Атеистическая критика религиозного сознания – типичные подходы современного религиоведения к объекту своего исследования

атеизмСложный период, переживаемый в настоящее время Россией, правомерно определить как социокультурный кризис. Он характеризуется деканонизацией марксизма, атеизма, коммунизма, прежних социальных и нравственных идеалов. Наиболее тревожными симптомами являются процесс декультуризации и связанная с ним стандартизация личности вследствие распространения массовой культуры, религиозная трансформация общественного сознания, изменение шкалы духовных ценностей, в которой приоритет отводится религии, а православие рассматривается в качестве доминирующей составляющей национального самосознания. В общественном сознании наблюдается переориентация от материализма к идеализму, от атеизма к религии. Иными словами, от активности к пассивности, от стремления воздействовать на бытие к смирению, покорности, надежде на помощь свыше. А поскольку религия являет собой иллюзорно-фантастическое отражение действительности и имеет трансцендентную направленность, постольку стали популяризоваться трансцендентные ценности, а реальности стал придаваться налет призрачности. В этих условиях обостряются потребности осмысления человеком как общественного, так и индивидуального бытия, сопряженные с поиском смыслообразующих ориентиров, способов самоопределения и самореализации.

Нет никакого сомнения в том, что мы живем в переломную эпоху. А в переломные периоды преобразовательные процессы всегда осуществлялись в результате столкновения старого и нового, – и в этой ситуации остро встает проблема выбора и для страны в целом, и для каждого человека в отдельности. Разрушение старых и становление новых норм, принципов, ценностных ориентаций, а порой возвращение к старому, которое переосмысляется, сопряжено с растерянностью, с потерей координации, с негативной оценкой происходящего.

Справедливо заметил в недалеком прошлом З.И. Файнбург, что «эпохи формационных переходов неизбежно рождали густые облака иллюзий». Современная эпоха также порождает немало иллюзий, одной из которых, на наш взгляд, является вера в исключительное воздействие религии как социокультурного феномена на все сферы общественной жизни.

Цель данной статьи показать, что теологические попытки модернизации религиозного сознания несостоятельны, так как они не меняют специфической сущности религии, что религиозное сознание базировалось и базируется на традиционных постулатах, имеющих трансцендентную направленность, в силу чего не может вывести общество из состояния духовного кризиса.

В качестве системообразующего мы определяем триединый вопрос, решение которого дает основание судить об исторических типах мировоззрения: Что есть мир? Что есть человек? Какова их взаимосвязь? В религиозном мировоззрении эта проблема в трех ее ипостасях всегда соотносилась с провиденцией. Не составляет в этом плане исключения и современное ее решение. Остается традиционной трактовка Бога как Абсолюта, как причины и источника всего сущего. Но последние десятилетия в богословских концепциях появляются пантеистические элементы: Божественная реальность не может восприниматься вне ее конкретных проявлений, Бог не существует отдельно от мира, а воплощается в вещах и их взаимодействии и, прежде всего, в человеке. Свои совершенства он передает человеку, поскольку сотворил его по образу и подобию своему. Конечно, это отнюдь не означает, что теологическая концепция человека исключила идею греховности, она сохраняется в своеобразной плоскости: все доброе от Бога, а злое – от естества человека, в силу того, что человек обладает свободной воли.

Если прежде доминировала идея запредельности, недоступности, трансцендентности Бога, то сейчас речь идет о сближении Бога с человеком. Это подчеркнул в своем рождественском приветствии в храме Христа Спасителя Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (7.01.12). Он обратил внимание на то, что нынешний христианин не должен воспринимать Бога «в громе и молнии», которого страшились древние, Бог воплотился в человека, «стал одним из нас», находится рядом, ему достаточно протянуть руку, – поэтому божественное присутствие человек может ощутить в своей непосредственной жизни. Мы полагаем, что такая субъективация представлений о Боге детерминирована субъективацией самого бытия.

Более того, в богословии активно пропагандируется идея взаимосвязи макро и микромира (в контексте единства Бога и человека), а современное апокалипсическое состояние общества объясняется срывами в духовной

сфере человека. А. Мень отмечал, что уже апокалиптики Ветхого Завета усмотрели начало падения в высших сферах духовных существ: «Эта духовная катастрофа издавна ощущалась в религиозном сознании человечества. Она совершилась в глубинах духовных измерений, но в силу вселенской взаимосвязи должна была отозваться на всем космическом порядке, вызывая в нем возмущения, волны, вибрации, порождая антагонизм сил и распад» 1.На смену апофатизму – сознанию интеллектуального поражения человека при стремлении постичь Бога и сотворенный им мир, который в лучшем случае допускал возможность слияния с Богом, на смену иррационалистическим концепциям приходит рационализм, делаются попытки синтезировать научные представления с религиозной верой, а библейскую картину мира соотнести с эволюционной теорией, диалектикой.

Комментируя Священное Писание, А. Мень приходит к выводу, что «Творец приводит стихии в действие, но впоследствии природа возрастает уже сама: вода и земля порождают живые существа. Непосредственно же творческие акты Бог совершает лишь на узловых этапах развития мира» 2. Имеется в виду творение неба и земли, жизни, человека. При такой трактовке совершенно очевиден переход от теизма к деизму, признающего Бога только в качестве первопричины и допускающего дальнейшее развитии мира по его собственным законам. Популярны эзотерические системы, постулирующие поэтапный и многоплановый характер мироздания. Дух Божий понимается как некая энергетическая сила, которая дает толчок для существования Вселенной как материальной структуры, осуществляющей дальнейшее развитие согласно естественной эволюции.

Так, О. Асауляк, возглавляющая эзотерическую Школу Единого Принципа, полагает что «энергетический Адам, столкнувшись с грубой материей физического плана, рассыпался на миллионы живых частиц. Замедленное течение времени Земли разбросало эти частицы на многие века земного существования».3 В духе модифицированного креационизма сложилась идея о том, что Бог создал не одного Адама, а множество (а иначе как объяснить многообразие рас, народностей, наций?), которая еще в 70е гг. ХХ века в «Богословских Трудах» вылилась в формулу: «Адам – это единство, обнимающее собой множество».

О. Асауляк считает, что процесс «распыления» все еще не закончен в физическом плане, так как продолжается рождение человеческих особей, а, во-вторых, параллельно происходит обратный процесс – восстановление человека в прежнем духовном качестве через второе Рождение при жизни»1. Подобные воззрения, на наш взгляд, перекликаются с идеей Н.Ф. Федорова о «патрофикации» (воссоздании ранее живших поколений в результате преображения, вопреки «слепым силам природы»).

Идея эволюции в этой интерпретации предполагает совместное творчество Бога и твари: от человека разумного через человека духовного к человеку лучистому, который, по всей вероятности, перейдет в разряд святых духов. И вновь ощущается корреляция с эволюционной теорией «богочеловечества» В.С. Соловьева: поэтапное воплощение Бога в Христа, затем в святых, и, наконец, в человечество.

Таким образом, делаются попытки рассмотрения человека как высшего звена в эволюции и соучастника акта творения (в плане дальнейшего совершенствования бытия), а сам процесс творения понимается диалектически, как непрерывно длящийся. Мы полагаем, что если бы этот процесс рассматривался теологами как достигший в силу всемогущества Бога последней инстанции, то это, с одной стороны, ниспровергло бы идею эволюции, которой противоречит акт завершения и совершенства, а с другой стороны, не предрасполагало бы к формированию доктрины «теодицеи», т.е. богооправдания. Суть ее сводится к тому, что, согласно Священному Писанию, Бог в течение шести суток сотворил мир, а на седьмые сутки почил, дав возможность проявить свой творческий потенциал человеку, наделив его свободой воли. Но божеские сутки, как утверждают сейчас теологи, длятся миллионы и миллиарды лет. Это означает, что седьмые сутки продолжаются до сих пор: Бог почивает, а человек выполняет свою миссию. Отсюда следует, что все зло, преступления, даже природные катаклизмы идут не от Бога, а от порочного человека, греховность которого неискоренима.

Совершенно очевидно, что все попытки богословов привести библейскую картину мира в соответствие с данными науки не убедительны, они создают видимость наукообразности, тем более, что в исходных позициях в решении проблем происхождения Вселенной и человека допускается действие особой творческой силы, предопределяющей все сущее.

Следует заметить, что нынешняя богословская концепция мироздания во многом согласуется с тейярдизмом, который прежде подвергался критике. В ней очевидны не только элементы пантеизма (о чем уже упоминалось), но несомненные составляющие гилозоизма и панпсихизма. Так, Тейяр де Шарден был убежден, что по мере развития постепенно будет исчезать барьер между «живой протоплазмой» и «мертвыми белками» на уровне крупных молекулярных соединений, обладающих рудиментарной психикой1. Всеобщая одушевленность природы, считают вслед за ним богословы, – гарант преображения и будущего воскрешения, которые соответствуют непрерывности процесса эволюции.

Теологам также импонирует идея Тейяра де Шардена о слиянии антропогенеза с космогенезом и осознание человеком себя вершиной эволюции. Их роднит теологизация эволюции, так как утверждается возможность осознания себя главной осью развития Вселенной лишь в акте божественного творения. Эволюция приобретает форму конуса, вершина которого находится за пределами. А это означает не что иное, как чуждый идее эволюции дух финализма, стремление движения к конечной «точке Омега», которое для человека приобретает форму Христогенеза, т.е. границы эволюции приводятся в соответствие с границами христианских догм.

Предпринятый нами анализ основных мировоззренческих проблем в их богословской интерпретации дает основание сделать заключение об отсутствии радикальных преобразований в религиозном сознании. Религия и в современных условиях сохраняет характер иллюзорно-фантастического отражения и прогнозирования бытия. Двуслойность онтологии сохраняется как непререкаемая истина в силу ее догматического характера. Наличие двух миров – дольнего и горнего, а иными словами, реального и трансцендентного, которые отнюдь не равнозначны в религиозном сознании, – основа религиозного миропонимания. Обесценивание человеческого разума ради провозглашения божественной премудрости – суть религиозной гносеологии. Расширение границ религиозной праксиологии (она приемлет сейчас наряду с культовой практикой «деятельное социальное служение») коренным образом не изменило ее сущности, так как социальная активность с этих позиций не выходит за рамки провиденциализма и стремления к трансцендентному.

Ориентация на трансцендентное имеет глубинные корни и отражает всю сложность и противоречивость духовно-практического состояния общества. Она детерминирована ограниченностью действительного бытия людей и способов их воздействия на окружающий мир. В настоящее время эта ориентация объясняется также социально-психологическим климатом, растерянностью общества, запутавшегося в противоречиях. Это противоречия не только в области материальных отношений, но и духовных ценностей. Массированное давление религиозной идеологии на общественное сознание осуществляется всеми средствами информации и коммуникации, причем оно сопровождается низложением всех других духовных компонентов и, прежде всего, атеизма.

Нет ничего удивительного в том, что в конце ХХ века разрушился хрестоматийный, сложившийся в годы советской власти, подход к религии, как к опиуму, как к реакционному явлению. В условиях перестройки стал делаться акцент на психотерапевтические компоненты религиозного феномена, на которые обращал внимание К. Маркс, подчеркивая, что религия может быть «сердцем бессердечного мира», «духом бездушных порядков». Но новое видение религии, ее корректировка переросла в форму противостояния альтернативному духовному феномену атеизму. Религия стала оцениваться как стабилизирующий фактор, атеизм как деструктивный. Сущность атеизма вульгаризуется и преподносится не иначе как безбожие, т.е. подчеркивается его критическая функция, при этом заведомо умалчивается главная сторона конструктивная. На двуединое содержание атеизма указывал К. Маркс, интегрируя в его определении два аспекта негативный и позитивный. «Атеизм является отрицанием бога и утверждением бытия человека именно посредством этого отрицания» (курсив наш Т.С.). Критика религии, как считали классики марксизма «завершается учением, что человек высшее существо для человека».

История становления человеческого сознания свидетельствует о том, что атеизм возник, прежде всего, не как критика религии, а как выражение свободомыслия, максимальное освоение полноты достижений духовно-практического овладения мира, признание созидательных способностей человека, его высокого назначения, т.е. с момента зарождения он был воплощением гуманизма. Гуманизация всегда проявлялась в эмансипации человеческого сознания, прорыве через пассивность и зависимость, физическое и духовное раскрепощение.

Поэтому очень важно на современном этапе определить систему ценностных координат не только в плане социальных преобразований, но и духовного становления. Как никогда актуален призыв к толерантности, предполагающий терпимость к инакомыслию, ориентирующий на продуктивный цивилизованный диалог, который не был претворен в реальность ни в период атеизации в годы советской власти, ни в период современной религизации. О какой толерантности может идти речь, если накануне празднования Рождества Христова, Патриарх Московский и Всея Руси Кирилл, поздравляя с телеэкрана (6.01.12) православных христиан со знаменательным событием, позволил себе с нескрываемым гневом заявить, что этот великий праздник игнорировался в годы советской власти и сейчас «воинствующая посредственность, защищающая свой маленький мирок, всем своим нутром (курсив наш – Т.С.) будет отталкиваться от этой вести». Не вызывает сомнения, что под «воинствующей посредственностью» подразумеваются атеисты, к числу которых относятся известные всему миру ученые, всю свою жизнь посвятившие не служению Богу, а служению человечеству. К ним принадлежат лауреаты Нобелевской премии В.Г. Гинзбург и Ж.И. Алферов, подписавшие «Открытое письмо президенту», в котором выступили против клерикализации страны. На этих же материалистических позициях стоят многие тысячи отечественных и зарубежных ученых, люди высочайшей духовности и интеллекта, высокой нравственности и культуры, отнюдь не с «маленьким и узким мирком», а с широчайшим кругозором, вызывающие восхищение преданностью своему делу и идеалам. Не вызывает сомнения, что толерантность предполагает не только терпимое отношение к представителям различных вероисповеданий, но и к тем, кто в качестве своего духовного стержня избрал свободомыслие и атеизм.

Наконец, следует заметить, что выход из создавшейся ситуации духовного кризиса в настоящее время, как и в любую переломную эпоху, зависит не от преобладания той или иной мировоззренческой системы, а от социально-экономических факторов, ее продуцирующих. Высокий уровень духовности в общественном развитии всегда детерминировался высоким развитием социальных отношений. Вот почему лучшие умы Нового времени и эпохи Просвещения призывали к ниспровержению тех отношений, которые делают человека униженным и оскорбленным, беспомощным и презренным существом. Прав был Л. Фейербах, призывавший ни при каких обстоятельствах не терять человеческое достоинство и борьбе за мнимые ценности, а стремиться к реальному совершенствованию, – тогда у человека не будет потребности искать иллюзорные пути обретения счастья. Только сосредоточенность на действительном мире, «на своем настоящем», откроет человеку реальные перспективы, «даст новую жизнь, даст великих людей, вызовет великие идеи и дела». Актуальность этого призыва великого гуманиста в наши дни несомненна.

Т.А. Сыпачева

Институт философии Российской академии наук, Труды российской научно-практической конференции светских ученых и теологов с участием зарубежных исследователей

«Проблемы российского самосознания. религиозные, нравственные и правовые аспекты культуры», (Москва, 2 октября 2012 г. Пермь, 4–5 октября 2012 г.) Москва – Пермь 2012

Газета Протестант.ру   

Добавить комментарий