Российский интернет вещей — надо успеть, начинается решающий старт.

интернетО становлении российского интернета вещей.

Анатолий Сморгонский, экс-глава компании Yota, основатель компании StarNet.

Количество подключенных к интернету устройств (по прогнозу Gartner — 8,4 млрд к концу 2017 года) скоро превысит население Земли. Но интернет вещей (Internet of Things, IoT) как отрасль — пока в самом начале своего развития. Много ли вы знаете российских компаний, заработавших миллиарды в этом бизнесе? А зарубежных корпораций, вставших благодаря IoT в один ряд с Google, Microsoft или Amazon?

Начальный период важен, от него зависит дальнейшая судьба отрасли. Сейчас она уязвима — государство может либо помочь ее развитию, либо затормозить его, преждевременно навесив на интернет вещей груз регулирования. Ведь соблюдение дополнительных требований и норм обычно требует дополнительных расходов.

У интернета вещей огромный потенциал, он способен преобразить целые отрасли, придать дополнительную потребительскую ценность продуктам и услугам, увеличить эффективность производства. Но для того чтобы бизнес-модель начала работать, нужен масштаб, а значит, большие инвестиции. Возможность привлекать эти инвестиции зависит от срока окупаемости проекта, а тот, в свою очередь, от размера затрат. Чем больше дополнительных расходов несет стартап, тем выше шанс, что «кейс не сойдется». Ответственный государственный подход к регулированию интернета вещей должен учитывать это. Поспешив с регулированием только возникшей отрасли, мы рискуем попасть в анекдот, герои которого сажают картошку, а на следующий день уже пытаются снять урожай, объясняя: «Очень кушать хочется».

О регулировании интернета вещей говорят давно. Чаще всего речь идет о введении стандартов безопасности для IoT-устройств. Особенно часто эта тема на Западе поднимается после крупнейшей DDoS-атаки 21 октября 2016 года. Тогда многие крупные интернет-ресурсы оказались недоступны из-за атаки ботнета Mirai, использующего уязвимости в IoT-устройствах — в частности, умных веб-камерах.  Устройства интернета вещей зачастую способны собирать чувствительную информацию о жизни владельцев, а для индустриальных IoT-устройств перехват управления чреват технологическими катастрофами. Но вводить новые требования и нормы, очевидно, стоит поэтапно, по мере перехода отрасли в стадию зрелости.

Государство, как правило, не может следить за изменениями в быстро развивающейся отрасли так же эффективно, как ее участники. Поэтому по инициативе Еврокомиссии в 2015 году был создан европейский Альянс по инновациям интернета вещей (AIOTI), куда входят крупнейшие европейские игроки отрасли. Одна из его задач — разработка рекомендаций. Схожий подход у главы американской Федеральной торговой комиссии Морин Охлхаусен: на днях она сообщила, что комиссия будет полагаться на саморегулирование отрасли. Даже если новая технология потенциально может принести кому-то ущерб, регулятор не будет действовать, пока ущерб не будет нанесен, сообщила она.

В России пока больше озабочены обеспечением суверенитета страны в новой отрасли. Созданная полгода назад на базе окологосударственного Фонда развития интернет-инициатив (ФРИИ) Ассоциация интернета вещей предложила собственный, отечественный стандарт связи NB-FI (narrow band fidelity). При правильном применении стандартизация полезная вещь. Создание собственных стандартов сотовой связи дало толчок для развития китайских производителей оборудования. В России также делались попытки создать собственные стандарты мобильной связи, но они не увенчались успехом, поскольку не были поддержаны ни государством, ни бизнесом. Но скоропостижно принятый стандарт может привести к проблемам. Да, унификация инфраструктуры позволит свободно масштабировать решения, сокращая затраты и избегая несовместимости оборудования. Открытые стандарты увеличат конкуренцию между производителями IoT-решений и создадут почву для появления конкурентных конкурсов по государственным и коммерческим закупкам.

Однако, обособившись, мы рискуем отрезать себя от зарубежных поставок оборудования. Возможно, создатели стандарта как раз рассчитывают на это, надеясь таким образом создать преференции российским производителям. Но обособление может привести к технологическому отставанию — под защитой национального стандарта производителям уже не надо будет конкурировать с зарубежными вендорами. С другой стороны, национальный стандарт создаст также барьеры на пути возможного экспорта российского оборудования.

У государства есть возможность помочь развитию интернета вещей. Один из возможных примеров: стимулирование предприятий ЖКХ к переходу на дистанционный сбор данных со счетчиков. Это не только увеличит собираемость платы за услуги, но и создаст качественно новый подход к эксплуатации электрических, водоснабжающих и газовых сетей.

Автор — экс-глава компании Yota, основатель компании StarNet (занимается «интернетом вещей»)

«Известия», 28 июля 2017.


Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*