Иудейская мудрость: между аскетизмом и умеренностью.

аскетРазве тебе недостаточно того, что запретила Тора, что ты запрещаешь себе другое?

Михаил Гринберг (Иерусалим)

Известно, что в средневековой еврейской мысли аскетизм не приветствовался. Так, например, говорит об этом один из столпов философии и ѓалахи, Рамбам:

  1.   Да не подумает человек: «Раз [зависть,] вожделение, честолюбие и тому подобное – дурная стезя и сживают человека со свету, то избавлюсь-ка я от них совершенно, отдалюсь к противоположному концу». И после этого перестает есть мясо и пить вино, не женится, поселится в негодном жилище, прекратит носить приличную одежду, а будет носить рубище и грубую шерсть и тому подобное, подобно христианским монахам. Это тоже дурная стезя, по которой идти запрещено.
  1. Тот, кто пошел по этой стезе, называется грешником; ведь сказано о «назире»: «…И искупит за себя, так как положил грех на душу» (Бемидбар 6: 14); сказали мудрецы: если даже «назир», который не отказался ни от чего, кроме вина, должен приносить искупительную жертву – тем более тот, кто отказался от любой другой вещи.
  2. Поэтому велели мудрецы, чтобы человек не отказывался ни от чего, кроме вещей, запрещенных Торой, и не связывал себя обетами и клятвами, ограничивая себя в разрешенном. Так сказали мудрецы: Разве тебе недостаточно того, что запретила Тора, что ты запрещаешь себе другое?
  3. В том числе те, кто постоянно постится, – это дурной путь, и запретили мудрецы изнурять себя постом. И на все эти вещи и подобные им указал Шломо, сказав: «Не будь слишком большим праведником, и не слишком мудрствуй: зачем уходить от мира?» (Коѓэлет 7: 16).

Стоит сравнить эти слова с тем, что пишет Рамбам по поводу отшельнической жизни и добровольных самоограничений в Предисловии к трактату Авот, Шмона Праким (гл. 4):

Но почему же некие праведники в некие времена и в неких местностях бросались в крайности – постились, не спали ночью, пренебрегали едой и вином, женщинами, носили рубище и грубую шерсть, поселялись в горах и пустынях? Они делали это для излечения [своих личностных черт], чтобы не стать такими же, как жители их местности. И потому бежали в места, где нет дурных людей. <…> А когда глупцы видели, что так поступают праведники, и не поняли их намерений, то сочли такое поведение праведным. Они стали всячески изнурять себя, полагая, что этим они приобретают достойные черты характера, и таким образом человек может приблизиться к Богу, как будто Бог, Благословенный, ненавидит тело и мечтает, чтобы они от него избавились. И не понимали они, что поступают дурно, что от этого они становятся ущербны, в том числе и духовно…

То есть, Рамбам допускает аскетизм в строго определенных целях: если человек чувствует, что отклонившись от знаменитой «золотой середины» или «серединного пути», то с целью исцеления души ему следует на время предаться обратной крайности. Например, если человек подвержен жадности, ему следует некоторое время тратить на пожертвования большую сумму, чем того требует закон. А если предавался обжорству, следует резко ограничить себя в пище. Но все это временно и может быть применимо только с целью исправления данной черты характера.

Кроме того, отшельническое поведение присуще праведникам и особо развитым духовным людям, но для других такой образ жизни неприемлем, и приводит лишь к искажениям.

Рабби Яаков Скили, ученик РАШБы (Испания, XIV в.), пишет в книге «Торат ѓа-минха»:

Тора приказала нам не есть один день в год… отсюда можно выучить, что Всевышний не хочет ни нашей смерти, ни страданий, а [хочет] того, чтобы мы ели, насыщались хлебом нашим и чувствовали себя хорошо. Ведь не запретил Он нам ничего из разрешенной пищи ни в какое время… ибо отказ от пищи ослабляет тело и причиняет болезни, а Господь не хочет, чтобы человек умер раньше времени… а потому Тора запретила есть только день в году, и даже в этот великий и святой день, если человек не может поститься, ему можно есть, более того, этим он исполняет великую заповедь, как если бы принес жертву…

Р. Меир Аль-деби (Испания, XIV в.) в книге «Швилей эмуна» («Тропы веры», 6) выражается более определенно:

Любой мудрый человек должен придерживаться среднего пути, и тогда будет называться благочестивым (хасидом)… но, если он видит, что страсти овладевают им, пусть отстранится от них, как делали назореи, либо пусть изредка постится, чтобы умертвить излишки животности в себе. Но если он видит, что это нанесет ему вред из-за слабости здоровья, пусть отдалится от такого пути и не истязает себя слишком и не укорачивает своей жизни, как это делают отшельники из других народов, которые всячески мучают себя, как будто Творец ненавидит плоть и хочет ее уничтожения, ибо это несомненная жестокость…

Йеѓуда ѓа-Леви определил разницу между самоистязанием и истинным служением в книге (Кузари 2: 50):

Сказал рабби: Учение Моисея не предписывает аскетизма. Оно учит соразмерять, придавать каждой душевной и физической силе соответствующее ей значение, не преувеличивая его. Чрезмерное развитие какого-либо одного качества в чем-то ослабляет другое. Тот, кто склонен к телесной жажде, оскудевает мыслью, и наоборот…

Одним словом, наше Учение требует богобоязненности, любви и радости. Ты можешь приблизиться к Богу любым из этих путей. Смирение во время поста

приближает не больше, чем радость в субботу и в праздники, когда сердце чисто и мысли обращены к Нему. Так же как в молитве необходимы мысль и углубленность, так они нужны и для того, чтобы сердце радовалось заповедям и Торе. И тогда ты будешь радоваться самой заповеди из любви Заповедавшему и познаешь, какое благо Он в ней дает – ты как гость у Его стола и в Его владении – и возблагодаришь Его мысленно и внешне. А если твоя радость воплотится в танце и пении – это служение Всевышнему и причастность к Божественному         действию.

Впервые положительное отношение к самоистязанию и аскетизму в еврейской литературе мы находим у так называемых хасидей ашкеназ, узкой группы среди мудрецов, проживавших в бассейне Рейна в XII–XIII вв., которые вели праведный образ жизни и изучали тайны Торы. В «Сефер хасидим» (пар. 19) р. Шмуэль ѓа-хасид пишет следующее:

Тот, кто имел сношения с чужой женой и пришел к тебе просить совета, как совершить раскаяние… то должен он совершить деяние сравнимое с каретом (отсечением души) или наказанием кнутом. Если он пришел зимой, пусть сделает прорубь в реке и погрузится в воду до рта, либо до носа, на время, которое он провел в разговорах с той женщиной до греха и время самого греха. И пусть поступает так, пока на реке есть лед. А если дело было летом, пусть погрузится по рот в муравейник или в сосуд, полный муравьев. А если нет ни того ни другого, пусть постится целыми днями, а вечером пусть ест лишь хлеб и воду…

Стоит обратить внимание, что речь в данном отрывке идет лишь о том, кто совершил одно из самых серьезных нарушений законов Торы. В других случаях обычно раскаяние было сопряжено с длительным постом, но не с истязаниями.

Профессор Йосеф Дан отмечает, что эта цитата и подобные отрывки в трудах р. Йеѓуды и р. Элазара, которые также принадлежали к «хасидей ашкеназ», единственные в своем роде. Ни в одном другом средневековом источнике подобного призыва к самоистязаниям нет.

Помимо этого, он обращает внимание на то, что эти предписания не были сформулированы в виде закона и не приобретали ѓалахического статуса. К тому же, нет свидетельств, что подобное поведение было хоть сколько-нибудь распространено среди евреев Средневековья, даже в местах, находившихся под влиянием «хасидей ашкеназ». А потому проф. Дан приходит к выводу, что данные явления были единичны и практиковались в редких случаях и в достаточно узком кругу евреев.

Позднее, в XVI в., в Цфате в кругу учеников ѓа-Ари и их последователей мы находим упоминания о практикуемых самоистязаниях – уже не для искупления определенного греха, а в целях самосовершенствования и «усмирения плоти». Подобные описания сохранились в основном в письмах Шломеля Дрезница, который, переселившись в 1602 г. из Моравии в Цфат, распространял славу о Лурии среди своих друзей-каббалистов в Европе. Вот пример:

Некий благочестивый человек поступал так: он ходил по улицам и площадям и призывал людей к раскаянию, и собирал группы раскаявшихся в синагоге выходцев из Вавилона. И так говорил: смотрите на меня и делайте так же. Он залезал в мешок, и его протаскивали по всей синагоге, чтобы унизить его и смирить страсти. Потом он приказывал, чтобы побивали его камнями… затем он вылезал из мешка, и была там у него кровать, покрытая колючками… он снимал одежду и бросался на колючки голым и катался по ним, пока все тело его не покрывалось волдырями… потом он обращался к стоявшим там: «Господа, кто хочет спастись от мук Геенны, пусть делает как я». И тотчас же все поспешили и приняли на себя все эти истязания, и плакали в горечи и каялись в своих грехах. И там же совершали раскаяние, которое оставалось на всю жизнь.

Проф. Дан отмечает, что и здесь речь шла не о норме поведения, а об узкой группе стремящихся к раскаянию в совершенных грехах.

Еще один важный штрих может добавить нам «Сефер харедим» (р. Элазар Азкари, Цфат, XVI в.):

И еще один путь нашел я среди книг божественного каббалиста, святого благочестивого р. Ицхака Лурии (т.е. ѓа-Ари) в рукописях… что все найдешь в книгах мудрецов предыдущих поколений про исправление грехов, истязания и тяжкие страдания, снег и колючки, прекращение (принятия пищи) относятся только к тем, кто не углублен в изучение Торы. Но тот, чья профессия – Тора, кто смыслит в понимании и богобоязненности, то путь исправления для него (следующий) – пусть не ослабляет себя и не оставляет изучения, но лишь день в неделю отдалится от других людей и уединится с Творцом, и в мыслях представит, как будто он уже стоит перед Ним в день Суда, и пусть обратится к Всевышнему смиренно, как говорит раб с господином и сын с отцом…

То есть, изучающим Тору путь исправления пролегает через нее саму, а не через пост и истязание. В более позднем поколении, в XVIII в., пишет брат Виленского гаона в предисловии к книге «Маалот ѓа-Тора» так:

Основа и начало раскаяния только в Торе… тем более в этих поколениях, когда причина столь долгого изгнания состоит в недостаточном изучении Торы… кроме того, Тора искупляет все… и все истязания и посты принадлежали предыдущим поколениям, но последние поколения слабы, и основа раскаяния в усилении изучения Торы весь день…а потому мы должны укрепляться лишь в Торе…

Со временем советы, связанные с самоистязаниями грешников, стали более распространенными. Чаще всего они были связаны с евреями, перешедшими в христианство, а потом раскаявшимися в своих поступках. Например, в респонсах «Трумат ѓа-дешен» (р. Исраэль Исерлан, Германия, XV в.) содержится такой вопрос: «Должен ли отщепенец, вышедший из (еврейского) общества, а ныне вернувшийся к истинной вере, принять на себя раскаяние в великих истязаниях, за каждый из законов Торы, которые он преступил, или не обязательно требовать такой строгости?» – на что последовал ответ: «Мне кажется, что не стоит требовать слишком много, ведь он более слаб, чем другие грешники, ибо среди неевреев привык он следовать собственным желаниям, и существует опасение, что он отвернется от своего раскаяния… Кроме того, не следует возлагать на него излишние истязания по другой причине: никакие жестокие и тяжелые истязания не сравнятся с муками, которые он испытывает, отказываясь от всех благ и наслаждений, которые есть у неевреев. А он ведь тоже уже вкусил их, а сейчас он страдает от страхов, ужасов, злодеяний и бедствий, которые притеснители насылают на народ Израиля…»

Судя по всему, в последующих поколениях посты и акты самоистязания стали распространяться в более широких кругах населения.

В трудах раввинов XVII–XVIII вв. нередко можно найти советы поститься или подвергать себя страданиям во искупление греха (cм.:Гинат врадим, ЙД 1: 2; Швут Яаков 3: 128; Нода Биѓуда ОХ 35; Хатам софер, ч. 1 ОХ 173).

Опять стоит подчеркнуть, что речь обычно идет о грешниках и отступниках, хотя со временем подобное поведение распространилось и среди ревнителей веры.

Институт славяноведения Российской Академии наук.
Мудрость – праведность – святость в славянской и еврейской культурной традиции.
Сборник статей, Академическая серия, Выпуск 33, Москва, 2011.
Газета Протестант.ру   


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*