Мечты Европы: Путин и Эрдоган — это ненадолго, они — «политические животные, принадлежащие к разным видам».

эрдогЦарь и султан: «союз обманутых» Западом.

Еще недавно они враждовали, а сегодня протягивают друг другу руку в примирительном жесте: «болевой порог Эрдогана оказался ниже путинского». Растущее возмущение Анкары Западом дает Путину идеальный шанс завлечь Эрдогана на свою орбиту. «Пакт между двумя автократами способен серьезно изменить расстановку сил в мире», — прогнозируют западные издания. Впрочем, не все уверены в прочности возможного альянса: Путин и Эрдоган — это «политические животные, принадлежащие к разным видам», пишет Le Figaro.

«За последние десять месяцев оба президента проделали путь от тесного партнерства вплоть до грани войны и обратно. (…) И то, что в конце концов Турция поддалась, связано с тем, что ее болевой порог оказался ниже российского», — подчеркивают обозреватели Sueddeutsche Zeitung Юлиан Ханс и Майк Шимански в материале, посвященном сегодняшней встрече Путина и Эрдогана в Санкт-Петербурге.

Так, в качестве наказания за сбитый бомбардировщик Москва остановила туристические чартеры в Турцию. Вкупе с терактами это привело к тому, что одна из отраслей турецкой экономики полностью встала. Санкции же ударили по турецкому экспорту.

С другой стороны, отношения Турции с западными странами стали менее доверительными, и попытка путча 15 июля еще сильнее углубила пропасть. Путин же стал первым иностранным лидером, который позвонил Эрдогану после провала путча.

«Однако куда более веской причиной для смены тона Эрдогана может быть тот факт, что после инцидента со сбитым самолетом Москва начала поставки оружия курдам. Более того, несколько недель тому назад США и Россия предприняли очередную попытку согласования своих действий в Сирии», — напоминают авторы. Если американцы и русские начнут поддерживать курдов, которые борются за независимый Курдистан не только с Асадом, но и против Турции, «в конечном итоге с носом останется именно Анкара». А Эрдоган «может быть очень гибким, если чует, что рискует оказаться в стане проигравших», заключает Sueddeutsche Zeitung.

«Эрдоган и Путин снова разожгли огонь своей мужской дружбы» — комментирует происходящее Politico.

Журналист Оуэн Мэттьюз считает: оба лидера осознали, что у них больше поводов для единства, чем для разобщенности и что пора возродить альянс, основанный на открытом неповиновении Западу. «Растущее возмущение турецкой стороны Западом дает Путину идеальный шанс завлечь Эрдогана на свою орбиту, отмеченную ярым антиамериканизмом», — пишет автор.

По мере того, как Турция отдаляется от Запада, Путин и Эрдоган готовы сформировать альянс, основанный на «идеологии суверенных ценностей, в качестве «союза обманутых», заключенного против Запада», говорит аналитик Александр Баунов.

У России и Турции есть веские финансовые стимулы для восстановления отношений, продолжает автор. Переговоры о прокладке газопровода «Южный поток» возобновляются, как и сделка об установке в Турции атомного реактора российского производства.

Автор напоминает: Турция остается кандидатом на членство в ЕС и ключевым членом НАТО. Но сегодня Путин наверняка постарается всеми силами поощрить отдаление Эрдогана от Запада, прогнозирует он.

О «примирении «царя» Путина и «султана» Эрдогана» пишет Изабель Лассер, Le Figaro.

«Один мечтает быть царем, другой — султаном. Редко два правителя на международной арене настолько похожи друг на друга», — пишет журналистка. «Оба — националисты и авторитарные правители. Их роднит ностальгия по минувшей славе, а их политические мечты наполнены образами, призывающими к возврату потерянного могущества», — полагает Лассер.

«Анкара и Москва питают одинаковое недоверие к США», — говорится в статье. Обе страны считают, что Запад придает недостаточно значения их мощи; неудавшийся путч только усилил обиду турецких властей на критику со стороны Запада по поводу репрессий, пишет Лассер.

«Встреча с глазу на глаз в Санкт-Петербурге также позволит Эрдогану послать сигнал западным партнерам: теперь у него в руках есть и другие стратегические возможности. Что до Владимира Путина, он использует кризис в отношениях Турции и Запада, чтобы ослабить сплоченность НАТО», — полагает французская журналистка.

Но действительно ли это стратегический союз? «За общими чертами стоит то, что Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган — это политические животные, принадлежащие к разным видам», — пишет Лассер, напоминая, что Турция и Россия веками враждовали и воевали друг с другом. «В силу экономических причин у Анкары нет никакого интереса в том, чтобы порывать с Европой. Но что самое важное, Турция — это член НАТО», — говорится в статье.

Автор подчеркивает, что сирийская политика России и сирийская политика Турции противоположны, однако изменение военной ситуации в Сирии может изменить этот расклад. «Эрдоган нуждается во Владимире Путине, чтобы избежать формирования курдского государства (…). Готов ли он ради этой уступки пересмотреть свою позицию по Башару аль-Асаду? Никто этого не знает. Но что известно точно, так это то, что Сирия будет в центре дискуссии двух правителей в Санкт-Петербурге», — подытоживает Изабель Лассер.

«Ожидается, что президент России Владимир Путин и его турецкий коллега Реджеп Тайип Эрдоган пересмотрят свой спор по поводу Сирии, когда встретятся во вторник в Санкт-Петербурге. Оба лидера заинтересованы в прилюдной демонстрации приязни друг к другу, так как хотят показать Западу, что нарастание напряженности в отношениях с ним не привело к их изоляции, — сообщают Нил Макфаркуар и Тим Аранго в The New York Times. — Эрдоган давно уже настаивает, что обсуждение никакого мирного договора невозможно, пока сирийский президент Башар аль-Асад не отказался от власти, но российские военные успехи, возможно, изменили алгебру этого вопроса».

«Мы увидим много символизма, много танцев и жестов, но конкретных достижений [на встрече в Петербурге] будет немного. Больше их будет по Сирии», — считает внешнеполитический обозреватель Slon.ru Владимир Фролов.

«Пакт между двумя автократами может изменить мир» — утверждает немецкое издание Focus.

«Если в будущем Турция займет однозначную позицию на стороне России, с точки зрения Запада это будет означать драматичные изменения. США просто так это не проглотят», — говорит политолог Абдель эль-Хуссейни, указывая на решающую геополитическую роль Турции как страны НАТО.

По мнению эксперта по Ближнему Востоку Удо Штайнбаха, нельзя исключать создания «нового блока под руководством России». «Турция из европейской перспективы является своего рода воротами в исламский мир — сама себя страна оценивает как ведущую державу в регионе. Россия своей военной кампанией в Сирии уверено заявила о себе в регионе. В рамках возможного союза обе страны могли бы расширить свое влияние на Ближнем Востоке», — полагает Штайнбах.

Западу, продолжает автор публикации Лаура Гайда, придется искать возможности для налаживания отношений с обеими автократиями — особенно на фоне зависимости ЕС как от Турции, так и от России в сирийском вопросе, а также в вопросах миграционной политики.

По словам Штайнбаха, встречей с Путиным Эрдоган посылает ЕС недвусмысленный сигнал и в отношении затянувшихся переговоров о вступлении Турции в ЕС. Президент Турции сигнализирует о том, что не намерен «прогибаться» в этих переговорах.

Еще одним последствием сближения Москвы и Анкары может стать укрепление сотрудничества в энергетическом секторе. Как замечает Штайнбах, Россия в течение нескольких лет вынашивает план по превращению Турции в центр энергообеспечения Европы с целью укрепления собственного экономического влияния в регионе.

Принципиальные разногласия между Путиным и Эрдоганом концентрировались до сих пор вокруг сирийского вопроса. Если оба президента договорятся о едином курсе, это будет иметь решающие последствия для Сирии, погрузившейся в гражданскую войну, и сделает возможным переговорное решение конфликта.

Тем не менее, Хуссейни считает маловероятным серьезный альянс между Путиным и Эрдоганом, способный изменить расстановку сил в мире. «Эрдоган ругает Запад, но тот ему нужен. Вряд ли он готов отказаться от западной поддержки ради сближения с Путиным». По мнению политолога, примирение с Путиным ориентировано скорее на укрепление власти внутри страны.

Что касается Путина, то он тоже любит примерять на себя роль государственного деятеля, который вопреки санкциям и изоляции остается желанным партнером для переговоров на международной политической арене, замечает в заключение Лаура Гайда.

inopressa.ru

Добавить комментарий