские экспедиции на «своей» (как считают в Вашингтоне) земле. И карают того, кого считают нужным, – Саддама Хусейна, муллу Омара, бен Ладена или Муаммара Каддафи. На очереди – Башар аль-Асад, Махмуд Ахмадинежад, а затем, видимо, Чавес, Моралес, Умала, Лукашенко и (рано или поздно) Путин».

Современная война официально не объявляется. Противник сокрушается изнутри путем воздействия на его национальное сознание. Для этого осуществляется поддержка политической оппозиции, диссидентских, маргинальных структур, носителей этнических, религиозных и других противоречий; подрывается доверие к руководству страны и Вооруженных сил; разрушаются духовно-нравственные устои общества, возбуждается межнациональная и межрелигиозная ненависть, поощряются террористы и сепаратисты; подрывается вера в экономическую и политическую стабильность государства, внедряются в сознание населения апатия и уныние, безверие и безнадежность; развращается и растлевается население, культивируются пьянство и наркомания, половые извращения и распущенность, цинизм и нигилизм; разрушается морально-психологическая стойкость молодежи, стимулируются уклонение от военной службы, дезертирство, государственная измена; «подбрасываются» ложная информация, панические, психотравмирующие слухи.

Все эти действия приводят к утрате нацией своей национальной идентичности, что оборачивается государственным крахом.

«Мы приближаемся к такой ступени развития, когда уже никто не является солдатом, но все являются участниками боевых действий, – сказал один из руководителей Пентагона. – Задача теперь состоит не в уничтожении живой силы, но в подрыве целей, взглядов и мировоззрения населения, в разрушении социума».

Эта технология лежала в основе всех «цветных революций», результатом которых являлась смена политических режимов и приход к власти лояльных агрессору политиков.

«Мы обязаны констатировать, что эти «революции» происходят не спонтанно, а в качестве эпизодов войны и в результате серьезно продуманных стратегических по масштабу, хорошо организованных и обеспеченных специальных действий «групп влияния», для которых местный общественно-политический фон является только особенностями выполнения задачи, а насилие и уровень его жесткости – естественным и зависящим от обстоятельств переменным фактором», – указывает генерал-майор Владимиров.

Таким образом, в современном мире могут выжить лишь те нации, которые ведут войну, а не готовятся к ней, так как война уже идет, война смыслов, война идеологий. И в этой войне основным средством спасения является борьба нации за сохранение своих ценностей и святынь.

Окончательный вердикт современному геополитическому состоянию мира выносит генерал-майор Александр Владимиров: «Исходя из теории и философии войны, «мирное время» венчается общей готовностью нации к победоносной войне, «военное время» – победой нации в войне. Именно поэтому еще раз повторим, если хочешь мира, то уже поздно и глупо готовиться к войне – ее надо вести».

 

«Независимая газета», 26.09.2014


 

Добавить комментарий