Великая христианская депрессия

Матвей Береза

Размышления о том, что сегодня происходит в христианском мире на постсоветском пространстве (с сокращениями)

Модная болезнь

Этой болезнью болеют все без исключения. У некоторых она проходит быстро, некоторым приходится подолгу лечиться и даже обращаться за помощью к специалистам. Сегодня она популярна, в какой-то степени даже модна и заразна. Она проникает во все слои общества и никого не оставляет без внимания. К сожалению, она добралась и до церкви, начав прогрессировать среди христиан.

Все больше и больше размышляя над тем, что сегодня происходит в христианском мире на постсоветском пространстве, я никак не мог отделаться от чувства, что подобное уже где-то было. После падения Железного занавеса, распада страны Советов и обретения независимости бывшими советскими республиками последовали годы стремительного духовного роста. Тогда казалось, что он будет бесконечным. Отражением духовного роста стали масштабные евангелизации, повсеместно проводимые благотворительные акции, тысячи открытых церквей, которые росли, как на дрожжах, сотни тысяч людей, услышавших о Боге и получивших спасение. Это было время всеобщего пробуждения. Подобная духовная ситуация — мечта многих верующих. Прошло уже более десяти лет после обретения долгожданной свободы. Появилось много церквей, миссий, христианских организаций. Много людей пришло к Богу, еще больше услышали о Нем

Все шло по нарастающей, но вдруг на каком-то витке мы зависли и замерли. Где то стремительное движение вперед? Где тот безудержный энтузиазм и рвение?

Сытость. Постепенно пришла сытость. Стало тяжелее продвигаться вперед. Мы теперь все грамотные. Все знаем. Все слышали. Всю Библию наизусть выучили. Наелись всего досыта. Трудно нам чем-то угодить, новенькое что-то подкинуть. Тучные овцы заняли церковные скамьи.

За сытостью пожаловала леность. Леность одолела и пастухов, и овец. И в такой расслабленной позе сев передохнуть, мы задремали… А приходя изредка в сознание от этого летаргического послеобеденного дрема, мы впадаем в депрессию от того, где мы очутились. Депреснув немного или много, мы опять возвращаемся в то же самое состояние. (Согласно толковым словарям, депрессия (лат.) – это угнетенное, подавленное психическое состояние; упадок духа, уныние.)

Уныние, разочарование, пассивность, безысходность, обреченность, одиночество, скука, отчужденность, невостребованность, отверженность – компания, сопровождающая нас сегодня. Я не врач, чтобы ставить диагнозы. Но даже невооруженным глазом видно, что мы все больше заражаемся модной болезнью – великой христианской депрессией.

Отсутствие жизни в церквах живого Бога из редких случаев переросло в явление, в тенденцию. Проблемы накапливались, росли, как снежный ком. Сегодня, пожалуй, будет трудно найти причины, следствия, предпосылки и тех, кто же все-таки виноват.

Те, кто не смог смириться с таким положением дел, стали задумываться: что происходит. Стали что-то предпринимать. Хоть что-нибудь, лишь бы не оказаться затянутыми в трясину безысходности. Устав от ожидания, что что-то изменится, некоторые из них решили предпринять не очень-то ординарный шаг для церкви – оставить свое собрание и найти другое, в котором еще есть жизнь, простота и главное – Бог и Его Слово.

Бедные овцы

Утреннее солнце заливало долину ярким светом. Цветы радостно открывали свои лепестки навстречу солнечным лучам. Блестели крыльями беззаботные стрекозы, а труженицы-пчелы деловито копошились в пестиках и тычинках. Сочная зелень травы разбавлялась пестрым разноцветьем. Завершали пейзаж обрамлявшие долину горы.

Идилию нарушило блеянье приближающихся овец. Со всех сторон в долину начали стекаться овечьи реки. Пастухи радостно приветствовали друг друга и располагались поудобнее, видимо, собираясь не только передохнуть, но и остаться здесь на ночь. Овцы, поначалу державшиеся своих пастухов и робко поглядывавшие на себе подобных, постепенно смелели и завязывали знакомства…

День подходил к концу. То там, то здесь зажигались костры. Умолкали дневные звуки. Наступал вечер, располагающий к задушевным беседам. Наконец долину и ее постояльцев укутал своим волшебным одеялом сон. Казалось, все крепко спят, стараясь не пропустить красивые сны. Но внимательно всмотревшись в темноту ночи, можно было убедиться в обратном: что-то постоянно двигалось. Не было ни одного места без движения.

Это передвигались овцы, белые и черные, молодые и старые. Целый день они слушали невероятные рассказы своих товарок о чудесах и знамениях, об избавлениях и откровениях… Воспользовавшись покровом ночи, в надежде что-то изменить в своей постылой овечьей жизни, они решили уйти в другую, лучшую отару, к другому, лучшему пастуху… Бедные, несчастные, наивные, глупые овцы! Они, наверно, не догадывались, что все отары похожи друг на друга и везде свои сложности и проблемы; что все пастухи – прежде всего люди, имеющие, как и овцы, право на ошибку, и разница между пастухами лишь в том – любят ли они свою работу.

Сегодня повсеместно в наших церквах наблюдается миграция христианского населения. Хорошо это или плохо? Подводить итоги, пожалуй, рановато. Но в одном можно согласиться: вряд ли от хорошей жизни овцы будут менять свои пастбища.

Очарованные пасторами (забыв, что они, в первую очередь, все-таки, люди), возложив свои надежды и упования не на Бога, а на себе подобных, рано или поздно мы оказываемся разочарованными, один на один со своими несбывшимися, неосуществившимися мечтами и чаяниями. Вслед за разочарованием приходит уныние со всей своей депрессионной компанией. И жизнь исчезает. Мы еще пытаемся за что-то ухватиться, чем-то занять себя…

Мы так заняты поиском жизни вокруг себя, что порой забываем о жизни, которая должна быть внутри нас самих… Так что миграция в поисках лучшей церкви, лучшего пастора, зачастую, не выход из положения для нас, особенно для тех, кто позволил депрессии выдавить из себя жизнь.

Великая христианская депрессия – общее явление. Но мы не получили бы общего без наличия частного. И если существует общая депрессионная тенденция, значит, она существует в частных ситуациях — в отдельных личностях. Многие христиане разочаровываются в своих пасторах, в себе, в людях вообще. Некоторые — даже в Боге. Не видя своей востребованности и без конца блуждая по церквам, когда-то горячие служители становятся холодными. Это происходит не за один миг. Это происходит постепенно: горячо – тепло – холодно, т.е. происходит целый процесс остывания.

Чайная Чашка

Чайная Чашка всегда гордилась тем, что приносила радость и наслаждение. Вот и сейчас она важно стояла на столе. В ней уже были ароматный чай, как всегда поражающий своей белизной сахар и радостная долька лимона.

Засвистел чайник, докладывая всему миру о выполненной работе. Струйка крутого кипятка полилась в Чашку, и началось чудо, о котором с таким упоением Чайная Чашка любила рассказывать своей соседке Кофейной Чашке.

Чаинки начали набухать, раскручиваться и заполнять своим ароматом комнату. Крупинки сахара буквально на глазах становились тоньше, а потом и вовсе исчезали, делая все вокруг сладким, как бы в память о себе. А лимонная долька весело прыгала вверх-вниз и нарушала гармонию данного действа. Чайная Чашка и в самом деле гордилась собой. Всем своим видом она говорила: «Вот! Я уже выполнила работу. Пейте!» Но сегодня почему-то никто не торопился подходить к ней. Так прошло 10 минут, 20, 30, час…

Чай постепенно остыл. Он уже не издавал тот волшебный аромат, что поначалу. И лимонная долька уже не прыгала, а лениво плавала на поверхности, грустно вздыхая.

Неизменной осталась лишь Чайная Чашка. Она все так же важно стояла на столе в ожидании, что кто-то сейчас подойдет к ней, отхлебнет, «крякнет» от удовольствия…

Конечно же, она знала, что остывший чай не приносит радости и его просто выливают, но все-таки надеялась, что кто-нибудь подойдет к ней…

С пасторских кафедр нередко несутся призывы быть горячими, а не теплыми. И отношение к «тепленьким» у нас не очень позитивное. Но как часто без осуждения и с искренним желанием помочь мы подходим к тем, кто некогда был горячим? Как часто пытаемся разглядеть действительную причину процесса их остывания?

Внутренняя неудовлетворенность, невысказанность, недопонимание и еще много таких не… являются причиной этого явления.

Любит ли церковь, пастор и прихожане, конкретно взятого человека, заинтересована ли она в нем, ценит ли она его? Или любовь и принятие заменены лицемерной маской «радушия», точнее «равнодушия»?

Постепенно мы стали задаваться вопросами: «А есть ли взаимность в моих отношениях с церковью? Относится ли церковь ко мне так же, как я к ней? Будет ли церковь ощущать дискомфорт из-за моего отсутствия в воскресенье? Будет ли она волноваться, что меня нет?» Ответы приносят мало радости.

Любовь, дружба, привязанность, как впрочем и любые взаимоотношения, требуют взаимности. Без взаимности чувства умирают, им нечем питаться. Место взаимности занимает равнодушие, за которым приходит и вся остальная братия. А где царит уныние, там угасает жизнь.

И церковь постепенно превращается в болото, которое засасывает и убаюкивает своим монотоньем, серостью, обыденностью…

Замерзаем? Даешь упражнения для разогрева!

Если оставить человека в сорокаградусный мороз где-то посреди безлюдной степи, занесенной снегом, исход ясен: долго не протянет. Полежит-полежит он без движения, окоченеет да и окочурится.

Чтобы этого не случилось, рецепт прост: начинайте шевелиться, т.е. что-то делать. Поначалу это очень трудно, не спорю. Но если у вас осталось где-то глубоко хоть малейшее желание жить – действуйте! Соберитесь и сосредоточьте последние силы на одном-единственном желании выжить!

Помните сказку про принцессу, которая сутки напролет лежала в своей кровати в комнате с задернутыми шторами? Она охала, ахала и угасала медленно, но бесповоротно. Окружающие придворные еще более усугубляли и нагнетали обстановку, кто специально, стремясь к власти, а кто неосознанно, постоянно жалея и вздыхая. Но нашелся человек, который решил рискнуть и что-то сделать. Что же он сделал для этой умирающей девочки? Отдернул шторы – и в комнату ворвался свет. Распахнул окна – и подул свежий ветер. Силой заставил принцесссу встать с кровати и начать делать зарядку. Принцесса выздоровела!

Оказывается, как мало нужно для выздоровления. Всего ничего: силой заставить себя встать, отдернуть шторы нашего уныния, впустить свет, распахнуть окна, вдохнуть на полную грудь и начать действовать!

Естественно, это все просто, но, как и все простое, требует определенных усилий. Мы так часто себя жалеем, так лелеем свою жалость к себе, что нам очень трудно с ней расставаться. Хотя послушав со стороны свои причитания, на добрую половину мы не в силах будем сдержать улыбку, а под конец и вовсе рассмеемся! Человеку свойственно сгущать краски и зацикливаться на самом себе.

Не жалейте самих себя! Разберитесь с собой! Не дайте себе засохнуть! («Уныние сушит кости».) Осознайте свою значимость в глазах Божьих. Осознайте значимость Бога в вашей жизни. Займитесь зарядкой для мозгов – начните мыслить позитивно!

Гоните прочь тоску и разочарование! Не поддавайтесь унынию! Не тратьте время на депрессию! Его так мало у нас осталось, а еще столько надо сделать!!! Столько успеть!!!

Предал дорогой человек? Подвели друзья? Разочаровались в пасторе? Но вы ответственны лишь за свои поступки, за свои ошибки и неудачи, за свое отношение. Сделайте правильные выводы и идите дальше. В вечности будете только вы и Бог, ваши отношения. Только это, в конечном итоге, и важно.

Любые изменения (даже мирового значения) начинаются с внутренних изменений отдельно взятого человека. Не думайте, что от вас ничего не зависит – еще как зависит! Не думайте, что вы никому не нужны – еще как нужны! Люди (и вы в том числе) скупы на слова любви и благодарности. Поэтому не ждите, что кто-то обратит внимание, не надейтесь, что кто-то поддержит. Уповайте на Бога. Он – единственный, кто не подведет. Идите к людям сами, поддерживайте, выслушивайте, плачьте вместе с ними. Они так нуждаются в вас! А Бог позаботится о вас, и в трудную минуту вы не будете сами. Обязательно Кто-то окажется рядом и утрет вашу слезу…

Дайте возможность Богу вдохнуть в вас жизнь, которая вытеснит депрессию. Пожалуй, это одно-единственное и самое надежное средство от модной болезни.

P.S. Вылечитесь сами, подскажите рецепт другу, а он пусть продиктует его своему знакомому… И если все депрессующие начнут применять это лекарство, то великая христианская депрессия вскоре перестанет быть великой, а потом и вовсе депрессией.

«НОВОСТИ ХРИСТИАНСКОГО МИРА»/Сайт студии VitaGraf

Портал-Credo.ru

Добавить комментарий