Россия приватизирует космос: частные ракеты станут орбитальными такси.

космосГоскорпорация «Роскосмос» в начале марта выдала допуск на изготовление частного туристического космического корабля. Для многих это стало знаком того, что «Роскосмос» готов к более плотному сотрудничеству с частными компаниями. Одна из них, «Лин Индастриал», – российский стартап, создающий сверхлегкие космические ракеты, резидент иннограда «Сколково». О том, как разработки компании приближают то время, когда космос станет частным, а значит, более доступным, в интервью телекомпании «Звезда» рассказал главный менеджер по интеграции «Лин Индастриал» Николай Дзись-Войнаровский.

«Роскосмос» не так давно выдал первую лицензию на частные полеты компании «КосмоКурс». Как вы оцениваете это событие для космической отрасли, какие возможности это открывает конкретно для вас?

Стоит уточнить, что «Роскосмос» выдал не лицензию на частные полеты, а согласовал техническое задание на изготовление частного туристического корабля. Все частные и государственные компании в России, которые занимаются производством спутников и космических ракет, должны получать эту лицензию. Уже несколько компаний ее получило, хотя дело это сложное, и процедура довольно забюрократизирована. Есть желание этот процесс упростить. Соответствующий проект сейчас находится в Госдуме.

Кроме того, по законодательству техническое задание на изготовление космических аппаратов нужно согласовывать с «Роскосмосом». В принципе, можно спорить о необходимости этой нормы. Она была придумана, когда еще все компании фактически были государственными. Наверное, когда-то законодательство изменят, но пока законодательный порядок такой, и «КосмоКурс» утверждает, что он согласовал ТЗ с «Роскосмосом».

Мы рады этому событию, потому что это знак, что «Роскосмос» готов сотрудничать с частниками.

А насколько частная космонавтика перспективна?

Любая отрасль проходит в своем развитии несколько стадий. Например, к компьютеру сначала был исключительно научный и государственный интерес. Первые счетные машины делались учеными в университетах. Военные быстро поняли, что компьютер может быть полезен для шифрования, для расчета полета снарядов. На какое-то время это была только военная вещь. Но потом, по мере развития технологий, стало понятно, что этот компьютер подходит и для промышленности. Сначала в атомной и космической отрасли, потом при проектировании автомобилей. В какой-то момент технологии стали настолько доступны, что можно было собирать компьютеры в гараже, а сейчас они уже помещаются в телефон.

Таким образом, информационные технологии стали гражданской отраслью, хотя, конечно, у нее есть по-прежнему некий и военный, и государственный сегменты. И скажем, мы весьма удивимся, если увидим, что государство будет указывать, например, известным производителям компьютеров, какую диагональ дисплея сделать у очередного планшета. Это абсурд. Но когда-то все это проходило через государство, все технические решения компьютерщиков. С космонавтикой сейчас происходит примерно то же самое. Когда-то это был интерес исключительно ученых и военных, задача большой государственной важности. Потом стало понятно, что и крупная промышленность тоже имеет в этом интерес, что спутниковые съемки пригодятся не только для разведки, но и для сельского хозяйства.

Сейчас наступает момент, когда технологии становятся настолько доступными и развитие идет так быстро, что уже сравнительно небольшие частные компании могут браться за производство спутников и даже ракет. И рано или поздно с космонавтикой произойдет такой же переход, как с компьютерами. Там останется, конечно, госсегмент, но это будет во многом частная отрасль, которую будут двигать нужды потребителей. Поэтому это, безусловно, перспективно, но сегодня это особенно перспективно для инвесторов, потому что у них есть шанс войти на начальном этапе в бизнес, который через десять лет будет огромным.

Если сравнивать с IT-технологиями, то им потребовалось где-то 50–60 лет для этого. А за сколько может пройти этот путь космическая отрасль?

Сроки примерно сравнимые. Можно спорить о точных прогнозах, но то, что компьютерная отрасль переживала в 70–80-е, в космической отрасли началось как раз сейчас.

Как быстро это может пройти? Ну, давайте посмотрим, что есть сейчас. Понятно, что есть достаточно крупные частные компании, которые занимаются и спутниками, и ракетами, в том числе некоторые из них выросли из стартапов. Orbital, например, SpaceX в США, «Газпром космические системы» в России. Между прочим, это крупная спутниковая компания выросла из маленькой команды, которая участвовала в конкурсе на создание солнечных парусников в 90-е.

Что касается миниатюризации и доступности космической техники, то уже сейчас на Западе в хорошем университете создание кубсата (CubeSat), спутника десять на десять на десять сантиметров, – это что-то вроде курсовой работы. В некоторых российских университетах спутники тоже делаются, правда, достаточно большие и достаточно долго, но переход к маленьким спутникам и более быстрому проектированию все-таки идет. Скоро будет запущен спутник, сделанный студентами Самарского государственного аэрокосмического университета SamSat-218 – кубсат формата 3U, то есть с габаритами десять на десять на 30 см.

Кроме того, есть множество частных компаний, которые занимаются малыми спутниками с массой примерно от одного до 200 килограммов. Самая известная такая компания – это Planet Labs. Выросшая из маленького коллектива единомышленников, сегодня она является претендентом в «единороги» (термин из венчурной индустрии, обозначающий компанию, стоимость которой превышает один миллиард долларов).

Идея Planet Labs проста. Компания собирается создать целую сеть из многих десятков спутников (каждый размером с обувную коробку), которые будут вращаться на низкой орбите и регулярно фотографировать Землю. Эти кубсаты относительно дешевые, поэтому их можно запускать буквально десятками, и даже если один десяток сгорит в атмосфере, можно запустить еще десяток таких же. Такая флотилия, или, как их часто называют, стая спутников (стая, поскольку один спутник называется Dove, то есть голубь), может снимать вообще всю планету и обновлять космоснимки не раз в год, а раз в сутки. Это имеет большие бизнес-перспективы. Например, фермер может по космическим снимкам посмотреть, как созревают его посевы. Сейчас вы тоже можете, потому что есть спутники высокого разрешения. Их качество хорошее, но оперативность низкая. А тут любой кусок Земли будет доступен с обновлением в сутки.

Газовые компании могут почти в реальном времени смотреть, что у них с газопроводами, не подступает ли вода, нет ли каких-то поломок, посторонних объектов, врезов. Можно контролировать ход строительства дорог и других объектов. Эту проблему пытались решать, ставя веб-камеры на объекты стройки, но, помимо того, что это требует усилий от вас, для трансляции необходим спутниковый Интернет. А в этом случае цены уже будут сравнимы с заказом космических снимков. Кроме того, веб-камеру легко вывести из строя.

Чтобы продемонстрировать свои возможности, Planet Labs выкладывала в общий доступ фото лесных пожаров, сбрасываемых в реки отходов и многое другое. Вообще, спектр применения их спутниковой стаи достаточно широк. Если увеличить частоту обновления снимков, то можно будет в реальном времени отслеживать и пробки, и заполненность парковок. Компания считается очень перспективной, настолько перспективной, что был период времени, когда каждый месяц возникал ее клон.

Если идея настолько популярна, почему она до сих пор не реализована?

Она реализуется. Клоны Planet Labs скоро заработают, а она сама уже продает спутниковые снимки. У Planet Labs есть группировка из почти сотни спутников, но она продолжает ее наращивать.

Другое популярное направление в малых спутниках – это всемирный спутниковый Интернет. Уже несколько компаний включились в эту гонку, включая сингапурскую Yaliny, основанную россиянами, британскую OneWeb и американский проект SpaceX и Google.

Естественно, чтобы выводить такое количество спутников, понадобятся сверхлегкие ракеты. Выводить кластерными запусками их можно уже сейчас – на большой ракете. Или попутно, запуском с большим спутником. Это довольно дешево, и часто так и поступают. Но есть огромный минус: «попутку» надо ждать. Ведь иногда нужна определенная орбита, и несколько лет назад был период, когда попутного вывода на солнечно-синхронную орбиту пришлось ждать два года. Кроме того, если вы летите с кем-то, то основной заказчик может не позволить вам использовать на вашем спутнике, например, баллоны с высоким давлением. Они нужны для системы ориентации спутника, но потенциально опасны: мало ли, взорвется и повредит основной спутник. Когда на орбите будут коммерческие группировки с десятками и сотнями малых спутников, ждать и с кем-то договариваться – это очень неудобно. Это и сейчас неудобно, но тогда это будет просто критично: вы теряете деньги, ваш спутник вышел из строя, его надо менять, а вы ждете год или два, когда можно будет полететь.

Поэтому сейчас считается перспективным направлением создание сверхлегких ракет, которые могут выводить в космос аппараты весом от одного килограмма. Линейка наших ракет сможет выводить от десяти килограммов до 180 килограммов полезного груза. Если сравнивать с традиционными ракетами, то традиционные ракеты – это как автобус или маршрутка: да, там дешевле, но вы едете с остальными людьми и останавливаетесь на остановках. У нас это такси. Это дороже, но вы едете туда, куда вам надо, и вам не надо ждать.

Какие у вас есть ракеты, на какую орбиту они способны выводить спутники?

В начале 2020 года мы планируем запустить ракету «Таймыр-1». После того как она будет успешно испытана, ракеты большей грузоподъемности можно будет строить по модульному принципу: набирать ракету из стандартных блоков, что сильно удешевит и упростит процесс. Примерно такой же модульный принцип используется и при строительстве ракеты «Ангара». Соответственно, линейкой ракет мы перекроем весь сегмент малых нагрузок от нуля и до 180 килограммов.

Сейчас самая легкая ракета – это американская Pegasus XL, которая выводит 443 килограмма. А вот ниша вывода спутников легче 443 килограммов осталась незакрытой.

До этого мы еще планируем сделать метеоракету с высотой полета 100 километров. Во-первых, она станет прототипом космической ракеты, промежуточным этапом работ. Ракета будет взлетать на 100 километров, не выходить на орбиту, а просто «подпрыгивать» на 100 километров и возвращаться обратно. Она может использоваться для измерения параметров атмосферы, для научных исследований.

Есть ли у вас первые клиенты на первую ракету?

У нас есть подписанные договоры о намерениях со «Спутниксом» – компанией, которая первой запустила российский частный спутник. И с Quazar Space – это российский стартап, который планирует делать наноспутники для тестирования в космосе радиационно защищенной электроники. В процессе подписания еще несколько подобных договоров.

С вопросом легкой доступности космоса я хотел поднять такой большой пласт – вопрос безопасности. От безопасности пуска до безопасности нахождения на орбите, от вопросов личной до вопросов национальной безопасности.

Не буду говорить про безопасность пилотируемых туристических полетов. Об этом лучше говорить с тем, кто этим занимается. Поговорим о непосредственно наших ракетах.

Теоретически ракету можно запустить откуда угодно, но практически у нее есть ступени, которые падают. В России существуют космодромы, выделенные площадки, для которых уже поля падения известны. Они закрываются, и полет ракеты оптимизируется таким образом, чтобы отработавшие ступени падали в специальные поля падения. Это требование, которое придется выполнять, а соответственно, для удобства придется запускаться с одного из существующих космодромов – Плесецка, Капустина Яра, Восточного.

Сейчас все запуски серьезно регулируются государством, и вы только теоретически можете создать в гараже ракету и запустить ее в космос. Практически же если вы начнете создавать ракету, вам понадобится множество всяких вещей, топливо, наем инженеров – ракета пока не делается в одиночку. Все это необходимо делать в соответствии с законодательством РФ.

Пуски даже испытательных ракет согласовываются с Росавиацией, которая регулирует использование воздушного пространства. Вы должны сообщить им, когда, куда летите, а они одобряют или нет. Кроме того, существует лицензирование, например, в случаях если вы в своей работе используете опасные вещества. В целом регулирование достаточно серьезное.

Ну и, наконец, существует лицензирование космической деятельности, которое, упрощенно говоря, состоит в том, что вы показываете «Роскосмосу», что у вас есть соответствующее оборудование, специалисты и что вы соблюдаете определенные нормы, а он разрешает вам производить космические аппараты и выдает лицензию. Впрочем, на мой взгляд, лицензирование можно было бы и упростить в плане бюрократических процедур.

Какие могут быть последствия, если ЧП избежать не удалось и, например, спутник частной компании врежется в спутник другого государства?

Вообще, такое уже случалось в истории. В 2009 году столкнулся наш спутник «Космос-2251» и американский частный спутник связи Iridium 33. Наш спутник уже перестал функционировать к тому времени и, по сути, был космическим мусором, а американцы знали об опасном сближении, но ошиблись в расчетах, посчитали риск столкновения малым и не стали уклоняться. Поэтому юридических последствий не было.

В России есть Система контроля космического пространства, аналогичные системы есть в других странах, действующие спутники и космический мусор отслеживаются, а спутники стараются выводить так, чтобы столкновений не происходило.

Формально, согласно международному законодательству, государство несет ответственность за ущерб, который могут причинить его космические аппараты. То есть если спутник частной компании врежется в спутник другого государства, то ущерб оплачивает правительство страны, а затем через суд государство взыщет компенсацию с этой компании. Но в этом никто не заинтересован, поэтому законодательство строится таким образом, чтобы изначально частники не делали космические аппараты, которые кому-то причиняли бы ущерб.

Что же касается космического мусора, то проблема существует, но последние тенденции состоят в том, чтобы снабжать спутники устройствами схода с орбиты. Есть интересные разработки, но пока это еще не стандартизировано, не стало международной практикой. В последнее время люди всерьез задумались над этой проблемой. Пока же геостационарные спутники выводят на так называемые орбиты захоронения, а многие  спутники на низких орбитах сами сходят и сгорают в атмосфере достаточно быстро.

Так есть ли проблема космического мусора?

Проблема эта есть, но нужно некоторое время, чтобы международному сообществу придумать технические решения и договориться. Из интересных разработок на эту тему могу упомянуть российский проект «Маяк» Александра Шаенко из МАМИ. В июле он собирается запустить спутник с большим отражателем солнечного света, сделанным из тонкой из фольги. Перед окончанием работы спутник выпустит этот отражатель, который за счет больших размеров будет тормозить его. Спутник быстро сойдет с орбиты и сгорит в атмосфере.

Но, конечно, проблема с тем космическим мусором, который уже летает, пока не решена, хотя ее пытаются решать. Некоторые компании думают даже над тем, как оживлять спутники, вышедшие из строя, то есть заправлять их повторно, менять какие-то блоки. Есть идеи насчет того, как сводить спутники с орбиты. То есть к какому-то особо опасному спутнику прицепляется другой небольшой спутник, единственная цель которого – затормозить. Рано или поздно проблема будет решена, потому что все уже понимают, что мусора много и если не контролировать его, то в какой-то момент мы не сможем летать в космос, все вокруг Земли будет замусорено, и любой полет – это столкновение с какой-то частицей, которая сделает дырку в ракете.

Когда на орбите появится множество частных спутников, они могут уже решать какие-то совсем индивидуальные задачи, например, следить за кем-нибудь? Вопрос безопасности личной жизни как-то поднимается в проектах?

Во-первых, тема приватности завязана не только на спутники. Ведь есть дроны. И сегодня снять кого-то дроном гораздо проще, чем спутником. Но у спутника есть другое преимущество: дрон можно сбить. Со спутником сложнее, его так не собьешь.

Кроме того, в современном мире угроза приватности исходит отовсюду. У всех видеорегистраторы, все выкладывают записи. Про то, что почти все наши мобильные устройства передают местоположение, говорить не приходится. Многие современные технологии нарушают приватность. Что с этим делать? Есть люди, которые считают, что это надо жестко законодательством ограничивать. Есть люди, которые считают, что нужно прятаться, например, использовать мессенджеры с шифрованием. А есть те, кто считает, что люди в будущем просто сменят привычки, привыкнут к открытости и приватность будет не в моде. Это, скорее, философский вопрос, он не к производителям технологий.

Бум малых спутников начался.

На вашем сайте размещен график количества запусков малых спутников и их прогноз. С 2012 года число запусков значительно выросло. Во-первых, с чем это связано, а во-вторых, на чем основан прогноз?

Это прогноз компании O2Consulting. Есть аналогичные графики от аналитической компании SpaceWorks, где к 2020 году прогнозируется около 500 запусков малых спутников. Лет десять назад я видел прогноз SpaceWorks, которая прогнозировала на 2020 год запуск примерно 120 малых спутников. Но этот порог был пройдет уже в 2014 году. Это связано как раз с запусками Planet Labs. Бум малых спутников начался.

Это своего рода революция?

Да, и была вызвана тем, что в какой-то момент инженеры из Planet Labs посмотрели на спутники и на свои смартфоны и поняли, что возможности смартфона и его электроники гораздо больше, чем у современного спутника: камеры лучше, компьютер мощнее. Им пришла в голову мысль: «Почему бы не отправить телефон в космос?». Отправили и проверили: действительно, все работает. Электроника оказалась очень живучей. После этого было запущено еще несколько спутников, которые так или иначе использовали компоненты смартофонов и нормально работали. Тогда стало понятно, что процесс создания спутника можно удешевить и даже маленький спутник может выполнять разнообразные задачи.

В последнее время электроника и создание емких и миниатюрных аккумуляторов двигаются семимильными шагами, и все эти разработки можно применять в космической отрасли, благодаря чему и достигается такая миниатюризация.

Беседовал Михаил Рычагов.

ТВ «Звезда», 24 марта 2016, 13:10

Добавить комментарий