В России всегда и все начинают снова, здесь не совершенствуют.

росс16 мыслей о России французского слависта: 1916-1933 годы.

В год 70-летия Фултонской речи, навсегда связавшей образ России с «железным занавесом», мы представляем спецпроект о тех, кому удавалось за него проникнуть и рассказать об увиденном. Россия XX века в книгах посетивших ее иностранцев: все, что они считали нужным сообщить об этой стране, — в 16 мыслях.

25-летний славист лейтенант французской армии Пьер Паскаль в 1916 году был назначен во французскую военную миссию в России, где стал свидетелем и участником революционных перемен. Будучи глубоко религиозным человеком, Паскаль проникся коммунистическими идеями и долгие годы безуспешно пытался примирить христианство и коммунизм. В 1918 году он отказался покинуть Россию и остался там до начала 30-х. Все эти годы он постоянно вел дневник, который по частям публиковался во Франции начиная с 1975 года. По-русски пока вышел только первый том, относящийся к 1916-1918 годам (издательство «Гонзо», перевод Владимира Бабинцева, 2014 год — за исключением пунктов 14 и 15, текст приводится по этому изданию).
1
Русский народ считает, что его объедает толпа инородцев, а он оказывается не столь ловок, чтобы им противостоять; он не знает окольных путей, уловок, дебрей судопроизводства.
2
В скольких случаях в форме несгибаемо жесткой и неестественной проявляется неупорядоченность, упрощенность русских!
3
Русский народ хочет только одного: жертвовать собой.
4
Мадемуазель Ушакова сообщила, что и у нее три племянника или кузена; два были тяжело ранены, один больше не может пользоваться рукой и состоит при Генштабе, у другого парализован позвоночник; только один смог вернуться на фронт и был трижды ранен. Еще один родственник убит в чине полковника. Во Франции мне только об этом и твердили бы. Здесь такое считается естественным. Нам никогда не понять этого народа, ибо он слишком закрыт.
5
От русских всегда требуется чрезвычайный подвиг — у других народов есть командование, правительство, которое приказывает: если отдан приказ наступать, то воевать надо, даже не будучи вполне уверенным, что это разумно. Русский народ ныне должен сам себе повелеть воевать: его жизненный инстинкт встает на дыбы, природа и чувство долга вступили в жестокую и мучительную борьбу. Первая подсказывает второму тысячу отговорок, которые вгоняют его в сомнение.
6
Петроград сегодня представляет собой небывалую сцену. На ней разыгрывается дуэль двух обществ: нынешнего и завтрашнего. Понять друг друга они не могут, они расположены в разных плоскостях. Они не знают общей почвы, потому что, помимо себя, они не признают ничего. Общее можно было бы отыскать, ибо оно превыше, — церковь, но ни то, ни другое общество не желают ее признавать, а потому оба обречены: одно — на гибель, другое — на неудачу.
7
Сатана и Бог поочередно играют русской душой, потому что она не сопротивляется ни тому, ни другому.
8
Солдатская масса, воины Красной армии со звездочками на фуражке, остриженные по уставу, серьезные и суровые — даже вон тот, несомненно командир, поскольку при сабле, во френче с тесным, широко расстегнутым воротником, — все это православная Россия в новой форме. И все это святая Русь, самозабвенно устремленная в будущее (Блок был не прав, представляя двенадцать палящими в святую Русь).
9
Разумеется, пропасть между вождями и народом существует. Красноармейцы всегда с крестиком на шее. Такая же пропасть существует в языке (все иностранные слова в газетах и повсюду) и в том, что касается костюма.
10
Нищий попросил у меня подаяния, обратившись «товарищ». Я в белом воротничке, галстуке, мягкой шляпе. В таких случаях я всегда подаю (если называют «барином», то не подаю). Обращенье «товарищ» — знак того, что бедняк не держит на меня зла, это лишнее доказательство любви, которой взыскует русский народ.
11
Русский не кичится ни собой, ни даже своим Отечеством. Он любит свою страну глубоко, знает ей цену, но держит это про себя.
12
Есть в революции дух деревенской отваги: силу показать, совершить что-то неслыханное, даже постыдное, а потом, быть может, раскаяться.
13
Какое богатство мысли в русском народе! Какая жажда истины! <…> Реально подобных проблем у нас не ставят. А здесь этим трепещет целая толпа, весь народ.
14
Чаадаев был прав, отказывая России в чувстве континуитета, то есть в неразрывности развития. Здесь начинают сызнова, здесь не совершенствуют. Не происходит накопления.
15
Русский народ справедлив. Разумен, проницателен, сознателен, образован в том, что касается практической стороны жизни. Им нельзя управлять словами.
16
Русская революция, какой бы ни оказалась возможная последующая реакция, будет иметь столь же огромное эхо, как революция 1789 года, и даже много более великое: это не просто случайность, это — эпоха.

Журнал «Коммерсантъ Weekend» №13 от 22.04.2016, стр. 34


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*