Бог, действуя в нас, открывает нам Самого Себя.

БогТомас Мертон,

Мы находим Бога там, где запечатлен Его образ — в собственном сердце. Но как найти свое сердце? Наши поступки — Его двери и окна.

Поступая так, а не иначе, мы узнаём, кто мы на самом деле. Нам нужны и жизненный опыт, и опыт познания. Иначе мы не поймем и того, что существуем. Бездействуя, мы не достигнем своих глубин. Если же бездействует наш дух, мы непременно попадем в какое-то подобие мрака и мира, но это будут мрак и мир плоти. Мы будем сознавать, что мы есть, но наше бытие будет лишь бытием плоти. И если мы уснем, убаюканные его мраком, если полюбим его сладость, то, очнувшись, будем делать лишь дела плоти.

Вряд ли стоит забредать в эти края. Свое сердце мы найдем, поступая по духу. Когда мы действуем, движимые благодатью, наши действия не только наши, а еще и Божии. Поэтому, приглядевшись к их истокам, мы, быть может, ощутим присутствие Бога, ведь действуя в нас, Он открывает нам Самого Себя. Вся жизнь порой уходит на то, чтобы верой и смирением одухотворить свои действия, усмирить свое естество любовью к ближнему. «Выйти из себя» значит действовать в согласии с сокрытым в нас высшим началом. Это значит слушать не собственное естество, а Бога, Который обитает глубоко внутри нас, будучи бесконечно выше нас. Рано или поздно наши труды дадут плод, и мы найдем покой вне себя, в Боге: где сокровище ваше, там будет и сердце ваше*. Тогда мы поймем, что цену наших духовных усилий (нашему сокровищу) определяет Бог; тогда наше сердце успокоится в источнике, из которого рождается всё доброе в нас. Своим сердцем мы владеем не сами в себе, а только в Том, от Кого оно берет свое начало. Вера помогает мне найти свое сердце в Боге. Но этот совершенный акт веры должен быть одновременно и совершенным актом смирения.

Свои самые сокровенные тайны Бог не доверит тому, кто готов их выдать. Он откроет этому человеку что-то иное, и тот поделится с другими, как может. Одни тайны Божии делаются достоянием многих, о других не говорят вообще. Мы вмещаем их лишь тогда, когда не возникает желания кому-то о них поведать. Самая великая тайна — Сам Бог. Он ждет, чтобы приобщить меня к Себе. Когда это случится, я не смогу ни пересказать этого другим, ни даже связно помыслить об этом в самом себе. Я стремлюсь к этому в безмолвии. Ради этого я оставил всё.

Томас Мертон,

Одинокие думы. Издательство Францисканцев, Москва, 2003. Перевод с английского Андрея Кириленкова под редакцией Наталии Трауберг.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*