Плоды Духа Святого – это видимые результаты нашего освящения в святость Христа.

плодР. Спраул.

Христианская жизнь — это странствование, это путешествие, которое мы совершаем пешком. Ходьба — медленный способ передвижения. Большинство из нас движется со скоростью улитки. Мы не летим на всех парусах и не перепрыгиваем через барьеры искушений. Различные препятствия задерживают наше продвижение. На каждом повороте мы набиваем шишки. Павел пишет: «Ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы» (Гал. 5:17).

Делам плоти Павел противопоставил перечень плодов Духа: «Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. На таковых нет закона» (Гал. 5:22—23).

Плод Духа необычен и уникален. Именно в этом различие, например, между обычной любовью и исключительной, между естественной любовью и сверхъестественной.

ЛЮБОВЬ

Плод любви, рожденный Святым Духом, — трансцендентная любовь. Она поднимается над общепринятой добродетелью — естественной привязанностью. Это библейская agape, любовь, которая воспета в 13 главе Первого послания к Коринфянам. Одно дело — любить любимого, совсем другое — любить своих врагов. Естественная любовь похожа на золото низкой пробы. Она разбавлена эгоистическими интересами, смешана со свинцом зависти и шлаком низменности. Это непостоянная любовь.

В Первом послании к Коринфянам 13 Павел рассказывает нам, что «любовь не завидует, не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла». Такая любовь не считает получаемые удары, прощает обиды.

Истинная любовь — это не просто воздержание от пьянства, танцев, косметики, кино, игры в карты и тому подобное. Зависть — вот что вызвало необходимость креста, а не губная помада; алчность нуждалась в искуплении, а не покер; гордости требуется умилостивление, а вовсе не кино.

Некоторые описывают подлинную любовь как «необусловленную любовь». Это понятие может быть либо монетой чистого золота, либо позолоченной галькой в мешке фокусника, или истинной правдой, или грубой ложью. Все зависит от того, что имеется в виду. Проповедник, который снисходительно улыбаясь с высоты своего алтаря, уверяет, что «Бог принимает вас такими, какие вы есть», — говорит чудовищную ложь. Царство Божье более строго в своих требованиях, чем соседство мистера Роджера. Евангелие любви не может быть подслащено сахариновой благодатью. Бог не принимает высокомерного человека в его гордыне. Будьте уверены, Он поворачивает Свою святую спину к нераскаявшемуся. Бог проявляет любовь к Своим падшим созданиям, однако у этой любви святые требования. Мы должны прийти к Нему, преклонив колени и с искренне раскаявшимся сердцем.

Джонатан Эдвардс так говорил о любви: «Если любовь — это итог христианства, то уж, конечно, те вещи, которые любовь отвергает, чрезвычайно неподходящи для христиан. Завистливый, злобный, с холодным и черствым сердцем христианин — величайший абсурд и противоречие. Это похоже на рассуждение о тусклой яркости или о ложной истине».

Мой учитель, доктор Дж. Джестнер, однажды говорил о проявлении agape в жизни Апостола Павла. Чтобы описать характер человека, он употребил четыре буквы имени Апостола (по-английски — PAUL) как кроссворд. Р означает polluted (загрязненный), поскольку Павел описывал себя как величайшего из грешников. А символизирует апостольское служение. Однако именно U и L наиболее уместны здесь. U соответствует бескомпромиссной (uncompromissing) преданности истине, a L — качеству любви Павла. Джестнер объясняет это таким образом: «Мы не говорим, что Павел был бескомпромиссным и любящим. Или даже, что он был бескомпромиссным, но любящим. Скорее мы говорим, что Павел был бескомпромиссным, следовательно, любящим».

Духовная любовь порождается Богом. Мы способны любить Его, потому что Он первый возлюбил нас. Именно Его любовь излита в наши сердца. Эта любовь превосходит естественную привязанность. Она проистекает из сердца, преображенного Богом-Духом Святым.

РАДОСТЬ

Радость названа плодом Духа. Она не похожа на восторг, который мы испытываем в момент выигрыша нашей любимой команды во время игры за суперкубок. Это и не «радость кошки в лукошке». Как и трансцендентная любовь agape, христианская радость — трансцендентна. Она рождена от блаженства. Неверующий испытывает позитивные эмоции, которые вызывают улыбку, но ни один неверующий не ощутил блаженной радости спасения.

Радость Духа постоянна. Чемпион, выигравший суперкубок этого года, может не принимать участие в финальных соревнованиях уже в следующем сезоне. И кошку можно вытряхнуть из лукошка. Радость спасения — навсегда. Победа, которую для нас одержал Христос, — не на один сезон. У Спасителя никогда не бывает неудачного года.

Радость Духа лучезарна и постоянна. Это радость, которая остается среди страданий. У нее есть глубина, проникающая в душу. Такая радость гонит отчаяние, дает надежду отверженному, рассеивает уныние. Она порождает доверие без гордыни, мужество без бравады. Иисус из Назарета мог плакать, однако Его слезы не в силах были растворить радость, которую Он впитал в доме Его Отца.

Мы радуемся, надеясь. Наша надежда — не фантазии мечтателя, а уверенность искупленного человека. Это радость тех, у кого есть уши услышать заповедь Спасителя: «…мужайтесь: Я победил мир» (Ин. 16:33).

МИР

Мир Духа тоже является трансцендентным. Это яйа-от — мир, по которому тоскует каждый иудей. Он стоит вне того, что Мартин Лютер назвал плотским миром, который предлагали ложные пророки Израиля. Это не «трусливый мир», наступивший с перемирием, но мир, завоеванный окончательной победой.

Когда завершаются земные войны и подписаны мирные соглашения, наступает тревожное перемирие. Всегда остается холодная война, в которой малейший звон меча может привести к началу новых военных действий. Огромна разница между тем, как, прислонившись к окну, Невил Чэмберлен заявил: «Мы достигли мира в наше время», и тем, как, встав у стола, Иисус сказал: «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам: не так, как мир дает, Я даю вам» (Ин. 14:27).

Христос завещал нам мир. Мир унаследован нами от Царя мира. Это мир неземной, постоянный, и он неразделим с нами.

Дух Святой дает нам внутренний мир, недоступный пониманию извне. Мир, который Он дает, несравненно более ценен, чем мир ума. Мир Христа превосходит невозмутимость стоиков и а1агах1а эпикурейцев. Он проистекает из нашего оправдания. Оправданные, мы имеем мир с Богом, мы услышали и получили Евангелие — ясный призыв Бога: «Утешайте, утешайте народ Мой… Говорите к сердцу Иерусалима и возвещайте ему, что исполнилось время борьбы его, что за неправды его сделано удовлетворение…» (Ис. 40:1—2). Самая трагическая война в истории — это война святого Бога с Его

бунтующими созданиями. Для христианина эта война закончилась раз и навсегда. Мы можем продолжать грешить и навлекать Божье неудовольствие, огорчать Духа, но Он никогда вновь не объявит войну нам. Это утверждено и провозглашено на кресте.

ДОЛГОТЕРПЕНИЕ (ТЕРПЕНИЕ)

Плод Духа — долготерпение. Эта добродетель отражает характер Бога. Она далека от капризов неврастеника. Долготерпение медленно на гнев, оно переносит злобу и оскорбление со стороны других, ему чужд дух осуждения.

Таков Иов, когда заявляет: «Вот Он убивает меня; но я буду надеяться» (Иов. 13:15). Долготерпение означает способность ждать, а ожидание — трудное дело. Мы ждем самолеты и автобусы; почту и посетителей; ожидаем возвращения Христа, ждем обещанного Им оправдания.

Христианину чужд дух прагматизма. Он живет на основе долгосрочных целей, не ищет земной выгоды, собирает сокровища на небесах, ожидая Божьего часа.

Дух терпелив с людьми. Плод, который Он дает, позволяет нам терпимо относиться друг к другу. Мы не требуем мгновенного освящения наших братьев. Стойкость и долготерпение не сражаются против сучка в глазу нашего брата. Они соединены с любовью, которая прощает множество грехов.

БЛАГОСТЬ

Иисус был сильным и нежным. Когда Он сталкивался с сильными и горделивыми, Он не просил четвертак и ничего не давал. Встречая слабого, с разбитым сердцем, Он был нежен. Иисус никогда не доламывал надломленную тростинку. Его упрек грешнику был продиктован добротой: «…и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши» (Ин. 8:11), — таков Его ответ униженной женщине. Судья всех живущих на земле, Он не был жестким и не искал удовольствия в осуждении. Благость — это свойство благодати. Ею проверяется тот, кому дается сила и власть. Благость не раздавит слабого. Она внимательна и добра, судит милосердно и справедливо.

МИЛОСЕРДИЕ

Милосердие включает такое понятие, как цельность личности. Дух Святой делает человека открытым и простодушным. Милосердие — относительное понятие. Не-кто добр согласно какому-то стандарту. Высшее мерило милосердия — это характер Самого Бога, вот почему Иисус сказал богатому молодому начальнику: «Что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог» (Лк. 18:19).

Качество милосердия растет в тех, в ком Святой Дух его вырабатывает. Хотя даже наши лучшие дела запятнаны грехом, но в нас произошло подлинное изменение. В спасении мы получаем исцеление так же, как и прощение.

Бог не только оправдывает нас, вменяя праведность Христа, Он обитает в нас, чтобы сделать такими, какими Он хочет нас видеть. Освящение следует за оправданием. И оно также реально, как и наше оправдание. Плод его — милосердие.

ВЕРА

Вера — и Божий дар, и одновременно плод. Не от наших собственных усилий приходит к нам вера, которой мы спасаемся. Дух Святой вырабатывает в нас веру. Это то, что Лютер назвал fides viva — живая вера, которая приводит к послушанию.

Вера — это упование, что означает нечто большее, чем просто верование в Бога, это доверие Богу. Дух побуждает нас уповать на Бога в любой жизненной ситуации.

Более того, мы сами становимся теми, кому доверяют. Верующий — это не только человек, который уповает, но и тот, на кого можно положиться. Его «да» означает «да», и его «нет» означает «нет». Он держит свое слово, оплачивает свои счета, исполняет свои обязанности, предан и надежен. Верность — основная черта его характера.

КРОТОСТЬ

Кротость — святое достоинство. Кроткий человек — это джентльмен. (В англ. тексте — игра слов: «А man who is gentle is a gentelmen — прим. пер.)  Быть подлинным джентльменом — значит подражать Христу.

Статистические опросы в женских журналах постоянно обнаруживают, что двойная добродетель, которую женщины желают видеть в мужчинах, — это сила и нежность. Не следует кротость (мягкость) смешивать со слабостью.

Моисей был мягким человеком. Это значит, что у него было такое качество, как смирение. Он был смелым, но не горделивым. Именно кротким обещан мир. Согласно обетованиям Христа, они наследуют землю. Мягкость — обратная сторона кротости. Они идут вместе, венчанные духом смирения.

Бог смиренным дает благодать. Это благодать, порождающая еще большую благодать.

Последний плод Духа в списке — воздержание, или умеренность, — проистекает из других достоинств. Нескромность, навязчивость и пышность не соответствуют умеренности, им недостает самоограничения. Дух не груб, не жесток и не оказывает давления.

Вот плоды Святого Духа. Именно они — подлинные свидетельства святости. И они ярко и наглядно проявляются в жизни зрелых христиан.

Господь желает, чтобы все мы культивировали в себе эти добродетели. Эти достоинства одновременно являются дарами Божьими. Бог наделяет нас этими дарами не в награду за нашу праведность, а потому что, как сказал Августин, «Богу доставляет удовольствие короновать Своими собственными дарами».

Спраул, Р.Ч. Тайна святого Духа, The Mistery of the Holy Spirit . — СПб.: Мирт, 1997. 170 стр.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*