Россия слезает с нефтяной иглы.

иглаВласти будут наращивать поддержку несырьевого экспорта.

Рустем Фаляхов

Российский экспортный центр намерен вывести на зарубежные рынки в 2016 году не менее 1 тысячи новых компаний. Причем с продукцией из несырьевого сектора. Главное – поставить поддержку экспорта на поток, для начала в странах бывшего СССР.

Обвалившийся рубль и санкции Запада в конце концов вынудили власти активизировать поддержку экспортеров. Созданный полгода назад Российский экспортный центр (РЭЦ) взял в проработку 70 проектов, ориентированных на глобальные рынки.

«Планируем в следующем году вывести на зарубежные рынки примерно 1000 компаний», — пояснил «Газете.Ru» гендиректор РЭЦ Петр Фрадков.

Причем речь идет о компаниях несырьевого сектора. И это будут компании малого и среднего бизнеса, часть из них — региональные. Сейчас ситуация такая, что 70% экспорта – это продукция 30 крупнейших российских компаний уровня, например, «Росатома».

Большого товарооборота на первых порах не ожидается, никаких мегаконтрактов, их средняя стоимость вряд ли превысит $1-3 млн, уточняет глава РЭЦ.

«Объем товарооборота – не показатель, на этом этапе важнее даже количество компаний, главное – поставить поддержку экспорта на поток», — говорит Фрадков.

Догнать и перегнать США в малом

Такого же мнения придерживается и глава Торгово-промышленной палаты Сергей Катырин. По его данным, сейчас в России насчитывается 4 млн. малых и средних предприятий, но экспортеров среди них всего 0,5% или 20 тысяч. «В США экспортом продукции заняты 300 тыс. малых и средних предприятий, еще десятки тысяч экспортируют услуги», — сообщил Катырин, выступая в 21 октября на конференции «Российский несырьевой экспорт – вектор развития экономики». Слабая ориентация на экспорт – исторически сложившаяся проблема, уверен и Александр Аузан, декан экономического факультета МГУ. «Всю нашу историю мы отдельно вывозим сырье и отдельно – мозги», — шутит Аузан, давая понять, что пора уже улучшить структуру экспорта.

Впрочем, мнения участников рынка относительно соотношения сырьевого и несырьевого экспорта разнятся.

Российский экспорт сбалансирован, уверен Владимир Саламатов, руководитель Центра международной торговли.

«Считается, что основная доля в российском экспорте – это нефть и другое сырье, что Россия — сырьевая страна. Это ошибочное мнение. Вклад экспорта несырьевых товаров в наш ВВП оказался больше, чем сырьевых», — говорит Саламатов.

По данным ЦМТ, в 2014 году вклад российского экспорта несырьевых товаров в ВВП РФ составил 13,9%, а вклад сырьевых товаров – 12,8%. Россия по сбалансированности экспорта выглядит даже лучше Норвегии, убеждает Саламатов. У Норвегии несырьевой экспорт — 11,7%, а сырьевой — 16,9% ВВП.

Динамичный рост экспорта, согласно анализу ЦМТ (на основе статистики ФТС), демонстрируют, в частности, такие товары, как детское питание, легковые авто, стиральные машины, рентгеновское оборудование, турбогенераторы, искусственные волокна и даже «суставы искусственные».

За 8 месяцев 2015 года объем несырьевого экспорта составил $127 млрд. Объем сырьевого экспорта за этот же период – $107,5 млрд.

Но если проанализировать кластерную структуру несырьевого экспорта, то становится очевидным тот факт, что глубина переработки или объем добавленной стоимости в большей части экспортируемых несырьевых российских товаров низкий, признает Саламатов. Впрочем, ЦМТ, классифицируя несырьевой экспорт, придерживается официально утвержденных методик, разработанных ВНИКИ — Всероссийского научно-исследовательского конъюнктурного института.

 «Одно окно» может стать «дверью».

Впрочем, качественная структура несырьевого экспорта – это проблема не сегодняшнего дня. Сейчас, по мнению Петра Фрадкова, Российский экспортный центр должен стать институтом развития, оказывающим поддержку экспортно-ориентированным компаниям в режиме «одного окна». То есть, РЭЦ должен обеспечить экспортерам финансовую (кредитование, страхование, госгарантии) и нефинансовую (юридическую, информационную, образовательную, рекламную) поддержку, собрав эти услуги под одной крышей. Чтобы компаниям не пришлось бегать по отраслевым министерствам и разного рода регуляторам, от ФАС и ФТС до Минпромторга, для согласования экспортных контрактов.

В одной из командировок российской делегации в Пекин произошел казус – к словосочетанию «одно окно» китайские переводчики не смогли подобрать переносный смысл и перевели просто, как «открытая дверь». Фрадков не возражает и против такого обозначения усилий государства по выстраиванию системы господдержки экспорта. Тем более, что «дверь» подразумевает более широкий контакт чиновников с экспортерами. И начинать сближение в некоторых случаях приходится с нуля. «Будем расширять зону доверия между властью и бизнесом», — пообещал на конференции первый заместитель руководителя аппарата правительства Максим Акимов.

В нефинансовый контур поддержки экспортеров входит, например, реорганизация работы торгпредов за рубежом. Реформировать их работу начал еще 10 лет назад тогдашний премьер Михаил Фрадков. Сейчас у России 52 торгпредства – половина от того количества, что было в 2003 году. Торгпреды оказывают госуслуги. Но заключать контракты – не их профиль. РЭЦ намерен усилить торгпредства своими сотрудниками.

«Торгпреды мощно помогают, но на добровольной основе, их усилия не отображены в KPI, а в «дорожной карте» по поддержке IT-отрасли для нас ничего не предусмотрено», — сообщила в кулуарах конференции «Российский несырьевой экспорт – вектор развития экономики». Екатерина Солнцева, президент ABBYYDevelopment, Россия. Между тем, эта компания экспортирует свой софт в 130 стран мира.

Экспортеры, которые поставляют свою продукцию и в страны ближнего зарубежья, тоже не довольны. «Рынок бывшего ССР мы теряем и сильно! Конкурировать с продукцией Китая или Турции тяжело даже в Казахстане из-за высоких ставок по кредитам и несогласованных действий Евразийского экономического союза», — говорит Вячеслав Захаров, директор по внешнеэкономической деятельности «Воронежсельмаша».

Страховка скромная, проценты высокие

Но все-таки главное, чего ждут экспортеры от властей – это финансовые механизмы поддержки экспорта: кредитование, страхование, госгарантии. Именно эта тема стала самой обсуждаемой на конференции «Российский несырьевой экспорт – вектор развития экономики».. «Дешевле и удобнее зарегистрировать юрлицо за рубежом и там брать кредиты. В России пока нет финансового механизма, который бы, как на конвейере, систематически поддерживал экспорт, причем среди малого и среднего бизнеса. Действующая система ориентирована на крупняк», — говорит Михаил Левчук, исполнительный директор питерской компании «Аргус-Спектр».

От Внешэкономбанка и его «дочек» — РЭЦ, Экспортного страхового агентства России (ЭКСАР) и Росэксимбанка бизнес ждет льготного рефинансирования экспортных кредитов (ключевая ставка ЦБ минус 3-4%), увеличения сроков рефинансирования с 2 до 3 лет и более, увеличение лимита рефинансирования, а также рефинансирование валютных кредитов. Эти пожелания обобщил Артем Констандян, председатель правления «Промсвязьбанка».

На все эти предложения первый зампред ЦБ РФ Дмитрий Тулин дал отрицательный ответ. Самое твердое «нет» — относительно рефинансирования валютных кредитов для экспортеров. «Зачем дискриминировать одних участников бизнеса за счет других. Все действующие механизмы работают и неплохо, а дальше – посмотрим», — пояснил «Газете. Ru» Дмитрий Тулин.

В частности, по информации СМИ, ЭКСАР по итогам 2015 года планирует увеличить объем поддержки экспорта почти на 60% — до $5,1 миллиарда.

«За девять месяцев 2015 года экспортных проектов, которые мы поддержали — примерно на $3,9 миллиарда. За все время существования ЭКСАРа, за четыре года, я думаю, что эта цифра около 11 миллиардов долларов», — сказал Тюпанов. По его словам, до конца года компания должна выйти на цифру в $5,1 миллиарда, в прошлом году этот показатель составил $3,2 миллиарда.

«В нашем портфеле порядка 62 стран», — сказал он. «Проблема, с которой мы сталкиваемся — это недостаточная информированность и понимание экспортерами наших продуктов, самое главное, чтобы повышался интерес, появилась отдельная индустрия по финансированию экспорта», — отмечает Тюпанов

Примирить оппонентов может мнение, высказанное Владимиром Мау, ректором РАНХиГС при президенте РФ. Едва начинают создаваться условия для роста несырьевого экспорта, так сразу возникают страхи: а вдруг вывезут все зерно, металлы и химию, отметил ректор. «Могу заверить – ничего не вывезут. Несырьевой экспорт – это экспорт среднего, крупного, а иногда даже мелкого бизнеса. Он нуждается в институциональной поддержке, включая информационную, техническую, патентную, обеспечение которой и является задачей экспортного центра», — считает Владимир Мау.

gazeta.ru

Добавить комментарий