Классические социальные государства остаются сегодня устойчивыми.

сщй1Контуры современной социальной модели

ХРАМЦОВ Александр Фёдорович — доктор политических наук, ведущий научный сотрудник ИС РАН.

Современные факторы изменчивости социальных государств, включая многообразное воздействие глобализации, какой бы сокрушительной ни представлялась многим их сила, отнюдь не одни, и не в первую очередь определяют контуры современной социальной модели в наиболее развитых странах Европы. Им противостоят долговременные факторы, обеспечивающие незаурядную стабильность социальных государств. О причинах их устойчивости говорится чрезвычайно редко и мало, в России же — почти ничего. Между тем только соотнеся факторы изменчивости и устойчивости, можно делать обоснованные выводы о перспективах государств благосостояния.

Устойчивость классических социальных государств определяется, в частности, тем, что их основы глубоко укоренены в истории и культуре европейского континента. Мощный импульс возникновению государств благосостояния дал анализ предпосылок и итогов Второй мировой войны. Он выявил необходимость переоценки всей прошедшей к этому времени новейшей истории, которая всё более воспринималась как череда экономических потрясений и социальных взрывов, разрушительных войн и кровавых диктатур. Вызревало мнение, что всего этого нужно избежать в послевоенном мире. Ускорению процесса способствовали атомные взрывы в Хиросиме и Нагасаки, ярко показавшие, к чему могут привести потрясения в новых условиях. Можно утверждать, что классический, всё ещё необузданный и дикий капитализм сгорел в пламени войны. Его альтернатива — социальное государство стало продуктом волеизъявления самых широких социальных и политических сил, что придавало его формированию и дальнейшему функционированию незаурядную прочность.

Устойчивость социального государства в первую очередь связана с тем, что оно в рамках своей социальной политики исполняет совершенно необходимые для развития общества функции, роль и значение которых возрастает в исторической перспективе. Изначальной в историческом плане является титульная, гуманитарная функция социальной политики. Осуществляя её, социальное государство корректирует как социальные деформации (например, недостаточные возможности малообеспеченных семей заботиться о здоровье и образовании детей), так и отклонения личностного поведения. Оно частично сглаживает влияние демографического фактора (например, многодетности) на уровень обеспеченности, играя компенсаторную роль. Из сказанного ясно, что гуманитарная функция социальной политики государств благосостояния отнюдь не отделена прочной стеной от экономической функции.

Экономические функции социальной политики всегда своеобразным образом находились в эпицентре идейно-теоретической борьбы по проблемам социального государства. Своеобразным именно потому, что в большинстве выступлений критиков социального государства на Западе о его экономических функциях вообще не упоминается. В российской же научной литературе можно встретить, например, утверждение, что социальная деятельность государства в экономическом смысле формируется и выступает в виде «улицы с односторонним движением». Поток благ идёт по ней только в одном направлении — к их получателям (потребителям). Аналогичное по содержанию и адекватное по масштабу движение благ в сторону их отправителей (создателей) на этой «улице» не предусмотрено. Процесса взаимодействия в рамках социальной деятельности современного государства не происходит. Черты обоюдности, взаимности ей не присущи.

Забвение существования экономических функций социального государства для его недоброжелателей естественно. Признание, что сильная социальная политика не только гуманна и ведёт к политической консолидации, но и выгодна всем слоям населения в чисто экономическом смысле, оставляет слишком мало места для конструкций критиков социального государства. Значительно менее естественно, что и его защитники нередко также забывают об этих функциях.

Объективно социальная политика корректирует в общих интересах рыночные процессы удовлетворения возрастающих по объёму и меняющихся по структуре необходимых потребностей населения. В сфере распределения реализуются экономические интересы, создаются предпосылки для формирования стимулов поведения и трудовой активности. Экономически социальная деятельность государства в цивилизованном обществе прежде всего воздействует на потребление через распределительные процессы, поддержание и повышение платежеспособного спроса, что обеспечивает производство и воспроизводство главной производительной силы общества — человека. В процессе роста платёжеспособного спроса, как отмечал обществовед Ю. А. Васильчук, «изменился сам характер главного богатства, определяющего благосостояние общества. Если раньше им была огромная масса производимых товаров, то теперь им стало богатство платёжеспособного спроса населения, масштабы и динамизм внутренних потребительских рынков. Возникла власть массового потребителя, власть рынка. Но это уже не власть денег. Наоборот, поскольку массовый рынок создаётся спросом миллионов семей, то это уже власть социума, использующего деньги».

Заинтересованы в повышении благосостояния наёмных работников и предприниматели, ибо хорошо подготовленная, здоровая рабочая сила обеспечивает более высокие прибыли, одновременно гарантируя повышенную покупательную способность. Не может быть для них безразличным и положение безработных, представляющих собой резерв рабочей силы. Одна из экономических функций социальной политики и есть создание наиболее благоприятных условий для повышения рентабельности бизнеса. Предпринимательство как целый слой не может не иметь в виду, что вся совокупность социальных задач в условиях рыночного хозяйства просто не может быть решена им с тем же качеством и с более низкими издержками. От потребления зависят также и такие параметры экономического процесса, как объёмы производства, темпы роста, структура хозяйства, направления и объём инвестиций, номенклатура и качество производимых товаров и т. д. Реализация этой функции социальной политики создаёт основу для массового производства.

Государство в своей социальной деятельности призвано решать и политические задачи. Социальное государство, обеспечив кардинальные изменения в функционировании экономики, добилось существенных политических последствий. Отказ от погони за абсолютной прибавочной стоимостью, обеспечение необходимой массой прибыли при относительной прибавочной стоимости требовали ускоренного развития НТР, массового производства товаров и услуг, предполагающего значительный рост покупательной способности широких слоёв населения, в том числе и самих производителей товаров. Такая качественная модернизация рыночной экономики делала не только несвоевременной, но и даже вредной с точки зрения самих предпринимателей жёсткую юридическую, политическую и экономическую дискриминацию наёмных работников и их организаций, что создавало предпосылки для компромиссного решения конфликтов в социальном государстве.

В последние десятилетия число и объём функций социальной политики резко возрастают. Если в начале своего развития социальная политика в качестве своего объекта имела бедных, затем к ним прибавились представители рабочего класса, то тенденция расширения круга нуждающихся в защите социальной политики проявлялась и далее. В конечном итоге в него попали практически все социальные группы, всё общество, что полностью соответствует тенденции универсализации социальной политики. С некоторых пор всё, что происходит в обществе, отражается на состоянии дел в социальной сфере. С другой стороны, социальная политика государства благосостояния во всё большей мере затрагивает жизнь каждого члена общества.

Общественное мнение в полной мере озабочено обусловленным глобализацией ростом мнимых или реальных индивидуальных рисков. Это побуждает граждан несмотря на все опасения относительно перспектив социального государства давать ему высокую оценку, проявляя заинтересованность в сохранении и развитии его защитных функций.

Высокая оценка социального государства свойственна отнюдь не только народным низам. Хорошо известная по прежним временам схема, предполагающая, что широкие народные массы борются за свои социальные права, добиваясь их расширения, но им препятствуют правящие круги, в новых условиях работает далеко не всегда. Об этом говорят к сожалению редко проводимые на данную тему социологические исследования. Так, в Берлине в начале 2007 г. было представлено одно из них, в ходе которого было опрошено 646 лиц, ответственных за принятие решений в экономике, политике и управлении, проведённое Алленсбахским демоскопическим институтом для экономического журнала «Капитал».

Среди опрошенных были 122 руководителя фирм с числом занятых более 5000, 42 премьер-министра и министров федерального и земельных уровней. Преобладающая доля германских руководителей (84 %) в соответствии с опросом не считают, что в нашей рыночной экономике «слишком сильно подчёркиваются социальные аспекты». Ненамного меньше тех, кто оценивает весьма положительно имеющуюся в стране социальную систему: 72 % заявили, что существующее в течение десятилетий социальное государство принесло больше пользы, чем вреда. Уровень социальных достижений также оценивается большинством как нормальный. Опрошенные высказали глубокую озабоченность возможным размыванием социальной стабильности. И это при условии, что 77 % элитных управленцев верят в то, что общество предоставляет достаточные шансы на карьерный рост. Тем не менее 78 % опасаются формирования низшего слоя, который в социальном и экономическом отношениях отгородится от общества в целом; 48 % ожидают и опасаются роста числа граждан, теряющих от процессов глобализации [см.: 18].

Отнюдь не случайным является быстрый рост численности так называемых «скептиков» глобализации, отрицающих сколько-нибудь очевидное воздействие глобализации на социальные государства. Так, например, профессор Северо-Западного университета (США) Д. Свэнк осуществил компаративное исследование социальной политики 15 государств благосостояния. В итоге Д. Свэнк пришёл к выводу, что глобально организованный капитал не оказывает существенного влияния на деятельность тех из них, которые относятся к универсалистским (скандинавского типа) или консервативным моделям (Германия, Франция). Однако особенности либеральных (англосаксонских) государств благосостояния делают их слабо защищёнными перед натиском глобализации [см.: 19, с. 119].

Об этом же пишет видный европейский политик, бывший комиссар ЕС по торговле П. Мандельсон, проанализировавший данные ОЭСР за 20 лет. Выводы очевидны: государства с сильной социальной ориентацией, которые обеспечивают гибкость рынка рабочей силы, высокий уровень образования и переподготовки, помогают женщинам и пожилым людям продолжать работать, лучше подготовили себя к глобализации, чем страны со слабой социальной политикой. Но даже среди наиболее развитых стран ситуация весьма различна: Скандинавия и США получили одинаковые с точки зрения благосостояния и конкурентоспособности выгоды от глобализации, но распределили они эти выгоды далеко не одинаково. Именно это обстоятельство накладывает существенный отпечаток на решение вопроса: в какой политической культуре глобализация более устойчива? Один из десяти шведов считает, что глобализация плохо влияет на его страну. Такого же мнения пятеро из каждых десяти американцев [см.: 20].

Эмпирические факты недвусмысленно свидетельствуют, что разговоры о кризисе, упадке социального государства, неотвратимости под влиянием глобализации действия факторов его изменчивости имеют под собой не слишком веские основания. К отказу от фундаментальных основ социального государства не готовы ни социально-демографические группы, ни социальные слои и классы. Резкое расширение диапазона социально-политических действий в рамках социального государства, превращение практически всего населения в объект социальной политики настолько расширяют его функции, что это означает не количественное, а качественное изменение ситуации. Причём тенденции развития социальной сферы заставляют предположить, что и в будущем круг проблем социальной политики, вызывающих в обществе сильный резонанс, будет только увеличиваться. А значит, и это важнейший урок для России, что факторы его устойчивости продолжают крепнуть, а возможности подрыва основ социального государства с течением времени сокращаются.

Однако это не означает, что социальное государство надёжно защищено от потрясений и уже сейчас способно удовлетворить не только объективно возникающие новые потребности, но и обычные традиционные запросы. Вместе с тем этот факт уже нигде не рассматривается как нормальный, соответствующий реалиям рыночной экономики. Социальное государство не является завершённой конструкцией. Оно всегда будет развиваться в поисках ответов на новые проблемы, которые постоянно встают перед человечеством.

Литература

  1. Васильчук Ю. А. Воздействие семьи на динамику рыночной экономики // Мировая экономика и международные отношения. 2007. № 1. С. 3641.
  2. Mischke, J. Deutschland in Europa // Datenreport 2008: Ein Sozialbericht fuer die Bundesrepublik Deutschland 2008. S. 419441 // Destatis. Statistischen Bundesamt. URL: https://www.destatis.de/DE/Publikationen/

Datenreport/Downloads/Datenreport2008.pdf? blob=publicationFile

(07.10.2014).

  1. Manager ruemen den Sozialstaat // Der Tagesspiegel. 14.03.2007.
  2. Swank, D. Global capital, political institutions and policy change in developed welfare states. Cambridge: Cambridge univ. press, 2002. 221 р.
  3. Мандельсон П. Открытость и социальная политика. // Независимая газета. 17.06.2008.

 А. Ф. Храмцов

Россия реформирующаяся. Вып.13: Ежегодник / Отв. ред. М. К. Горшков. — Москва: Новый хронограф, 2015. —464 c.

1

Аватар комментатора

«В итоге Д. Свэнк пришёл к выводу, что глобально организованный капитал не оказывает существенного влияния на деятельность тех из них, которые относятся к универсалистским (скандинавского типа) или консервативным моделям (Германия, Франция).
Однако особенности либеральных (англосаксонских) государств благосостояния делают их слабо защищёнными перед натиском глобализации.»

«Выводы очевидны: государства с сильной социальной ориентацией, которые обеспечивают гибкость рынка рабочей силы, высокий уровень образования и переподготовки, помогают женщинам и пожилым людям продолжать работать, лучше подготовили себя к глобализации, чем страны со слабой социальной политикой.»
………………………………………………………………………………………………..
С выводами исследования можно вполне согласиться:
островные государства, т.е. англосаксонская модель капитализма, не справляется с новыми вызовами и даёт сбои,
Получается, что континентальная модель капитализма более устойчива в условиях глобализации.

Добавить комментарий