Человек, который просто всегда говорил с Богом.

монахБеседа четвертая

Джозеф де Бьюфорт

В маленькой книжке, через письма и беседы, брат Лоренс просто и вдохновенно объясняет, как можно научиться жить в постоянном присутствии Бога — не умом, но сердцем.

Все заключается в едином сердечном отказе от всего, что, как мы чувствуем, не ведёт нас к Богу. Мы должны приучить себя к постоянному разговору с Ним, свободному и простому, без всякой мистики. Нам лишь только надо признать, что Господь интимно близок с нами, и обращаться к Нему постоянно. Мы можем просить Его помощи в постижении Его воли относительно ситуаций, в которых мы не знаем, как поступить, и в правильном исполнении того, что Он очевидно требует от нас. И прежде начала любого дела посвящать Ему все, что мы делаем, и благодарить Его за все по завершении.

В этом общении с Богом наша работа состоит в том, чтобы восхвалять Его, восхищаться Им и любить Его постоянно, каждое мгновение, за Его бесконечную доброту и совершенство.

Не отчаиваясь по поводу наших грехов, мы должны молиться о Его милости и прощении с совершенной уверенностью, полагаясь на бесконечные достоинства нашего Господа. Бог никогда не перестаёт предлагать нам Свою благодать в каждом действии. Сам брат Лоренс очень чётко переживал это и никогда не терял этой благодати, за исключением лишь тех моментов, когда он, блуждая в мыслях, уходил от ощущения Божьего Присутствия или если он забывал просить Его о помощи.

Господь всегда подаёт нам Свой свет в наших сомнениях, если у нас нет никакого иного намерения, как только угодить Ему.

Наше освящение не зависит от перемен в наших практиках и послушаниях, но лишь от того, чтобы все делать ради Бога, тогда как обычно мы делаем это все ради себя самих. Грустно наблюдать, как много людей принимают средства за цель, безнадёжно привязываясь к конкретным практикам и методам, которые они выполняют очень несовершенно по причине своего человеческого или эгоистического отношения.

Самый совершенный метод идти к Богу — совершать наши обычные, повседневные дела, даже не пытаясь угодить людям (Гал. 1-10; Эфес. 6-5,6,7), но (насколько мы способны) действовать только из любви к Богу.

Большое заблуждение думать, что время молитвы должно как-то отличаться от другого времени. Мы должны также строго прилепляться к Богу во время действий, как и во время молитвы.

Его молитва была ничем иным, как чувством присутствия Бога, его душа в это время была нечувствительна ко всему, кроме Божьей Любви. И когда проходило время, отведённое для молитвы, он не замечал разницы, поскольку он по-прежнему продолжал своё общение с Богом, восхваляя и благословляя Его изо всех сил. Так он проводил свою жизнь в непрекращающейся радости, хотя надеялся, что Господь даст ему страдания и скорби, когда он станет сильнее.

Мы должны, раз и навсегда, все наше упование возложить на Бога, довериться Ему полностью, тотально отдать себя Ему, твёрдо веря, что Он никогда не обманет нас.

Мы не должны уставать делать маленькие вещи ради любви к Богу, который смотрит не на величие нашей работы, но на любовь, с которой мы её выполняем. Нам не следует удивляться, если, особенно в начале, мы часто терпим неудачи в наших попытках и усилиях, но, в конце концов, мы должны будем выработать привычку, которая сама, естественным образом, будет производить в нас необходимые действия, без нашей заботы и к нашему все возрастающему восторгу.

Вся сущность религии заключается в вере, надежде и любви (милосердии), практикуя именно это, мы становимся едины с волей Бога. Все же остальное — нейтрально и должно использоваться только как средства. Мы можем достичь нашей цели и быть поглощёнными верой и любовью.

Все возможно для того, кто верит, все менее трудно для того, кто надеется, и все ещё более легко для того, кто любит, а ещё легче оно для того, кто постоянен в практике всех трёх добродетелей.

Он говорил, что конечная цель, которую нам следует поставить для себя в этой жизни, это стать настолько совершенными поклонниками Бога, насколько это вообще возможно, и какими мы надеемся быть в вечности.

Когда мы вступаем в духовную жизнь, нам следует рассмотреть и изучить до самого дна, что мы из себя представляем. И тогда мы найдём себя достойными всяческого презрения, и совершенно не заслуживающими называться христианами, подверженными всяческим горестям и несчастным случаям, которые беспокоят нас и вызывают разные проблемы с нашим здоровьем, настроением, внутренними и внешними установками. И наконец, мы признаем себя людьми, которых Бог смиряет многими страданиями и трудами, как внутри, так и снаружи. После такого исследования нас больше не должно удивлять, что с нами случаются проблемы, искушения, оппозиции и противоречия со стороны других людей. Напротив, мы должны смиренно сдаться и подчиниться им, и терпеть все это так долго, как это будет угодно Богу, относясь к этим вещам как крайне для нас полезным.

Чем к большему совершенству стремится наша душа, тем более она становится зависимой от Божьей благодати и милости.

Когда один из братьев (которому он обязан был открывать свои помыслы и состояния) спросил его, какими средствами он достиг столь постоянного ощущения присутствия Бога, брат Лоренс ответил, что с момента появления в монастыре он рассматривал Бога как конечную цель всех своих мыслей и желаний, как маяк, к которому они должны направляться и место, в котором они должны закончиться.

В начале своего послушничества он проводил часы, отведённые для личной молитвы, в размышлениях о Боге, чтобы убедить свой ум и глубоко запечатлеть в сердце само существование Бога. Он делал это в большей степени через набожные чувства и подчинение свету веры, нежели через изучение обоснованной догматики и тщательно разработанные методы размышления и созерцания. С помощью своего простого и верного метода он упражнялся в познании и любви к Богу, решив использовать максимум своих собственных усилий, чтобы жить в постоянном ощущении Его Присутствия и, если это возможно, никогда больше не забывать Его.

И когда в молитве он наполнял свой разум сильнейшими переживаниями этого Бесконечного Существа, он отправлялся работать на кухню (он был поваром в монастыре). И там, сперва тщательно выяснив все пожелания и требования к его работе, когда и как конкретно нужно делать каждую вещь, он проводил все время работы в молитве.

Перед началом любого дела он с сыновьим доверием обращался к Господу: «О, мой Бог, поскольку Ты со мной, а я теперь должен, в послушании Твоим командам, приложить свой разум к этим внешним вещам, я умоляю Тебя: даруй мне благодатью Твоею остаться в Твоём Присутствии и до самого конца поддержи меня Твоей помощью, прими все мои труды и обладай всеми моими стремлениями и привязанностями».

И по мере продвижения в своей работе, он продолжал привычный разговор со своим Создателем, моля Его о милости и посвящая Ему все свои действия.

Когда он заканчивал работу, то проверял, насколько хорошо он справился со своими обязанностями. Если все было хорошо, он возносил благодарения Богу, если же нет, он просил прощения и, не позволяя себе опускать руки или расстраиваться, восстанавливал правильное устройство своих мыслей и продолжал практику присутствия Бога так, как будто он никогда от неё и не откланялся. «Таким образом, — говорил он, — вставая после моих падений и постоянно возобновляя действия веры и любви, я пришёл в меру (в состояние), когда не думать о Боге для меня так же сложно, как вначале было приучить себя к этим мыслям».

Поскольку брат Лоренс обнаружил такое утешение и благословение в «хождении в присутствии Бога», для него было естественным искренне рекомендовать этот метод другим, но его собственный пример убеждал сильнее любых слов и аргументов. Его самообладание было лучшим наставлением, в нем проявлялась столь глубокая и спокойная преданность Богу, что это не могло не влиять на окружающих. Было очевидно, что в самой большой спешке дел на кухне, он по-прежнему сохранял свою сосредоточенность и погружённость в небесное. Он никогда не торопился и не медлил, но делал каждую вещь в своё время, с ровным, ничем не нарушаемым самообладанием и невозмутимостью духа.

«Время дел, — говорил он, — для меня не отличается от времени молитвы, и в шуме и беспорядке моей кухни, в то время как несколько человек одновременно просят разные вещи, я сохраняю Бога в себе в таком величайшем умиротворении, как если бы я стоял на коленях во время Святого Причастия».

25 ноября 1667

Джозеф де Бьюфорт.

Практика Божьего присутствия Беседы и письма брата Лоренса.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*