«Мы только кричали друг на друга через телевизор»




Роберт Легволд Профессор Колумбийского университета

Выступление на V Всероссийском конгрессе политологов:  

 

Первый концептуальный вопрос: администрация Обамы настроилась создать основу для новых отношений между Россией и США. Вопрос для России: Россия хочет усилить свое влияние на постсоветском пространстве. Как это сделать, чтобы ваши соседи не отвернулись от вас? Я бы даже не сказал, что российское правительство осознало пока проблему в такой постановке.
Еще одна проблема – концептуальная программа стратегического выбора. Каким образом Россия будет развивать отношения – в первую очередь с США и Европой или Азией и Китаем? Для России это фундаментальный вопрос. И отсюда еще одна проблема для США: если Россия качнется в сторону Европы и США, то у США будет концептуальная программа – как произвести соединение с Россией, если невозможно интегрировать Россию в Запад.
За последние годы США не смогли понять, чем Россия важна для американской внешней политики. Три последних американских правительства не смогли дать на это ответ, и из-за этого произошло несколько крупных провалов. У Обамы чуть другая ситуация. Это первое правительство, которое стало говорить четко, что Россия – это важно. Открытым текстом: Россия влияет на вопросы, важные для США, больше, чем США влияет на вопросы, важные для России.
Итак, первая стратегическая проблема: как разработать амбициозную уникальную программу для России, но при этом поддерживать независимую политику с теми странами, у которых с Россией конфликты? Первое – признать, что у России есть законные и уважаемые интересы на постсоветском пространстве. Не надо принимать российские определения, что законно, что незаконно, но критерии должны быть установлены.
Второе – необходимо поддерживать двунаправленное сбалансированное вовлечение России во внешнюю политику США.
Третье – это европейская безопасность. Мы в 1991 – 1992 году уже сделали для этого много. Но на постсоветском пространстве прогресс в отношениях невозможен, пока мы не решим проблем с безопасностью.
Теперь, что касается российских проблем, это, в первую очередь, усиление своего влияния без того, чтобы рассориться с соседями. Это не инстинктивный должен быть подход, и это не может случиться в одночасье, но Россия должна решить, что подход к соседям – это не политика кнута и пряника. Не заставлять, а убеждать и успокаивать.
[Для России] существуют три стратегических варианта. Первое – это интеграция с Западом, второе – это подстраивание под Китай в узком смысле или под БРИК в широком смысле. И третье – это думать и действовать по инерции, оставаться в одиночестве как большая держава. Медведев, по-моему, говорил о Солнечной системе России.
Если Россия думает, что можно быть «Крепостью-Россией» и выбирать по ситуации, с кем быть, – это в принципе возможно. Если Россия склонится к Западу, тому есть свои резоны. Но Россия правильно мыслит себя как мост.
Необходимо задать приоритет и определить, что важно между Россией и США. Это должен быть приоритет первого порядка. Из двусторонних отношений США – все скажут, [что на первом месте] Китай. Но на втором месте – Россия. И с учетом того, как администрация Обамы взялась за российскую политику, если вы посмотрите на всю его активность, есть много доказательств того, что России отдается высокий приоритет в американской политике.

Пока Россия не подала знак, что США – такой же важный приоритет. Обеим странам трудно признать это на публике, но для обеих стран это очень высокий приоритет.
Если в Копенгагене будет хоть что-нибудь принято по климату, то между США, Россией и Китаем должно развиваться трехстороннее сотрудничество, потому что они делают большую часть выбросов в атмосферу. И также вопрос Арктики. Здесь эти вопросы сливаются вместе – изменения климата, энергия, Арктика, 20% которой – спорная территория. И многие страны всерьез рассматривают военное решение этого вопроса. Поэтому Америке очень важно ставить высокий приоритет.
Второй вопрос – каким образом интегрировать Россию с Западом? Здесь США надо сделать выбор: хотят ли они вернуться к атлантическому единству времен холодной войны, или надо выбрать трехсторонний формат – Россия, ЕС и США. Я надеюсь, что США выберут второй подход. Но трудно сказать, что в США преобладает такой взгляд.
Теперь о встраивании отношений с Россией в отношения США – Китай. Они (отношения США – Китай) – исключительно двусторонние. Но я уже говорил про климат, можно еще сказать про контроль над вооружениями и другие сферы, где есть пространство для трехсторонних отношений.
И последнее – управление миром. Как управлять – «Большой восьмеркой», G20 и т.д.? Сейчас начинают говорить о «Большой двойке», но что бы это ни было – Россию отсюда нельзя вычеркнуть. В последнее время произошла очень интересная попытка сделать трехсторонние отношения Китай – Россия – Индия. Но не учитывалось, как в эти развивающиеся отношения будут включены отношения с США.
Мы сейчас говорим не только абстрактно, но и идеалистично. Я не думаю, что внешнеполитические ведомства начнут так же думать. Но я надеюсь, что исследовательские организации начнут думать в таких категориях.

Есть ли сейчас большая стратегия в отношениях США и России? Если бы я задал этот вопрос правительству США, сомневаюсь, что мне бы ответили. Да и в России тоже. Где должны быть отношения России и США через 4 – 5 лет? Насколько реалистично мы можем эту точку описать? Но мы в эту точку точно не придем, если мы ее не можем даже описать.

 

slon.ru

http://slon.ru/articles/193525/

Добавить комментарий