Нашему освящению мешает дух рабства.

освященЧто такое дух рабства.

Потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!» Сей Самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божий. А если дети, то и наследники, наследники Божий, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем, чтобы с Ним и прославиться.

Рим. 8:15-17

Никогда не было написано слов, более великих, чем эти. Это одно из самых замечательных высказываний Священного Писания. Тем не менее существует опасность, что мы ограничимся неким общим впечатлением, которое оно на нас производит, и не осознаем истинного его значения.

Павел жаждет избавить римских христиан от духа уныния и подавленности. В его словах содержится идеальное противоядие от пораженческих настроений и духа рабства. Казалось бы, Павел занят разрешением конкретной, сугубо практической проблемы. Но, как всегда, он при этом касается глубинных тем, и это влечет за собой подобные величественные высказывания. Очень важнее иметь в виду, что послания не задумывались как учебники богословия; это были просто пастырские письма. Апостол стремился помочь людям укрепить их веру и научить их радоваться в Господе.

Проблема, которую он поднимает в этом письме — наиважнейшая: как жить христианской жизнью и, в частности, что делать с грехом. Эти люди обратились и уверовали в Господа Иисуса Христа, но от трудностей, сопряженных с христианской жизнью, они начали уже впадать в уныние. Они обнаружили, что христианская жизнь — это постоянная битва; грех нападал на них изнутри и снаружи. В таких обстоятельствах человек честный, который серьезно относится к своей вере и стремится жить по-христиански в полном смысле этого слова, действительно может впасть в уныние. Проблема объясняется также еще одним пробелом в области веры. Мы уже убедились, что вера — это деятельность, что ее надо применять, в ней надо проявлять стойкость и упорство. Недостаточно только начать хорошо, необходимо и продолжать достойно. И вот тут-то и возникает трудность: люди не осознают по-настоящему, что принципы веры надо действительно ежедневно применять. Недостаточно иметь общее представление о словах Евангелия. Эти слова должны ожить для нас, звучать в нашем сердце и влиять на нас и на все наши поступки.

Суть данной конкретной проблемы Павел определяет как «дух рабства». Он говорит об опасности этого рабского, невольнического духа и вытекающих из него настроений. Обычно этот дух проявляется, когда дарованную христианам свободу превращают в жизнь в соответствии с новым, более высоким законом. Я сейчас думаю о людях, которые ясно увидели, что Христос избавил их от бесплодных попыток спастись через исполнение требований закона. Они прекрасно знают, что своими собственными усилиями они никогда не исполнят закон. Они понимают, что Христос искупил нас от проклятия закона; относительно собственной оправданности у них также полная ясность. Однако свою христианскую жизнь они каким-то образом (практически это происходит бессознательно) превращают в новый вид закона. Ими овладевает дух рабства. Они читают Нагорную проповедь и другие речи нашего Господа и воспринимают их всем сердцем, они хотят жить именно так, как Он учит.

В посланиях они находят множество подробных предписаний, данных апостолами, и говорят: «Это христианская жизнь». Они воспринимают их как нечто, что надо осуществить в своей повседневной жизни. Иными словами, святость превращается для них во что-то вроде трудной задачи. Они начинают планировать и организовывать свою жизнь. Они вводят специальные дисциплинирующие установления, призванные помочь им воплотить свои устремления в жизнь. Монашество — ничто иное, как очень яркое проявление этой тенденции. Некоторые люди, встретившие истину христианства, говорят: «Очевидно, христианская жизнь — жизнь очень возвышенная. Если кто-нибудь хочет успешно прожить ее, то он должен посвятить этому все свое время. Совершенно ясно, что невозможно сочетать ее с бизнесом и вообще с какой-либо „мирской» профессией. Следовательно, надо „отделиться от мира»». Что они и делают. В монашестве мы наблюдаем проявление крайней формы этой идеи.

Согласно утверждению Павла, это не что иное, как дух рабства. И он присущ не только римско- католической церкви. Среди евангельских христиан он также очень силен. Мы можем очень легко свести все к закону и подчинить себя ему. Мы не называем вещи своими именами и не осознаем, что делаем именно это, иначе прекратили бы немедленно. Но такая тенденция существует и, как показывают многочисленные упоминания в Посланиях, существовала всегда. «Итак никто да не осуждает вас за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник, или новомесячие, или субботу: это есть тень будущего, а тело — во Христе. Никто да не обольщает вас самовольным смиренномудрием и служением Ангелов, вторгаясь в то, чего не видел, безрассудно надмеваясь плотским своим умом и не держась главы, от которой все тело, составами и связями будучи соединяемо и скрепляемо, растет возрастом Божиим.

Итак, если вы со Христом умерли для стихий мира, то для чего вы, как живущие в мире, держитесь постановлений: „Не прикасайся», „не вкушай», „не дотрагивайся», — что все истлевает от употребления, — по заповедям и учению человеческому? Это имеет только вид мудрости в самовольном служении, смиренномудрии и изнурении тела, в некотором небрежении о насыщении плоти» (Кол. 2:16-23).

Приведенный отрывок помогает нам мысленно окунуться в атмосферу ранней Церкви и в тот особый вид монашества, который очень тонко проникал в нее. И хотя в наше время его уже нет, но тенденция и искушение остались неизменными. Павел предостерегает Тимофея именно от этого. «Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям и учениям бесовским, чрез лицемерие лжесловесников, сожженных в совести своей, запрещающих вступать в брак и употреблять в пищу то, что Бог сотворил, дабы верные и познавшие истину вкушали с благодарением» (1 Тим. 4:1-3). Эти слова ясно показывают, что имел в виду Павел, говоря о «духе рабства, чтобы опять жить в страхе». В первую очередь, этот дух порождает ложный страх перед Богом. Существует правильный и оправданный страх Божий, которым мы часто пренебрегаем и который забываем — что для нас же самих и опасно. Но бывает и ложный страх Божий. Это малодушный страх, «страх, в котором есть мучение». Испытывающие его смотрят на Бога как на жестокого хозяина, погонщика, который выискивает недостатки и ошибки, чтобы соответствующим образом наказать за них. Есть и другие люди, для которых Бог — далекий и суровый законодатель.

Кроме того, возникает страх перед величием задачи. Поставив перед собой цель — жить святой жизнью, — люди начинают бояться, что не смогут достичь ее. Страх перерастает в кошмар, в ужас. Из жизни уходит всякая радость, настолько их угнетает величие задачи. Они не в ладу с самими собой, им угрожает реальная опасность так никогда и не вкусить жизнь, не прожить ее, как следует.

Дух страха заставляет человека малодушно бояться власти дьявола. Как ясно показано в Послании Иуды и во 2-м Послании Петра, существует оправданный и разумный страх перед дьяволом.

Только предельно легкомысленные и духовно невежественные люди могут шутить по поводу дьявола. Они не имеют никакого представления ни о нем, ни о его власти. Но мы не должны испытывать перед ним малодушного страха. Те люди, о которых мы говорим сейчас, знают р направленном против них могуществе сатаны и боятся его.

В равной степени они боятся греха, живущего внутри нас. Они тратят массу времени на самоосуждение, говорят о непроницаемом мраке своего сердца. Но и тут не следует перегибать палку. Надо поддерживать равновесие. Человек, остающийся в неведении об этом духовном опыте — воистину наивное дитя в христианской вере, если вообще христианин. Однако одно дело — отдавать себе трезвый отчет в своих недостатках, и совсем другое — вести жизнь, полную «самоуничижительных восторгов» и быть придавленным вечным страхом. Хотя в наше время эта проблема не так уж актуальна. Наша проблема скорее другая: мы слишком легкомысленны.

В конечном итоге этот дух страха, порожденный духом рабства, есть страх самих себя и страх перед неудачей. Люди говорят: «Христианская жизнь так удивительна, так возвышенна. Разве мне подняться на такие высоты?» И вот с такими чувствами — собственной слабости, недостижимости великой цели и страха перед сатаной — они оказываются целиком и полностью во власти духа рабства. Они всегда встревожены и испуганы.

Павел задает таким людям вопрос: «В этом духе рабства и страха вы жили до того, как стали христианами. Вас вывели на волю — так почему же вы возвращаетесь?» Но апостол не останавливается на этом. Он продолжает и указывает на противоядие. Противоядие заключается в осознании важнейшей истины: в каждом христианине обитает Святой Дух.

Ллойд-Джонс, Мартин,

Духовная депрессия: Причины возникновения депрессии и способы избавления от нее. Пер. с англ. / Мартин Ллойд-Джонс. — 3-е изд. — СПб.: Мирт, 2008. — 176 с.

Добавить комментарий