Внешняя политика России и безопасность: ситуация в современном мире.

политикаЦентр стратегических разработок. Тезисы по внешней политике и позиционирование России в мире (2017-2024 гг.)

ТЕЗИС 1.  Современный мир переживает коренные трансформации.

Они являются частью длительного транзита, начавшегося по завершении Холодной войны. Однако в последние годы у них появляется новое качество. Из переходного состояния последних двадцати пяти лет система международных отношений сползает к серьезным конфликтам между ключевыми участниками. Появляются новые разграничительные линии. Конфликт России и коллективного Запада — одна из наиболее ярких составляющих этого нового состояния.

Одновременно мир характеризуется беспрецедентным уровнем глобализации, мобильности людей и капиталов, возможностей для сотрудничества в самом широком наборе областей. Фактор глобализации пока смягчает политические противоречия. Но в самом процессе глобализации наметились серьезные дисбалансы. Их наложение на политические противоречия и социальное расслоение может породить серьезную разбалансировку системы международных отношений, увеличить риски открытых конфликтов между сложившимися центрами силами.

Трансформации международной среды происходят на нескольких уровнях. Меняются баланс сил, международные институты, технологии и ресурсная база экономического развития, культурно-цивилизационный ландшафт.

Современный мир стоит на развилке. Либо усилятся тенденции к росту конфликтности и достижения глобализации будут подорваны. Либо тенденция к глобализации окажется сильнее, сделав цену конфликтов неприемлемой.

В интересах России содействовать реализации второго сценария. Россия крупный и ответственный центр силы мировой политики. В основе ее позиционирования в мире должно быть содействие урегулированию конфликтов и созданию комфортной, демократичной, управляемой и безопасной международной среды без ограничительных линий и расколов.

ТЕЗИС 2. Ключевое свойство изменения баланса сил — формирование полицентричного мира.

Идет медленное сокращение военно-политической и экономической роли США, хотя на ближайшую перспективу Америка останется сверхдержавой, одним из ведущих государств с высоким запасом прочности и ролью лидера западного мира.

Увеличивается военный и экономический потенциал КНР. Качественно меняется китайская экономика. Китай становится одним из мировых центров инноваций. Существенно возрастает роль КНР в азиатско-тихоокеанском регионе (АТР). Одновременно возрастает потенциал ключевых союзников США в АТР — Южной Кореи и, особенно, Японии.

Активную роль в мировой экономике играет Европейский союз. Его политический вес в будущем может вырасти, несмотря на сложности евроинтеграции. ЕС будет оставаться в числе центров мировых инноваций.

Значительным потенциалом на долгосрочную перспективу обладает Индия. Экономический рост и качественные внутренние трансформации в области развития неизбежно повысят военно-политическую роль Индии.

Россия сохраняет за собой серьезный военно-политический потенциал. Хотя ее экономика несопоставима ни с одним из перечисленных центров силы, она способна играть балансирующую роль (game changer) во всех ключевых регионах — Европе, Арктике, АТР, в Центральной Азии и на Ближнем Востоке.

Динамика баланса сил порождает конфликтный потенциал между нисходящими и восходящими центрами силы. Противоречия между КНР и США могут стать системообразующими для международных отношений в ближайшие несколько десятилетий.

Тем не менее, конфликт КНР и США сам по себе не является предзаданным сценарием. Политические противоречия сосуществуют с высоким уровнем экономического сотрудничества между странами. Вашингтон и Пекин могут выработать взаимовыгодную формулу взаимодействия.

Ставка на неизбежную хаотизацию международных отношений не должна быть исходной предпосылкой позиционирования России в мире и не должна определять ее внешнюю политику.

Одну из ключевых характеристик современного миропорядка составляет постепенный отход большинства государств мира от формирования классических военно-политических союзов, связанных взаимными обязательствами. Несмотря на сохранение и возможное укрепление существующих блоков (в первую очередь — НАТО), в кратко и среднесрочной перспективе распространенной формой взаимодействия государств станут ситуативные коалиции и союзы. Подобные объединения будут направлены на преодоление специфических вызовов интересам участников и решения конкретного и ограниченного круга проблем. Участие двух и более стран в подобных коалициях вместе с тем не исключает наличие у них как расходящихся интересов, так и конфронтации по другим международным проблемам. Россия может выступать инициатором создания подобных коалиций и их активным участником, ведя гибкую и прагматичную внешнюю политику.

ТЕЗИС 3.  Серьезные изменения переживают институты глобального и регионального управления.

ООН удалось сохранить роль основного легитимного многостороннего глобального института. Влияние ООН ограничивается противоречиями постоянных членов Совета безопасности, прецедентами односторонних военных акций в обход международного права, попытками размывания роли ООН и списания организации в архив Холодной войны. Однако ни один институт не может в обозримом будущем стать альтернативой ООН. В интересах России — активная политика по укреплению роли ООН в решении международных проблем.

В глобальном управлении заметна роль неформальных объединений. Участие России в становлении Группы двадцати и БРИКС — значимый внешнеполитический ресурс для страны. Тем не менее, влияние этих институтов на решение глобальных проблем пока остается ограниченным.

Возрастает роль региональных интеграционных институтов и проектов. ЕС, несмотря на внутренние проблемы, является наиболее успешным примером глубокой экономической и политической интеграции. США вплоть до недавнего времени предпринимали попытки создать новые объединения. Хотя эта политика сегодня подверглась коренному пересмотру, в долгосрочном плане серьезные усилия по созданию «американо-центричных» режимов и организаций вероятно возобновятся. Образование новых структур и проектов инициирует КНР (ВРЭП, Один пояс — один путь). Россия — значимый участник Евразийской экономической интеграции, поддерживает развитие ШОС.

Проекты экономической интеграции имеют тенденцию к политизации — на них накладываются политические противоречия крупных стран. Это затрудняет сотрудничество между институтами региональной интеграции, снижает их инклюзивность и открытость.

Евроатлантический регион остается в числе наиболее передовых с точки зрения развития региональных политических институтов. Однако эти институты не смогли решить проблему разделительных линий в Европе. Негативными тенденциями стали развитие и расширение НАТО, снижение роли ОБСЕ, маргинализация России в вопросах евроатлантической безопасности, формирование в Европе асимметричной многополярности.

В целом, институциональная система глобального и регионального политического управления отстает от достижений экономической глобализации. Это может привести к ее «откату» назад, а также создает условия для политических конфликтов между ведущими центрами силы.

ТЕЗИС 4.  Трансформация международной среды сопровождается революцией в ряде технологических отраслей.

Развитие Интернета и мобильных устройств привело к появлению качественно нового глобального информационного пространства. Это дает широкие возможности в управлении сложными системами, но одновременно порождает и новые риски. Цифровая среда превращается в арену политической конкуренции, при том что какие-либо значимые международные правила ее регулирования отсутствуют. Технологическое развитие оборачивается большей уязвимостью и хрупкостью современного мира.

Намечающаяся революция в энергетике (возобновляемые источники, внедрение электрических автомобильных двигателей, добыча сланцевой нефти и газа и т. п.) является вызовом для стран, зависимых от экспорта энергоносителей. Россия — в их числе.

В научно-техническом прогрессе заметна роль новых технологий здравоохранения, экологически чистых материалов и продуктов. Развитие технологий качества жизни — магистральная тенденция на ближайшие десятилетия. В отличие от распространения информационно-коммуникационных технологий в этой сфере можно ожидать наибольшей дистанции между развивающимися и развитыми странами.

Происходит технологическая революция в военном деле. Появление новых систем вооружений, милитаризация космоса и цифровой среды, высокоточное оружие и вооружения на новых физических принципах создают и новые условия для стратегической стабильности. Требуются обновленные режимы контроля вооружений, адекватные техническим реалиям.

В ближайшие несколько десятилетий произойдет глобальное изменение потребительского спроса, связанное с ростом качества жизни в Азии. Это открывает широкие возможности для роста мировой экономики, в котором Россия может и должна найти свою структурную нишу.

Ресурсная база экономического роста и пределы антропогенного вмешательства в развитие окружающей среды остаются глобальным стратегическим вызовом. Природные богатства и экологический потенциал России выводят ее в число наиболее значимых игроков в решении проблемы.

В последние два десятилетия Россия частично сумела воспользоваться результатами глобальных научно-технических изменений в свою пользу. Однако роль страны в производстве инноваций сокращается, что является серьезным вызовом для ее будущего. Позиционирование России в мире должно жестко увязываться с задачей сохранения и развития научно-технического потенциала.

ТЕЗИС 5.  Меняется культурно-цивилизационная динамика современного мира.

Масштабные миграции увеличили этническое разнообразие обществ, способствуя беспрецедентному взаимопроникновению культур.

Вместе с тем, обостряются межрелигиозные противоречия. Международные террористические организации активно продвигают радикальные религиозные доктрины, вовлекая в свою орбиту массы молодых людей в мусульманском мире. Не имея ничего общего с исламом как мировой религией, радикальный исламизм превращается в наиболее опасную и при этом массовую идеологию, выходя далеко за пределы Большого Ближнего Востока. Радикальный исламизм проникает в страны Центральной Азии и на российский Северный Кавказ, превращаясь в ключевой и долгосрочный вызов безопасности для России.

Успеху радикальных исламистов способствует кризис модели светского государства в ряде стран. Этот кризис дает радикалам благоприятную почву для продвижения своих идей, своего представления о справедливом общественном устройстве. Одновременно уязвимость показала модель мультикультурализма в Европе. Страны ЕС превратились в ключевую мишень для террористов, а исламское население европейских стран и постсоветского пространства — в значимый источник пополнения рядов радикалов.

Радикальный исламизм — общая угроза. Однако должная координация усилий основных центров силы в борьбе с террористами отсутствует. Восприятие исламизма как конъюнктурной проблемы, решаемой военным путем и демократизацией обществ, — стратегический просчет зарубежных партнеров России. Проблема не сводится только к терроризму. Это мировоззренческий вызов общечеловеским ценностям, идеям гуманизма и просвещения. Способность ответить на него будет испытанием ценностной модели глобализации.

Россия может позиционировать себя как посредник межкультурного и межцивилизационного диалога, выступая вместе с тем активным участником глобальной борьбы с терроризмом и радикализмом.

Внешняя политика и безопасность.

Текст подготовил И. Н. Тимофеев, под редакцией А. В. Кортунова, С. В. Уткина. «Тезисы по внешней политике и позиционирование России в мире (2017-2024 гг.)». Москва, Июнь 2017.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*