Президент нам отказывает в надежде на лучшее

Юрий БОЛДЫРЕВ

Откликов на недавно прошедшую пресс-конференции президента России было много. Президент говорил об успехах: экономическом росте, золотовалютных запасах, росте фондового рынка и доходов населения. Но что в первооснове? Рост спроса в мире на сырьё, отсюда и «рост фондового рынка» – прирост стоимости предприятий, на балансе которых находятся наши природные ресурсы. И ускоренная распродажа того, что нам досталось от предков. Если бы у нас принимался не урезанный бюджет (доходы и расходы), а баланс собственности государства (как баланс любой компании), включая баланс запасов недр, было бы очевидно, что мы в убытке. Но о подобном никто не спрашивал…

Благостную картину подпортил лишь журналист, задавший вопрос о противоречии между призывами инвестировать в Россию и перекачиванием за рубеж наших резервов. И тут президент изложил своё понимание «азов экономики».

Увы, если раньше возникал вопрос, как при правильной риторике президента, тем не менее, у руля экономики остаются Греф, Кудрин, Чубайс и вся эта компания, то теперь президент сам изложил как по учебнику известную, не столько экономическую, сколько идеологическую концепцию. Её суть: нельзя вкладывать «лишние» деньги в нашу экономику, повышать платёжеспособный спрос населения, так как это ведёт к инфляции и неконкурентоспособности наших товаров.

Что тут скажешь – беда. Похоже, в окружении главы государства нет никого, кто рискнул бы напомнить, что отнюдь не эта концепция привела развитый мир к успеху.

Да, если у вас будет больше денег, вы захотите покупать качественные товары, увеличится приток товаров из-за рубежа – ослабление наших производителей. Но логика ответственного управления страной иная – в этот момент нужно ограничить приток товаров из-за рубежа и создать у себя условия для их производства. Со времён Кейнса это известно даже студентам (тоже азы), но противоречит требованиям ВТО, Мирового банка, МВФ, «восьмёрки» и прочего «дяди Сэма», которому по менее важным вопросам мы так смело перечим.

Аналогично: если вы бедны, вас можно заставить пахать за копейки, если же встанете на ноги, за копейки уже не побежите – вырастет стоимость вашей рабочей силы. Но неужели ради ограничения этой составляющей инфляции можно отказываться от развития?

У инфляции ведь есть и другие составляющие, включая произвол монополий. Но с этим никто не борется. Нам лишь объясняют, что рост цен на топливо проистекает из законов свободного рынка: мол, использование дешёвого сырья и энергии – нечестная конкуренция. Это – лукавство. С неба на нас ничего не свалилось. Наши предки завоевали и удержали такую территорию, что на ней не может не быть всего. Это – наше завоёванное потом и кровью конкурентное преимущество, но от которого по требованию Запада мы фактически отказываемся.

И получается, что бедность, антисоциальность политики и дешевизна рабочей силы – наше единственное преимущество. Проясняется не декларативный, а реальный курс: слабость и бедность – навсегда.

Ну а если действительно приток денег нам вреден, ведёт нас лишь к инфляции, то почему это так? Ответ известен: способность денег порождать лишь инфляцию – признак недееспособности власти, её неспособности создать условия для долгосрочных инвестиций в развитие, в производство товаров и услуг, в насыщение рынка товарами, которое вело бы к снижению цен.

Видит это власть, признаёт? Нет. В качестве аргумента, обосновывающего борьбу с инфляцией прежними методами, президент говорил о высоких ставках процентов по кредитам, препятствующих развитию. Но ведь абрамовичи, смоленские и им подобные и свои деньги, по которым платить проценты не надо, в нашу экономику вкладывать не торопятся…

Какую цель вообще преследует власть?

Если цель – развитие, то производная от неё задача – создание условий для инвестирования в развитие. Это вопрос: а) антимонопольного регулирования и пресечения бюрократического и криминального засилия в экономике; б) создания прогнозируемых условий, для чего необходима долгосрочная защита внутреннего рынка – давно известно, что зарубежные инвестиции в развитие приходят лишь туда, куда не могут прийти готовые товары.

Если же цель – вхождение страны в мировую экономику на условиях, диктуемых нам извне, то задача – «стерилизовать денежную массу», не дать деньгам работать в нашей экономике. И тогда нам всем – привет…

И вот новая инициатива: досрочная выплата 11,9 млрд. долл. долга Парижскому клубу, так как «страны-кредиторы испытывают недостаток свободных средств», и плюс щедрый подарок в 587 млн. долл. на покрытие структурного разрыва в балансе Ассоциации международного развития.

Какой альтруизм! Но не надо иллюзий: помогаем мы не бедным странам (тогда передавали бы деньги им прямо), а напротив – богатейшим, чтобы они могли помочь странам бедным, понятно, за наш счёт.

Остаётся задаться вопросом: почему же богатейшим странам не хватает денег? Ответ известен. Развитым европейским странам не хватает средств потому, что у них осуществляются мощные программы поддержки своей экономики: от сельского хозяйства до биотехнологий и аэрокосмической отрасли (например, по соглашению между США и европейскими странами треть инвестиций в создание новых аэробусов идёт из госбюджетов); потому, что их расходы на здравоохранение в долях от госбюджетов (и соответственно уровень медобслуживания граждан и уровень жизни врачей и медперсонала) в несколько раз выше, чем у нас, даже после всех «национальных проектов»; потому, что в Германии, Англии, Франции, Канаде и Италии бесплатное образование действительно является бесплатным, а преподаватели вузов и школ не относятся к числу «нищих бюджетников»; потому, наконец, что проблемы «бесквартирных офицеров» ни в одной из этих стран нет, а финансирование армии позволяет и оснащать её новейшими вооружениями, и поддерживать высочайший уровень жизни и статус офицера…

Просто грех нашему народу, такому отзывчивому на приветы, не помочь этим бедолагам.

Литературная газета

Добавить комментарий