США остаются супердержавой на долгие времена.

америкаСтивен Брукс, Уильям Уолфорт.

Стивен Брукс – адъюнкт-профессор государственного управления в Дартмутском колледже.

Уильям Уолфорт – профессор управления им. Даниэля Уэбстера в Дартмутском колледже.

Если исключить некий внутренний разворот, который приведет к реальному отказу США от глобальной роли, то Вашингтон в ближайшие десятилетия сохранит удобную позицию, позволяющую поддерживать военный потенциал, альянсы и обязательства, которые обеспечивают безопасность в ключевых регионах, подстраховывают глобальную экономику и способствуют сотрудничеству по транснациональным проблемам.

Пользу от этой стратегии трудно разглядеть, особенно на фоне внешнеполитических злоключений США в последние годы. Такое фиаско, как вторжение в Ирак, остается напоминанием о сложности применения силы для внутриполитических изменений в других странах. Однако власть – это не только предотвращение неблагоприятного исхода, но и создание условий для благоприятного результата, и здесь Вашингтон справился гораздо лучше, чем полагают многие американцы.

Потому что для удовлетворенной державы, возглавляющей международную систему, более ценно обладать достаточной мощью, чтобы сдерживать или блокировать возмутителей спокойствия, чем иметь возможность улучшить свои позиции на периферии. Главной целью национальной стратегии США на протяжении десятилетий являлось недопущение развития более опасных условий в мире, и оценить успешность этих действий можно по отсутствию ситуаций, которыми так богата история: ключевые регионы дестабилизированы из-за сложных дилемм безопасности; разобщенные альянсы не могут сдерживать возмутителей спокойствия; быстрое распространение оружия; гонка вооружений между великими державами; переход к конкурирующим экономическим и военным блокам.

Если Вашингтон перестанет заниматься мировыми делами, многие из этих вызовов дадут о себе знать, а транснациональные угрозы станут еще более актуальными. Даже если угрозы не усугубятся, противодействие им невероятно осложнится, если Соединенным Штатам одновременно придется справляться с менее стабильным глобальным порядком. И сегодня США не всегда просто сплотить коалицию для противодействия транснациональным вызовам, но это будет еще труднее, если страна откажется от роли лидера и сосредоточится на своем огороде, как призывают многие эксперты, политики – и значительная часть общества.

Не вводить США в искушение

После распада СССР значительное превосходство Соединенных Штатов над другими странами сопровождалось риском нанесения травм самим себе, как произошло в Ираке. Но пошатнувшиеся экономические позиции могут оказать благотворное воздействие, заставив руководство страны сосредоточиться на основной задаче национальной стратегии, а не втягиваться в беспорядочные периферийные конфликты. Именно этой логикой руководствовался Барак Обама в своей внешней политике. Тем не менее мир – с прочным военным превосходством США и их снижающимся экономическим доминированием – по-прежнему будет испытывать способность Америки проявлять сдержанность в четырех аспектах.

Первое – искушение запугивать или эксплуатировать союзников ради собственной выгоды. Американские союзники зависят от Вашингтона, и только глупец не воспользовался возможностью требовать от них уступок – одобрить спорную политику США, воздержаться от действий, которые не поддерживают американцы, или согласиться на неравноправные условия взаимовыгодного соглашения (вспомните неоднократные заявления республиканского кандидата в президенты Дональда Трампа о том, что Америка постоянно проигрывает в сделках с иностранцами, в том числе с ключевыми союзниками, и его обещания вернуть стране способность побеждать). Но основы современного международного порядка предполагают, что, если его участники откажутся от стремления к относительному военному превосходству, присоединятся к разветвленной сети институтов и согласятся следовать общим правилам, Соединенные Штаты не смогут пользоваться своими преимуществами и извлекать выгоду из отношений с союзниками. Ожидать, что Вашингтон никогда не прибегнет к рычагам воздействия ради заключения более выгодного соглашения, было бы нереалистично. В разное время так поступали многие американские президенты, включая Джона Кеннеди, Рональда Рейгана, Джорджа Буша-младшего и Обаму. Но если Вашингтон будет слишком часто использовать свою власть ради собственной выгоды вместо того, чтобы защищать и продвигать систему в целом, это приведет к реальному риску размывания легитимности как американского лидерства, так и существующего порядка.

Второе – искушение отреагировать слишком остро, когда другие страны – в частности Китай – используют свой растущий экономический вес на мировой арене. Большинство держав, поднявшихся в прошлом, включая Германию, Японию и СССР, были сильнее скорее в военном отношении, чем экономически. Китай, напротив, в ближайшие десятилетия будет сильнее экономически. И это хорошо, потому что военные вызовы глобальному порядку очень быстро принимают неприглядную форму. Но это означает, что КНР все активнее будет бросать экономические вызовы, и реагировать на них нужно мудро. Усилия Китая скорее всего будут касаться небольших косметических изменений существующего порядка, которые важны для престижа Пекина, но не угрожают базовым нормам и принципам мироустройства. Вашингтону следует отвечать на это с достоинством и выдержкой, осознавая, что заплатить скромную цену за включение Китая в существующий порядок лучше, чем спровоцировать фундаментальный вызов всей структуре.

Недавняя перепалка из-за Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (АБИИ) – прекрасный пример того, как не нужно себя вести. Китай предложил АБИИ в 2013 г. как средство укрепить свой статус и привлечь инвестиции в инфраструктуру Азии. Хотя критерии предоставления кредитов могут оказаться менее конструктивными, чем хотелось бы, проект вряд ли навредит региону или подорвет структуру глобальной экономики. Тем не менее Соединенные Штаты начали публичную дипломатическую кампанию, чтобы убедить союзников не участвовать в проекте. Те оставили недовольство США без внимания и с готовностью присоединились к АБИИ. Своим рефлекторным противодействием достаточно конструктивной инициативе Китая и участию в ней своих союзников Вашингтон создал ненужную борьбу с нулевой суммой, которая закончилась унизительным дипломатическим провалом. (Нежелание Конгресса одобрить Транстихоокеанское партнерство может привести к еще большему фиаско и вызовет серьезные вопросы у других стран по поводу глобального лидерства Соединенных Штатов.)

В-третьих, США будут постоянно сталкиваться с искушением, которое всегда сопровождает власть, – вмешиваться там, где не затронуты национальные интересы (или расширять определение национальных интересов, что приведет к выхолащиванию сути). Этот соблазн может существовать и в период борьбы супердержав – в годы холодной войны американцы увязли во Вьетнаме, а Советский Союз – в Афганистане. Очевидно, что такое желание существует и сегодня, когда у Соединенных Штатов нет равнозначных соперников. Обама пытался преодолеть искушение. Он стал объектом критики, возведя принцип «не совершать глупых поступков» до стратегической максимы. Но если «глупые поступки» угрожают способности США осуществлять свою национальную стратегию и поддерживать глобальное присутствие, возможно, он прав. Не хватает только вытекающего из этого совета «следить за мячом». На протяжении 70 лет такой принцип помогал Вашингтону выполнять свою основную миссию – поддерживать стабильность в ключевых регионах и обеспечивать работу глобальной экономики и мирового порядка в целом.

Наконец, не следует занимать чересчур агрессивную военную позицию, даже когда речь идет о ключевых интересах США, например, если Китай действует слишком самоуверенно в регионе. Возможности КНР по «запрету доступа/блокированию районов» действительно серьезно повысили затраты и риски использования американских самолетов и надводных кораблей (но не подлодок) у китайских границ. Но реагирование Вашингтона на новые локальные военные возможности Китая зависит от того, каковы стратегические цели Соединенных Штатов. Полностью восстановить военную свободу действий, которой США пользовались в период своего экстраординарного доминирования в 1990-е гг., действительно очень сложно, а необходимые для этого шаги могут увеличить риск конфронтации в будущем. Если же Вашингтон ставит перед собой более ограниченные цели – обеспечивать безопасность региональных союзников и поддерживать благоприятный институциональный и экономический порядок, – с вызовом вполне можно справиться.

Приняв собственную стратегию блокирования районов, США смогут сдерживать агрессивность Китая и защищать своих союзников, невзирая на растущую военную мощь КНР. В отличие от активно обсуждаемой доктрины боевых действий в воздухе и на море для тихоокеанского конфликта, этот подход не предусматривает быстрой эскалации до ударов по материковому Китаю. Целью является ограничение возможностей Пекина в случае конфликта действовать в пределах так называемой «первой цепи островов», которая включает часть Японии, Филиппин и Тайваня. Согласно стратегии, США и их союзники задействуют те же средства – мины и мобильные противокорабельные ракетные комплексы, – которые использовал Китай, чтобы вытеснить американские надводные корабли и самолеты со своего побережья. Это может коренным образом изменить ситуацию и вынудить Китай конкурировать там, где он слаб, например под водой.

Суть стратегии в том, что, даже если Пекину удастся блокировать доступ американских надводных кораблей и самолетов в район поблизости от его берегов, он не сможет использовать это пространство для дальнейшего проецирования военной мощи в случае конфликта. При таком сценарии китайские береговые воды превращаются в ничейную зону, где ни одно государство не в состоянии использовать корабли и авиацию. Конечно, это совсем не похоже на ситуацию 1990-х гг., когда Китай не мог помешать ведущей военной державе мира пользоваться беспрепятственным доступом в его воздушное и морское пространство практически до территориальной границы. Такое изменение нужно рассматривать в широком контексте: вполне естественно, что, потратив десятки миллиардов долларов за несколько десятилетий, Китай начал бороться с уязвимостью, которую США посчитали бы для себя неприемлемой.

Стратегия блокирования районов позволит разрешить долгосрочные проблемы, но не поможет справиться с непосредственными вызовами со стороны Китая: строительством военных объектов на искусственных островах в Южно-Китайском море. Простого решения нет, но Вашингтону следует избегать слишком агрессивной реакции, способной спровоцировать конфликт. В конечном итоге эти маленькие открытые острова не меняют общий военный баланс, потому что их будет невозможно защитить в случае конфликта. Агрессивность Пекина может даже иметь обратный эффект. В прошлом году Филиппины – настоящие острова с очень ценной инфраструктурой – приветствовали возвращение американских войск на свою территорию после 24-летнего отсутствия. Сейчас США ведут переговоры о базировании стратегических бомбардировщиков в Австралии.

На данный момент администрация Обамы предпочитает проводить операции по обеспечению свободы судоходства, чтобы противодействовать морским претензиям Китая. Но у Соединенных Штатов как лидера мирового порядка есть на вооружении разнообразные средства. Чтобы возложить бремя ответственности за эскалацию на Китай, США – или, даже лучше, их союзники – могут разыграть эпизод по китайскому сценарию и активизировать исследовательские походы в район. Еще один инструмент в арсенале Вашингтона – международное право. На Китай давят, требуя передать территориальные споры на рассмотрение международных судов, а если Пекин и дальше будет отказываться, то может утратить легитимность и стать объектом санкций и других дипломатических кар. Если КНР попытается получить выгоду в спорных районах, Вашингтон вправе запустить процесс в рамках стратегии пропорционального наказания, которая благодаря усилиям американцев вошла в документы ВТО: Постоянная палата третейского суда в Гааге определяет выгоду Китая от незаконных действий, вводит временный тариф на китайский экспорт, который взимается, пока территориальные претензии рассматриваются в суде, средства распределяют по итогам решения Международного суда ООН. Какой бы подход ни был выбран, для глобальных интересов США важны не сами острова или суть территориальных претензий, а воздействие провокаций на мировой порядок.

Хотя Китай может «представлять проблему, даже не догнав США», отмечает политолог Томас Кристенсен, глобальная позиция дает Соединенным Штатам пространство для маневра. Главное – использовать преимущество обороняющейся стороны, говорят стратеги, потому что бросить вызов устоявшемуся статус-кво очень непросто.

Познать себя

Несмотря на подъем Китая, позиция Соединенных Штатов как супердержавы гораздо прочнее, чем можно было бы предположить. На самом деле она настолько прочна, что главную угрозу доминирующей мировой державе представляет она сама. Американское доминирование немного снижается после пика 20 лет назад, и Вашингтон рискует слишком остро отреагировать на неудачи в сложном, трудно управляемом мире, пустившись во все тяжкие или «вернувшись домой» и отказавшись от терпеливого и конструктивного подхода, который на протяжении многих десятилетий составлял основу национальной стратегии. Это станет серьезной ошибкой. Та национальная стратегия была более успешной и благотворной, чем полагают многие, поскольку принимают как должное ее главное завоевание – предотвращение развития менее благоприятных условий в мире.

Верный путь спровоцировать необдуманный толчок к отступлению – предпринять еще одну авантюру вроде войны в Ираке. Тот факт, что Америка выдержала эту катастрофу, сохранив свои глобальные позиции, свидетельствует о том, насколько прочен ее статус супердержавы. Но это не значит, что политики могут и дальше совершать ошибки безнаказанно. В мире, где Соединенные Штаты сохраняют подавляющее военное превосходство при снижении экономического доминирования, искушение слишком остро реагировать на предполагаемые угрозы будет расти, а способность покрыть издержки от совершенных ошибок будет сокращаться. Несмотря на многочисленные заявления в ходе нынешней президентской кампании, США вряд ли находятся в чрезвычайно опасной ситуации. Но их позиция в мире не так незыблема, чтобы на ней не сказалась безответственная политика следующего президента.

globalaffairs.ru

Добавить комментарий