Сними шляпу, то есть – Панаму.

Ciudad de PanamaКакие тайны скрывались под Панамой мирового офшора Международный консорциум журналистов-расследователей 3 апреля опубликовал отчет об офшорных активах 12 действующих и бывших мировых лидеров, 128 политиках и официальных лиц, и 29 миллиардерах из списка Forbes.

В распоряжении журналистов оказались 2,6 терабайта информации из закрытых архивов компании Mossack Fonseca, оказывающей юридические услуги по регистрации компаний в офшорах. Среди клиентов фирмы были ведущие мировые политики и звезды шоу-бизнеса, в том числе президент Украины, а также родственники и друзья лидеров Великобритании, Китая, России, ряда стран СНГ. Кремль уже назвал публикацию информационным вбросом. «Очевидно, что острие этой атаки направлено против нашей страны и против лично президента Путина.

Очевидно, что градус путинофобии достиг такого уровня, что хорошо говорить о России, говорить об успехах России нельзя априори. Плохо — нужно говорить. А когда нечего — нужно что-то состряпать», — заявил пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков.

С Панамой получился всего лишь развлекательный перформанс: разоблачения пока пресные.

Андрей Константинов .

Обнародованы 2,6 терабайт документов из базы данных панамской компании Mossack Fonseca, занимавшейся регистрацией и сопровождением офшоров. В расследовании приняло участие более 300 журналистов со всего мира. Директор Агентства Журналистских расследований Андрей Константинов считает, что акулы пера совершили две большие ошибки, изрядно уменьшившие масштаб скандала.

Как мне кажется, одна из ошибок всей этой истории состоит в том, что получился большой журналистский перформанс. Триста тысяч журналистов, 400 тысяч курьеров и вдруг все они разом, что называется, поворачиваются на левой пятке. Идет замыливание информации, потому что и тех касается, и этих, и еще вот этих – получился такой большой шведский стол. Выводов два, оба простые: «Посмотрите, какие все козлы» и второй «Стыдно, товарищи». Когда в истории 343 фигуранта, то нет ощущения солирования какого-то зла. Такой большой хор имени Пятницкого. Отношение к ним как к такому развлекательному ток-шоу, где абсолютно все поют и пляшут – а почему бы нет?

Второй момент заключается вот в чем: если вы выйдете на улицу и начнете всех людей подряд или только тех, кто в очках, спрашивать: «А что такое офшоры?», то народ будет пугаться, блажить и от вас в сторону бежать. Потому что люди у нас не очень хорошо разбираются в экономике, почитают ее вещью скучной, и когда речь идет о том, у кого какой дебет-кредит и какие там счета, то лица становятся кислыми. Шуршание пыльных папок – в этом нет никаких приключений. Разоблачения получаются какие-то пресные, нет лихой кавалеристской атаки, нет вампирских семей, которые нападают на младенцев и разрывают их на части. Был бы Песков ночным монстром, и было бы это запечатлено, тогда совсем другое дело – народ собрался бы посмотреть. Мы, когда читаем лекции в университете, то отдельно выделяем такой вид журналистских расследований как экономическое расследование, и почитаем его как один из самых трудных видов. Потому что самое трудное – написать про это интересно, чтобы читатель не уснул на третьем абзаце.

Таким образом, они совершили две глобальных ошибки: первая – создали «хор имени Пятницкого», и вторая – повели разговор на темы, которые большинству людей мыслью не охватить. Как итог: вряд ли в нашей стране это вызовет какой-то большой резонанс. Что касается других стран, то в целом в мире люди относятся к разоблачениям как к шоу. Потому что я помню, как разоблачили старика Клинтона. Уж так разоблачили! Надругался над стажеркой! Соврал под присягой! Теперь его жена уверенно идет к президентству в Белом Доме и ничего в этом смысле не произошло. Или Колин Пауэлл: тряс пробиркой, в которой было химическое оружие, смерть Кащеева и все мировое зло! Потом выяснилось, что он наврал ООН и уж, казалось бы, такое разоблачение – и ничего, ничегошеньки вообще не случилось в этом подлунном мире. Ну и что же, теперь все изменится, потому что поймали музыканта Ролдугина с его виолончелью?

Офшорный бизнес – не преступление; его используют как для легальных целей, так и для не очень хороших.

Максим Гладких-Родионов.

В центре скандала вокруг журналистского расследования против панамской офшорной компании Mossack Fonseca оказались десятки видных политиков со всего мира. Генеральный директор аудиторской компании «Уверенность» Максим Гладких-Родионов рассказал, для чего бизнесмены используют чужую юрисдикцию.

Офшоры, как любые другие инструменты, используются для различных целей. Нужно понимать, что их использование не всегда преследует некую незаконную цель. Это бывает удобно, с экономической и деловой точек зрения целесообразно при какой-то купле-продаже активов, ну и, конечно, среди прочих они используются для поиска лазеек в различных национальных налоговых законодательствах. То есть для уклонения от уплаты налогов они тоже используются.

Офшоры, несомненно, удобны. Во-первых, достаточно тяжело понять, кто является собственником офшорной компании. Во-вторых, офшорные компании практически никогда не платят налогов, и их юрисдикции позволяют сделать многое. При этом закрепленное за офшором право собственности хорошо защищено. Это очень удобный инструмент для ведения бизнеса, но используют его по-разному: как для легальных целей, так и для не очень хороших.

Есть еще специфика нашего, российского, использования офшоров. В связи с тем, что отношение к праву собственности у нас не совсем европейское, то собственникам каких-то активов становится страшно, что их могут отнять. Но, прежде чем актив отобрать, нужно понимать, у кого его надо отнять. И тогда становится полезной офшорная структура, когда активом владеет одна иностранная компания, которой владеет другая иностранная компания, а ей – еще какая-то компания. Такая сложная схема затрудняет поиск собственника. Если у кого-то возникает желание отнять актив, это будет сделать сложнее, потому что злоумышленники не будут знать, у кого его отнимать.

Я лично с этой компанией (панамская офшорная компания Mossack Fonseca, — ред.) никогда дела не имел. Но репутация у нее — молчаливого партнера для нестандартных ситуаций. Трудно составить топ-5 или топ-10 офшорных стран, но Панама – давний и весьма известный игрок на офшорном рынке, вполне себе юрисдикция. Офшорная зона предполагает, что правительство какой-то страны для привлечения неких денег в доход бюджета этой страны говорит бизнесменам: регистрируйте, пожалуйста, под нашей юрисдикцией юридические лица, платите какую-нибудь фиксированную ставку (условно 100 или 1000 долларов в год) и занимайтесь. При этом они собственников фирм никому не раскрывают, да и сами не хотят их знать. Это же прекрасно! Поэтому люди ими и пользуются.

У нас сейчас началась очень сильная борьба с офшорами, введено в налоговое законодательство понятие «контролируемые иностранные компании». Соответственно эта новелла законодательства направлена на то, чтобы доходы офшоров облагались у источника выплаты, то есть у нас в стране. Потому что получается так, что не обязательно офшор получает только дивиденды от учрежденной им компании. Офшор может быть использован и непосредственно для оперативной деятельности, то есть участвовать в каких-то схемах поставки товара или оказания услуг. Здесь у юрлиц будет формироваться расходная часть, не уплата налога, а налогулучшение, потому что они потратили на сделку с иностранной компанией какие-то деньги. А там они налогов платить не будут, поскольку она офшорная.

Как раз контролируемые иностранные компании – это мера для борьбы с уклонением от уплаты налогов и выводом капитала за рубеж. Если, допустим, собственник признает, что это его компания в офшоре и он готов заплатить налог здесь, у источника выплаты от ее доходов, то может спокойно ее использовать. Сам по себе факт использования офшорной компании – не преступление.

speakercom.ru

Добавить комментарий