Взгляните на Свет и познаете Славу.

свет2ОТКРОВЕНИЕ СЛАВЫ БОЖЬЕЙ ВО ХРИСТЕ ИИСУСЕ.

Джон Пайпер.

«для неверующих, у которых бог века сего ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа, Который есть образ Бога невидимого. Ибо мы не себя проповедуем, но Христа Иисуса, Господа; а мы — рабы ваши для Иисуса, потому что Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить [нас] познанием славы Божией в лице Иисуса Христа». (2Кор.4:4-6)

Видение «света благовествования о славе Христа» никого не оставляет равнодушным. Увидев этот свет, человек не может его возненавидеть или отвергнуть. Если кто-то говорит, что видит этот свет, но при этом отвергает его, значит, он видит свет именно так, как видит его сатана, так, как сатана хочет, чтобы его видели все мы. В таком случае мы бы до сих пор находились в его ослепляющей власти. То видение, которому препятствует сатана, не оставляет человека равнодушным, оно не похоже на обозрение еды, которая не вызывает у вас аппетита. Видение, которому мешает сатана (ст. 4) и которое творит Бог (ст. 6), означает скорее духовное познание, чем рациональное умозаключение.

Это видение не сравнить с умозаключением о том, что коричневая жидкость в баночке с восковыми сотами – это, скорее всего, мед. Скорее это непосредственное познание – о том, что мы видим мед, – приходит после того, как мы кладем эту жидкость на язык. Тогда нам уже не нужны сотни доводов, чтобы доказать его сладость. То же самое можно сказать и о способности видеть свет. Если вы слепы, кто-то может убедить вас в том, что солнце светит ярко. Но Павел говорит не о такой убежденности. Когда ваши глаза открыты (то есть когда Бог говорит: «Да будет свет»), приходит убежденность другого рода. Проповедование Евангелия порождает именно такую убежденность. Она возникает именно тогда, когда Бог с властью Творца рассеивает темноту, царящую в человеческих сердцах.

Существуют два способа понимания или познания добра, которыми Бог наделил человеческий разум. Первый – созерцательный и умозрительный… Второй – тот, что определяется сердечными чувствами: когда мы находим что-либо прекрасным, привлекательным или милым… Таким образом, есть различие между тем, чтобы считать Бога святым и милостивым, и тем, чтобы чувствовать красоту этой святости и милости. Есть различие между тем, чтобы иметь рациональное суждение о сладости меда, и тем, чтобы ощущать его сладость… Когда сердце чувствует, что какая-то вещь прекрасна и привлекательна, оно обязательно испытывает удовольствие от осознания этого… что очень сильно отличается от рационального мнения о том, что эта вещь превосходна.

Не следует думать, что здесь уделяется слишком много внимания духовному видению. К этим мыслям можно прийти в процессе долгих и серьезных размышлений над словом «свет» в 2 Кор. 4:4, 6. Это «свет благовествования» и «свет познания». Увидеть нужно не просто весть и не просто познание. Увидеть нужно свет. И этот свет уникален потому, что свет «благовествования о славе» и свет «познания славы» – одно целое. Свет славы Христа и свет славы Божьей – это один и тот же свет и одна и та же слава. Но суть здесь в следующем: слава Божья во Христе, открывшаяся через благовествование, – это реальный, объективный свет, который человек должен увидеть духовно, чтобы получить спасение. Если же человек его не увидел – т.е. духовно не вкусил его славы и ценности, – то его жизнью по-прежнему управляет сатана, а о спасении нет и речи. В Новом Завете погибающие отличаются от спасенных тем, что первые не «видели» Бога. Например, «всякий согрешающий не видел Его и не познал Его» (1 Ин. 3:6), «Кто делает добро, тот от Бога; а делающий зло не видел Бога» (3 Ин. 11).

Обратите внимание, что здесь Павел говорит о Христе, явившем Свою славу через благовествование. Сначала Христос, потом – откровение Его славы, потом – откровение этой славы через благовествование. Давайте рассмотрим каждый из этих шагов по очереди.

Сначала Христос. Слава, о которой говорится в 2 Кор. 4:4, – это не какая-то неопределенная, безликая слава. Это слава личности. Павел говорит о «свете благовествования о славе Христа». Самым ценным в этом отрывке является не слава сама по себе, а Христос в Своей славе. Это славный Христос. Именно Он – окончательный дар и сокровище Евангелия. Все остальные слова и дела – это лишь способы осуществления видения Иисуса Христа (такого видения, которое одновременно является видением и наслаждением).

Во-вторых, есть откровение славы – когда Христос открывает Свою славу через благовествование. Мы знаем, что Его слава в первое пришествие представляла собой несравненное и безукоризненное сочетание духовных, нравственных, интеллектуальных, ораторских и практических особенностей, которые проявлялись в смиренном чудотворении, неоспоримом учении и скромных поступках, отличающих Иисуса от всех остальных людей. Все поступки, слова и мысли Иисуса были славные, но именно их прекрасная совокупность (я назвал ее «безукоризненным сочетанием») составила Его славу.

Однако кульминацией славы Его жизни на Земле было то, как она закончилась. Как будто все самые темные цвета, имеющиеся в спектре славы, слились воедино в самом прекрасном закате в страстную пятницу, а распятый Христос стал кроваво-красным солнцем на алом небе. А в пасхальное утро как будто все самые яркие цвета, имеющиеся в спектре славы, слились воедино в самом прекрасном восходе, а воскресший Христос светил в полную силу, словно золотое солнце. И слава заката, и слава восхода воссияли на горизонте жизни, преисполненной несравненной любовью. Именно это имел в виду Павел в 2 Кор. 4:4, когда говорил о «славе Христа». Это слава личности. Но эта Личность показывает Свою славу посредством слов, дел и чувств. Эта слава отличается от славы картины или даже заката – последние всего лишь аналогии. Они безжизненны.

Духовная красота Христа – это красота Христа в действии: Христос, который любит, Христос, который прикасается к прокаженным, благословляет детей, исцеляет хромых, воскрешает мертвых и повелевает бесам. Но тот же самый Христос учит с непревзойденной властью, заставляет умолкнуть скептиков, упрекает Своих учеников и предсказывает Свою смерть. Он, решительно направляясь в Иерусалим, плачет над судьбой города, молчит перед обвинителями и мягко показывает Свою власть над Пилатом («Ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше», Ин. 19:11). Христос распятый, молящийся за Своих врагов, прощающий разбойника, заботящийся в предсмертной агонии о Своей матери, отдающий дух и воскресший из мертвых – «Никто не отнимает ее [Мою жизнь] у Меня, но Я Сам отдаю ее: имею власть отдать ее и власть имею опять принять ее» (Ин. 10:18). Такова слава Христа.

В-третьих, благовествование гласит о том, что Христос открывает Свою славу через Евангелие. Евангелие – это благая весть, повествующая о том, что произошло с Христом. Первое поколение учеников видело все эти события своими глазами. Но для нас, живущих после них, слава Христа передается через их свидетельство. Вот как, по их словам, это должно происходить: «О том, что было от начала, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши, о Слове жизни… О том, что мы видели и слышали, возвещаем вам» (1 Ин. 1:1, 3).

Славная личность, некогда ходившая по земле, сейчас невидима. Все Его убедительные поступки сейчас в невидимом прошлом. У нас нет ни видео, ни аудиозаписей о пребывании Иисуса Христа на Земле. Единственное, что связывает нас с Ним, с Его смертью и воскресением, – это Слово Божье и его ключевая часть – Радостная весть. «О, несмысленные галаты! Кто прельстил вас не покоряться истине, вас, у которых перед глазами предначертан был Иисус Христос, как бы у вас распятый?» (Гал. 3:1). Бог предопределил, чтобы информация об истинных событиях, связанных с физической жизнью Христа, сохранялась в течение столетий с помощью Писания и его самой яркой составляющей – Благой вести о Распятом и Воскресшем.

Вот как Павел изложил центральную идею Евангелия: «Христос умер за грехи наши, по Писанию… погребен был… воскрес в третий день, по Писанию» (1 Кор. 15:3, 4). Это самые важные действия, отраженные в Евангелии. Все остальные события тоже очень важны, но эти – абсолютно необходимы!

Слава Христа ярче всего светит, когда речь идет о смерти и воскресении. В том, как Иисус пошел на смерть и чего Он ею добился, проявляется Божественная слава. Поэтому Павел говорит: «А мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость» (1 Кор. 1:23, 24). «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, – сила Божия» (1 Кор. 1:18). Те, у кого есть глаза, чтобы видеть, пусть видят, что в смерти Иисуса заключена Божественная слава.

То же самое можно сказать и про Его воскресение. Павел писал: когда человеческое тело умирает, оно «сеется в уничижении», а когда воскресает – «восстает в славе» (1 Кор. 15:43). Именно слава Божья

воскресила Иисуса, и именно во славу Божью Он был воскрешен: Он «воскрес из мертвых славою Отца» (Рим. 6:4), а потом Отец «дал Ему славу» (1 Петр. 1:21). Сам Иисус сказал после воскрешения: «Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою?» (Лк. 24:26). Поэтому, когда Евангелие проповедано во всей полноте, то, по могущественной благодати Божьей, ослепляющая сила сатаны превозмогается, и Бог говорит человеческой душе: «Да будет свет!», душа начинает видеть и наслаждаться лишь «светом благовествования о славе Христа». Такова цель проповедования Евангелия!

Джон Пайпер.

Бог и есть благая весть.

Copyright © 2007 Отв. за выпуск: С. Молитвенник. Перевод: Е. Марчук Редактор: Л. Прудникович, Корректор: Л. Савицкая, Дизайн и верстка: А. Шхагапсоев.

Добавить комментарий