Отношение к смерти жителей разных столиц: ценностные, возрастные, культурные и гендерные различия

И.Ю. Кулагина, кандидат психологических наук, старший научный сотрудник, профессор кафедры возрастной психологии факультета психологии образования, ГБОУ ВПО «Московский городской психолого-педагогический университет»

Л.В. Сенкевич, кандидат психологических наук, доцент, докторант кафедры возрастной психологии факультета психологии образования, ГБОУ ВПО «Московский городской психолого-педагогический университет»; заведующая кафедрой клинической и специальной психологии факультета социальной медицины государственной классической академии им. Маймонида

В статье представлены данные об отношении к смерти представителей интеллигенции — студентов и преподавателей гуманитарных вузов Москвы, Еревана и Рима, культурных центров с традиционно преобладающими христианскими конфессиями. Степень оптимизма/пессимизма в отношении к смерти определялась с помощью апробированного опросника, полностью приведенного в статье. Показаны региональные различия в отношении к смерти, объясняемые не только культурно-историческими традициями, но и современными социально-экономическими условиями, сложившимися в разных регионах. Возрастные (юность—зрелость) и гендерные различия непосредственно связаны с региональными. В Риме повышается уровень оптимистичного отношения с возрастом, в то время как на территории бывшего постсоветского пространства намечается тенденция его снижения — в зрелости оно амбивалентно в Москве и Ереване. (то есть двойственность переживания, выражающаяся в том, что один объект вызывает у человека одновременно два противоположных чувства.) При этом в Риме оптимистичное отношение к смерти высокого уровня характерно для мужчин и женщин; в Москве усиление амбивалентных тенденций осуществляется за счет мужчин, в Ереване — за счет женщин.

Фундаментальными потребностями человека и в то же время задачами его существования считаются потребности «быть самим собой» и «обрести гармонию с миром» [9]. Реализация этих потребностей и решение этих задач происходит при осознании и поисках путей преодоления ряда дихотомий, в частности между жизнью и смертью, между наличием потенциальных способностей и невозможностью их реализации из-за кратковременности, конечности жизни.

Организация исследования

В проведенном нами исследовании осуществлена попытка определить уровень оптимизма / пессимизма в отношении к смерти юношей и лиц среднего возраста.

Поскольку помимо возрастных различий предполагалось наличие различий гендерных и региональных, были поставлены исследовательские задачи:

1)    определить особенности отношения к смерти в юности и зрелости;

2)    выявить особенности отношения к смерти у юношей/мужчин и девушек/женщин;

3)    установить особенности отношения к смерти в разных регионах: в Центральной России, на Кавказе (в Армении), в Италии как экономически развитой европейской стране.

Базами исследования служили Московский городской психолого-педагогический университет, Государственная классическая академия имени Маймонида (Москва, РФ); Ереванский государственный университет, Армянский государственный педагогический университет им. Х. Абовяна (Ереван, Армения); Институт М. Массимо и Институт психологии Папского Грегорианского университета (Рим, Италия).

Испытуемыми явились студенты и преподаватели вузов — представители средних слоев населения, интеллигенция, имеющая гуманитарную профессиональную ориентацию. В исследовании приняли участие 275 человек:

—    в Москве 133 респондента: юность (от 18 до 23 лет) — 35 человек, из них 15 юношей; зрелость (30—50 лет) — 97 человек, из них 41 мужчина;

—    в Ереване 72 респондента: юность (от 18 до 23 лет) — 35 человек, из них 15 юношей; зрелость (30—50 лет) — 37 человек, из них 16 мужчин;

—    в Риме 70 респондентов: юность (от 17 до 23 лет) — 35 человек, из них 19 юношей; зрелость (30—50 лет) — 35 человек, из них 20 мужчин.

Москва, Ереван и Рим были выбраны как культурные центры и столицы государств, в которых традиционно доминируют христианские конфессии.

Предполагается, что региональные различия связаны не только с культурно-историческими традициями, но и с современным социально-экономическим положением Москвы как мегаполиса с относительно высоким для России уровнем жизни, Еревана как города, испытывающего значительные социально-экономические трудности, связанные с новыми условиями жизни на постсоветском пространстве, Рима как мегаполиса с высоким, по европейским меркам, уровнем жизни.

Методика исследования

Методика «Отношение к смерти» разработана И.Ю. Кулагиной и Л.В. Сенкевич в 2011 г.; представляет собой опросник, включающий 10 закрытых вопросов. Поскольку отношение к смерти может быть, как это показано в психологической литературе, неразрывно связано с удовлетворенностью жизнью, первые два вопроса касаются этого аспекта проблемы.

Выбирая ответы на поставленные вопросы, испытуемый в восьми случаях отмечает один ответ, в двух пунктах он может выбрать 2—3 утверждения.

При составлении опросника использовался метод экспертных оценок. В качестве экспертов выступили психологи и священнослужители — представители христианских конфессий, в том числе о. С. Моргалла, доктор философии (PhD), доцент Института психологии Папского Грегорианского университета (Рим, Италия).

После проведенной коррекции опросник в процессе апробации был представлен в следующем виде: Возраст      Пол      Образование

Вам предлагается ознакомиться с рядом вопросов, касающихся отношения человека к жизни и смерти. Пожалуйста, в каждом пункте отметьте утверждение, а где это указано, два-три утверждения, в наибольшей степени характеризующие Ваши представления.

1.    Как Вы представляете себе жизнь?

A)    радостной и удивительной

Б) никчемной и не имеющей смысла

B)    цепью неприятностей, страданий и потерь

2.    Как Вы относитесь к трудностям, встречающимся в Вашей жизни?

A)    жизнь трудна и с этим ничего не поделаешь

Б) я стараюсь их преодолевать, иначе не достигну успеха

B)    трудности закаляют характер и делают меня сильнее

3.    Как Вы представляете себе жизнь после жизни?

A)    наша земная жизнь единственная и после нее ничего не будет

Б) в следующей жизни я не повторю своих ошибок и буду счастливее

B)    я не знаю, какой будет следующая жизнь, и меня это пугает

4.    Когда Вы думаете о смерти, что Вас больше всего пугает?

A)    неизведанность загробной жизни Б) утрата этого мира

B)    физические страдания перед смертью

5.    Если Вы в этой жизни сделали много ошибок, как Вы думаете, придется ли Вам расплачиваться за них после смерти?

A)    нет, за свои ошибки я расплачиваюсь при жизни Б) да, и это меня крайне беспокоит

B)    да, но сейчас меня это не волнует

6.    Считаете ли Вы, что за Ваши ошибки будут расплачиваться дети и внуки?

A)    нет, это суеверие

Б) да, возможно

B)    да, и это меня пугает

7.    Как Вы полагаете, что может дать Вам смерть? (в этом вопросе Вы можете дать 1—3 ответа.)

A)    избавление от бремени жизни (трудностей, страданий, болезни)

Б) воссоединение с родными или близкими, которых уже нет в живых

B)    разлука с родными и близкими мне людьми, которые остаются жить

Г) утрата радостей жизни

Д) наказание за мои ошибки и грехи

Е) отпущение грехов

8.    Как, по Вашему мнению, ведут себя люди, зная, что в скором времени они умрут? (в этом вопросе Вы можете дать 1—2 ответа.)

A)    не соглашаются с этим

Б) испытывают гнев, обиду и зависть к окружающим

B)    пытаются отдалить конец, «торгуясь» с Богом и врачами

Г) испытывают страх и чувство безнадежности перед надвигающейся смертью

Д) принимают неотвратимость конца, смирившись с судьбой

9.    Какие качества появляются у людей, прощающихся с жизнью?

A)    мужество и стойкость

Б) агрессивность и завистливость к окружающим

B)    скорбь, страх, отчаяние

Г) ожидание райской жизни

Д) мудрость и прощение

10. Какие чувства вызывает умирающий у близких и родных людей?

A)    страдание и жертвенную любовь Б) страх и отвержение

B)    забота и чувство долга Г) принятие и безразличие

Общий показатель отношения к смерти

Баллы (за каждый ответ)

Оптимистичное    + 1    1а, 2б, 2в, 3б, 4а, 5а, 5в, 6а, 7а, 7б, 7е, 8а, 8в, 8д, 9а, 9г, 9д, 10а, 10в

Пессимистичное     1    1б, 1в, 2а, 3а, 3в, 4б, 4в, 5б, 6б, 6в, 7в, 7г, 7д, 8б, 8г, 9б, 9в, 10б, 10г

Испытуемый выбирает ответы к 10 вопросам. 19 ответов отражают оптимистичное отношение к жизни и смерти, 19 ответов — пессимистичное. Испытуемый может дать максимум 13 ответов.

Каждый оптимистичный ответ оценивается 1 баллом с положительным значением (+1). Каждый пессимистичный ответ оценивается 1 баллом с отрицательным значением (1).

Если сумма набранных испытуемым баллов является отрицательной, его отношение к смерти оценивается как пессимистичное. Интервал от 0 до (+3) свидетельствует об амбивалентном (противоречивом) отношении к смерти. Сумма баллов, превышающая показатель (+3) балла, оценивается как оптимистичное отношение.

При апробации данной методики в группе юношей и девушек, совершивших суицидальные попытки (35 пациентов острых отделений ПКБ № 4 им. П.Б. Ганнушкина и отделения аффективной патологии НИИ психиатрии), проводился корреляционный анализ общего показателя отношения к смерти, ряда показателей по методикам «Шкала экзистенции» А. Лэнгле, К. Орглер и общего показателя методики «Удовлетворённость жизнью» Э. Динера. Установлены положительные корреляции на высоком уровне значимости между общим показателем методики И.Ю. Кулагиной, Л.В. Сенкевич, показателями шкал «самодистанцирование», «самотрансценденция», «персональность», общим G-показателем экзистенциальной исполненности шкалы экзистенции и общим показателем удовлетворенности жизнью методики Э. Динера.

Результаты и обсуждение

Проведенное нами эмпирическое исследование позволило определить сходство и различия в отношении к смерти у юношей и девушек, мужчин и женщин, живущих в Москве, Ереване и Риме. Рассмотрим возрастные и гендерные различия по регионам.

Отношение к смерти: возрастные и региональные различия

Как показали данные, полученные в Центральной России (Москва), в юности для студентов гуманитарных вузов характерно оптимистичное отношение к смерти, хотя невысокого уровня: средний балл — 3,29. Если рассматривать популяционную динамику от юности к зрелости, можно отметить некоторое снижение уровня отношения к смерти, приводящее к тому, что у преподавателей гуманитарных вузов оно становится амбивалентным: средний балл — 2,55 (табл. 1).

В Кавказском регионе (Ереван) отношение к смерти ниже по своему уровню: оно амбивалентно как в юности, так и в зрелости — у студентов и преподавателей гуманитарных вузов. Здесь намечается аналогичная динамика — незначительное снижение уровня отношения к смерти от юности (2,26 балла) к зрелости (1,81 балла). Так же как в Центральной России, в Армении возрастные различия статистически незначимы (см. табл. 1).

Близкие показатели и общая тенденция возрастного снижения отношения к смерти в Москве и Ереване могут быть связаны с еще не вполне утраченными представлениями о жизни и смерти, унаследованными с доперестроечных времен. Это предположение в какой-то мере подтверждают значимые отличия показателей студентов и преподавателей гуманитарных (светских) подразделений вузов в Италии.

В Италии (Рим) оптимистичное отношение к смерти несколько выше в юности (3,46 балла) и значительно выше в зрелости (6,37 балла), чем в постсоветском пространстве — в Центральной России и Армении. Динамика здесь прямо противоположна: наблюдается существенное повышение уровня оптимистичного отношения к смерти в зрелом возрасте. Возрастные различия достоверны на высоком уровне значимости (р < 0.001).

Напомним, что отношение к смерти, согласно положениям С.Л. Рубинштейна и представителей экзистенциально-гуманистического направления в психологии (что отражено в вопросах авторской методики), определяется рядом факторов — удовлетворенностью жизнью, принятием ее финала, отсутствием значительного страха смерти и процесса умирания, уверенностью в собственной стойкости перед лицом смерти и в ближайшем социальном окружении, способном поддержать на последнем этапе жизни. Такие высокие показатели оптимистичного отношения к смерти, как в Риме, видимо, свидетельствуют о присутствии большинства этих факторов в сознании данной категории интеллигенции. Вероятно, удовлетворенность жизнью в зрелости связана, в частности, с внешними условиями, являющимися достаточно благоприятными в экономически развитой европейской стране.

Как видно из табл. 1, возрастные различия проявляются по-разному в разных регионах. Поэтому представляет интерес определение значимости различий в показателях респондентов каждой возрастной группы из Москвы, Еревана и Рима.

В юности статистически значимые различия наблюдаются только в показателях отношения к смерти юношей Еревана и Рима (р ≤ 0,05). Оптимистичное отношение к проблемам жизни, смерти и умирания, свойственное студентам из Рима, значительно выше, чем амбивалентное отношение к этим проблемам ереванских студентов. При этом различия в показателях юношей из Москвы и Еревана, и также Москвы и Рима статистически незначимы.

В зрелости, когда отношение к смерти снижается по своему уровню в Москве и Ереване и повышается в Риме, наблюдаются значимые различия не только между показателями Армении и Италии, но и показателями Центральной России и Италии (р ≤ 0,001). Амбивалентное отношение к смерти, присущее преподавателям вузов Москвы и Еревана, близко по своему уровню, так что в данных показателях значимые различия отсутствуют.

Таким образом, именно в зрелости появляются наибольшие региональные различия в отношении к смерти.

Отношение к смерти: гендерные и региональные различия

С целью выявить гендерные различия рассмотрим особенности отношения к смерти в юности и зрелости — по регионам.

Таблица 1

Различия в показателях отношения к смерти между возрастными группами Москвы, Еревана и Рима

(средние значения, U-критерий Манна-Уитни)

                    Москва                                 Ереван                          Рим

               юность зрелость     р     юность зрелость    р     юность зрелость р

Общий    3,29      2,55       0,187     2,26    1,81       0,529    3,46       6,37    0,000

показатель

В юности отсутствуют значимые различия в отношении к смерти у юношей и девушек (табл. 3). Однако намечается определенная тенденция в Центральной России и Армении, т. е. на территории постсоветского пространства: в своем восприятии проблем, связанных со смертью, юноши более оптимистичны, чем девушки. Девушки в Москве и Ереване более тревожны, осознавая эти проблемы, так что их отношение становится амбивалентным. Эти данные можно объяснить более ранним личностным взрослением девушек по сравнению с юношами, их более серьезным отношением к вопросам оценки своего не очень долгого жизненного пути, отношения к себе близких и вопросам, имеющим религиозный контекст. Видимо, юноши 18—23 лет более легко и спокойно судят об этих проблемах, что может быть следствием как отсутствия особого интереса к экзистенциальным моментам, так и защитной реакцией, не позволяющей углубляться в травмирующее содержание жизни.

В то же время данной тенденции у итальянской молодежи не наблюдается. В Риме и юноши и девушки достаточно оптимистичны. Получая светское, а не религиозное образование, и проживая в лучших социально-экономических условиях, чем их сверстники из России и Армении, возможно, они осознанно или неосознанно избегают анализа тяжелой стороны жизни.

Достаточно комфортная, благополучная жизнь в Риме в большей мере сказывается на отношении к смерти у мужчин и женщин среднего возраста. И у тех и у других значительно повышается уровень оптимистичного отношения к смерти — у мужчин с 3,52 баллов в юности до 6,67 балла в зрелости, у женщин — с 3,36 баллов в юности до 5,93 баллов в среднем возрасте (см. табл. 3). Хотя у итальянских женщин уровень оптимистичного отношения несколько ниже, чем у мужчин, значимые гендерные различия отсутствуют.

В Центральной России и Армении наблюдается противоположная тенденция: вместо повышения оптимизма происходит спад, усугубление амбивалентного отношения у мужчин в Москве и у женщин в Ереване. Можно предположить, что усиление амбивалентности у московских мужчин-гуманитариев связано с неудовлетворенностью жизнью в дорогом и максимально социально расслоенном мегаполисе. Снижение уровня оптимистического отношения к смерти и обострение экзистенциальных проблем у женщин в Армении может объясняться как традициями в Кавказском регионе (в котором женщина меньше ориентирована на социальные достижения и больше — на семью и быт), так и спецификой современного социально-экономического положения в стране, при котором мужчины часто вынуждены на

долго оставлять семью ради заработков и на плечи женщин ложатся значительные семейные трудности на фоне периодически повторяющегося одиночества. И именно в Армении зафиксированы статистически значимые гендерные различия в уровне отношения к смерти (см. табл. 3).

Выводы

1.    Отношение к смерти, придающей завершенность жизни человека и пробуждающей поиски смысла жизни, зависит от степени удовлетворенности жизнью, принятия факта ее конечности, страха перед смертью, процесса умирания и загробной жизнью/небытием, уверенности в собственной стойкости перед лицом смерти и в ближайшем окружении, способном поддержать на последнем этапе жизни.

2.    Представители интеллигенции (студенты и преподаватели гуманитарных вузов) в Москве, Ереване и Риме относятся к проблемам смерти оптимистично или амбивалентно; пессимистичное отношение отсутствует.

3.    В отношении к смерти значительны региональные различия, которые можно объяснить не только культурно-историческими традициями, но и социально-экономической ситуацией, сложившейся в регионах в настоящее время.

4.    Популяционная динамика общих показателей отношения к смерти от юности к зрелости различна в разных регионах. В Риме — культурном центре экономически развитой европейской страны с высоким уровнем жизни — уровень оптимистичного отношения значимо выше в зрелости, чем в юности. На территории постсоветского пространства, в Москве и Ереване, наблюдается обратная тенденция: от юности к зрелости уровень такого отношения снижается. В московском мегаполисе юноши имеют оптимистичное отношение невысокого уровня, лица среднего возраста — амбивалентное. В Ереване, уровень жизни в котором ниже московского, отношение амбивалентное и в юности, и в зрелости, но в зрелости его уровень несколько ниже.

5.    Снижение уровня отношения к смерти в Москве происходит за счет мужской выборки — именно мужчины в зрелости теряют свое оптимистичное юношеское отношение, приобретая амбивалентность взглядов на экзистенциальные проблемы. В Ереване снижается уровень амбивалентного отношения, напротив, у женщин, так что в зрелости гендерные различия оказываются значимыми. В Риме оптимистичное отношение к смерти высокого уровня свойственно и мужчинам и женщинам.

Таблица 3

Гендерные различия в показателях отношения к смерти у респондентов юношеского и зрелого возрастов из разных регионов (средние значения, U-критерий Манна-Уитни)

 

Возраст           Москва                           Ереван                             Рим

                    муж.   жен.     р             муж.  жен.    р            муж.    жен.     р

Юность      4,50    2,80    0,174       3,00    1,82   0,139       3,52    3,36    0,881

Зрелость     2,26   2,68    0,340       2,93   1,05    0,042        6,67    5,93    0,396

 

Литература

1.    Аргайл М. Психология счастья. 2е изд. СПб.: Питер, 2003. 271 с.

2.    Баканова А.А. Отношение к жизни и смерти в критической жизненной ситуации. Дисс. … канд. психол. наук: 19.00.11. СПб., 2000. 203 с.

3.    Белорусов С.А. Психология страха смерти [Электронный ресурс] // http://hpsy.ru/public/x1211.htm (дата обращения: 29.10.2013).

4.    Жить без страха смерти // Psychologies. 2013. № 91. С. 108—131.

5.    Кюблер-Росс Э. О смерти и умирании. Киев: София, 2001. 320 с.

6.    Рейнгольд Дж.С. Мать, тревога и смерть. Комплекс трагической смерти. М.: ПЕР СЭ, 2004. 384 с.

7.    Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. Человек и мир. СПб.: Питер, 2003. 512 с.

8.    Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990. 368 с.

9.    Фромм Э. Человек для самого себя. М.: АСТ; Астрель, 2011. 349 с.

10.    Холмогорова А.Б. Страх смерти: культуральные источники и способы психологической работы // Московский психотерапевтический журнал. 2003. № 2. С. 120—131.

11.    Экзистенциальная психология / Под ред. Р. Мэя. М.: Апрель Пресс; издво «ЭКСМОПресс», 2001. 624 с.

12.    Ялом И. Вглядываясь в солнце: жизнь без страха смерти. М.: Эксмо, 2012. 352 с.

 

КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ 4/2013

Газета Протестант.ру

Добавить комментарий