Россия вернулась в глобальную политику по-кремлевски: итоги года от Wall Street Journal.

возвраЖурналисты The Wall Street Journal опубликовали обзорную аналитическую статью, в которой рассмотрели ключевые события 2015 года.

Распространение террористической угрозы в 2015 году вынудило множество стран, в том числе Россию, начать военные кампании на Ближнем Востоке. В результате, несмотря на не самое удачное начало года, Москва смогла выступить в роли ключевого игрока на мировой арене.

Главной тенденцией уходящего года авторы считают распространение террористической угрозы и усиление группировки ИГ («Исламское государство», запрещена в РФ). Из смутной угрозы, сосредоточенной на Ближнем Востоке, ИГ превратилась в одну из наиболее серьезных проблем мировой безопасности со времен холодной войны, пишет WSJ.

Авторы напоминают о нападениях исламистов на редакцию французского сатирического журнала Charlie Hebdo и на отель в Тунисе, о теракте на борту российского пассажирского лайнера A321, взрывах в Анкаре и Бейруте. Скоординированные теракты, совершенные в ноябре в Париже, выявили бреши в европейской системе безопасности, отмечается в статье.

В Ираке и Сирии группировка продемонстрировала значительную силу и отступила лишь незначительно, пишет WSJ. «По оценкам США, за время 16-месячной военной кампании в результате авиаударов международной коалиции погибли более 20 тысяч боевиков ИГ и группировка ослабила контроль над территорией. Однако американские чиновники также полагают, что за этот период экстремистская группировка стала вербовать вдвое больше иностранных боевиков и упрочила свое присутствие примерно в 30 странах», — говорится в статье.

В конце сентября Россия также начала наносить авиаудары в Сирии, заявляя о необходимости остановить террористов на дальних рубежах, хотя WSJ считает российскую кампанию попыткой защитить прежде всего президента Башара Асада.

Можно говорить о «возвращении в кремлевском стиле», отмечает автор статьи: по его словам, Россия начала этот год почти как «изгой», но осенью выступила как важный игрок на мировой арене.

Призыв Москвы к созданию большого альянса для борьбы с ИГ поначалу набирал обороты после терактов в Париже, но затем сбавил ход, не в последнюю очередь из-за стратегических и тактических разногласий. Журналист WSJ также отмечает, что сближение России с Западом оказалось «в лучшем случае ограниченным» и страна остается под западными санкциями.

Дипломатические попытки по согласованию российской и американской кампаний осложнились после того, как Турция сбила российский военный самолет, заявив, что он нарушил ее воздушное пространство, указывает WSJ.

Между тем о планах по созданию собственной коалиции объявила Саудовская Аравия. В нее войдут 34 мусульманских государства, преимущественно суннитских. Однако преимущественно шиитский Иран оказался «подозрительно исключен из списка», хотя подконтрольные ему силы являются одними из немногих эффективных борцов с ИГ.

WSJ пишет также о крупнейшей после Второй мировой войны волне массовой миграции, которая захлестнула Европу в 2015 году. Она обнаружила раскол в Европе, поставила под вопрос идеалы открытых границ и спровоцировала дебаты о европейских ценностях. Большинство жителей Германии призывают ограничить поток беженцев, и лидерство Ангелы Меркель оказалось наиболее хрупким за весь период ее канцлерства.

ria.ru

1

Аватар комментатора

Жизнь показывает, как вовремя Россия «вернулась в глобальную политику по-кремлевски», что неприятно удивило загнивающий Запад.
А они думали, что мы мы будем загнивать вместес ними.

Добавить комментарий