Исход — Credo народа Божия во все времена


Александр Сорокин

Можно сказать, что воспоминание об Исходе для Ветхого Завета было основой веры в Бога-Спасителя, то есть символом веры. Так, наш христианский православный символ веры тоже есть воспоминание, то есть пересказ (в форме причастий прошедшего времени — «воплотившагося», «распятаго», «воскресшаго» и т.д.) Евангелия как истории, лежащей в основании нашей христианской веры. В Втор. 26, 5—9 мы имеем не что иное, как ветхозаветное credo, символ веры:

«Отец мой был странствующий Арамеянин, и пошел в Египет и поселился там с немногими людьми, и произошел там от него народ великий, сильный и многочисленный; но Египтяне худо поступали с нами, и притесняли нас, и налагали на нас тяжкие работы; и возопили мы к Господу Богу отцов наших, и услышал Господь вопль наш и увидел бедствие наше, труды наши и угнетение наше; и вывел нас Господь из Египта [Сам крепостию Своею великою и] рукою сильною и мышцею простертою, великим ужасом, знамениями и чудесами, и привел нас на место сие, и дал нам землю сию, землю, в которой течет молоко и мед».

Заметим, что этот текст — символ веры — имел прежде всего богослужебное значение (см. стт. 3—5), то есть был частью литургического действа.

Какую главную истину выражает вера в Исход? Каким видится Бог и человек в свете, точнее, в перспективе Исхода?

Во-первых, Исход — это движение из одного места или состояния в качественно другое. Это движение из рабства к свободе. Во-вторых, это движение по прямой, а не по замкнутому кругу. В-третьих, это движение, направляемое всемогущим Богом. В-четвертых, это движение непрерывно — оно не должно прекращаться ни на мгновенье.

Бог в Библии (во всей) — это Бог Исхода, спасения, движения. Вера в такого Бога — это движение за Ним, это участие в Исходе. Это вера в то, что Бог силен всегда проявить Себя так, как он впервые проявил Себя во время Исхода:

«…Где все чудеса Его, о которых рассказывали нам отцы наши, говоря: «из Египта вывел нас Господь?» (Суд. 6, 13)

Исход — символ истории. В связи с Исходом мы сталкиваемся с настоящим, библейским пониманием истории.

В языческом понимании история мыслится как замкнутый круг, цикл, не имеющий конца. Все повторяется. Истории, как осмысленного движения к цели, а не просто последовательности фактов, — нет. В этом мире — таком, каким понимало его язычество, — не могло быть ничего нового; все определено роком, и боги — орудия этого рока, так что все возвращается на круги своя.

Напротив, Библия показывает нам ход истории как целиком определяемый и диктуемый Богом. Понятие истории, строго говоря, имеет смысл именно в свете Библии, т. к. Библия говорит о вмешательстве, вторжении Бога в историю человеческую, ломая всякую предопределенность и повторяемость. История целиком определяется Богом и ведется Им к определенной цели, согласно изначальному и не подлежащему пересмотру замыслу. «Се, творю все новое» (Откр. 21,5),

—    это апофеоз библейского понимания и переживания истории, в которой действует Бог, не подвластный никакому року. Об этом будут говорить ветхозаветные пророки, и свое окончательное выражение такое понимание истории получит в апокалиптической литературе.

Символом же такого библейского историзма является Исход. Очень показательно одно наблюдение. Господь вывел Израиль для того, чтобы привести его в Землю Обетованную, но когда Израиль завоевал Ханаан, обосновался в этой Земле, осел на ней, пророки возвысили свой голос против этой успокоенности, оседлости и все время напоминали о временах странствия, когда народ был в пути. Для них это был духовный образец.

 

Протоиерей Александр Сорокин, Введение в Священное Писание ВЕТХОГО ЗАВЕТА, Курс лекций, «ЦЕРКОВЬ И КУЛЬТУРА» Санкт-Петербург 2002

Газета Протестант.ру


 

Добавить комментарий