Религия в системе молодежной пропаганды Третьего рейха


Георгий Вермишев

 

Уже в главном, центральном тексте национал-социализма Mein Kampf можно увидеть основное противоречие, характерное для немецкого политического мифа: романтическое желание революционеров построить новую религию, основанную на древнегерманских верованиях и ритуалах, вступает в конфликт с чисто утилитарной позицией стремящихся сохранить власть политиков, вынужденных считаться с церковными институтами. Описанные тенденции в полной мере проявились и в молодежной политике Германии.

Трансляция нацистского мифа происходила через публичные мероприятия, СМИ и — частично — через кинематограф (в основном документальный, в меньшей степени развлекательный)30. Но главную ставку руководство Третьего рейха делало именно на воспитании. Гитлер прямо говорил: «Свою воспитательную работу я начну с молодежи. Со стариками уже ничего не поделаешь» (Hitler, A. (1936) Mein Kampf, s. 492 – 504. Munchen: Zentralverlag der NSDAP).

К моменту прихода нацистов к власти религиозное образование составляло неотъемлемую часть образовательной системы Германии, а по конкордату 1933 года Германия обязалась даже расширить поле деятельности католических пасторов в образовательной системе (ст. 19 – 25). Тем не менее, начиная с 1935 года началось постепенное отстранение Церкви от образовательного процесса. Участие учеников в богослужениях перестало быть обязательным, из билетов выпускных экзаменов изъяли вопросы по религии, из школьных программ практически исчезли уроки религии. Они вытеснялись новыми предметами, введенными в школьные планы национал-социалистами, — расовым учением или «мировоззрением».

Строго контролировалось свободное время учеников. По достоинству оценив итальянский опыт политической социализации в Opera Nazionale Balilla, нацисты параллельно развивают собственную молодежную политику. (Opera Nazionale Balilla (ONB) — молодежная организация итальянских фашистов, созданная в 1926 году на базе «Авангарда» — молодежного крыла чернорубашечников. ONB огромное значение придавала спортивно-патриотической подготовке, но здесь же осуществлялось и религиозное воспитание детей католическими священниками (капелланами). К 1937 году для полного контроля за всей деятельностью молодежи ONB преобразуют в военизированную организацию «Итальянская ликторская молодежь».)

Первые молодежные организации формируются в 1922 году, а к 1926 году оформляется единая официальная — гитлерюгенд. Однако с приходом Гитлера к власти перед нацистским руководством возникла проблема: в католических молодежных союзах на тот момент значилось порядка 1 млн членов, а еще около 600 тысяч членов было у Евангелической молодежи. Обе составляли серьезную конкуренцию гитлерюгенду.

Проблему протестантских молодежных союзов решили быстро; стараниями Людвига Мюллера, главы новообразованной «единой» «Имперской церкви» и ярого нациста, видевшего в Гитлере посланника Бога, уже в конце 1933 года последовал указ об их включении в состав гитлерюгенда. Здесь стоит оговориться, что марионетками режима стали не все лютеране, так что и о «единстве» речи быть не может. Так, Исповедующая церковь с 1934 года объявила о своей автономии от нацистского государства. Однако сохранить какие-либо молодежные организации она не смогла. Зато для трансляции политических мифов свои молодежные ячейки активно использовала «Имперская церковь». Так, например, в конце марта 1933 года подконтрольная ей «Евангелическая молодежь Германии» выпустила воззвание следующего содержания:

«Пробил новый час немецкой истории! С трудом еще раз Германия была вновь отведена от пропасти большевизма. <…> Вновь открываются богоугодные основы Родины, народа и государства. <…> В этот час евангелическая молодежь Германии должна знать, что ее руководство скажет радостное: «Да!» национал-социалистическому выступлению. Осознание того, что идет обновление жизненных основ всей народности, убеждает, что в этот час жизненные силы евангелизма принесут единственное спасение и обновление от распада и падения при Божественном руководстве и провидении. Господь уничтожит разложение и распад обычаев, профессий, семей, государства.» (Цит. по: Васильченко А. В. История гитлерюгенда. М., 2010.).

В отличие от евангелистов католическая молодежь в целом дистанцировалась от национал-социализма, хотя и поддерживала мифологему «сильного национального государства». Именно католическая молодежь внушала опасение национал-социализму, так как через строго иерархический епископат она была лучше защищена от унификации и слияния с гитлерюгендом. Благодаря Конкордату 1933 года им все же удалось достаточно долго сохранять формально независимый статус и просуществовать до 1938 года. Однако в течение всего этого времени деятельность католической молодежи подвергалась постоянным нападкам и ограничениям, а участники движения обязаны были немало времени проводить в гитлерюгенде.

Значительную часть немецкой образовательной программы занимала расовая теория. Но помимо «крови» (Blut), немецкая молодежь должна была хорошо знать и свою «почву» (Boden) — то есть разбираться в немецкой культуре и истории. Огромную роль в воспитании играла культура древней Германии, в которую нацисты пытались вдохнуть новую жизнь. Так, уже в младших классах германских детей знакомили с древнегерманским эпосом, его богами и героями («Песнь о Нибелунгах», «Беовульф»). Непосредственным символом движения гитлерюгенд стала руна Sowelu — «Великая руна победы». С другой стороны, молодежь активно вовлекали в ритуальную систему, базировавшуюся на древнегерманской культуре. Появились праздники летнего и зимнего солнцестояния. Традиционные христианские праздники были германизированы. Вместо Троицы предлагалось праздновать «Праздник высокого мая» (Maifeiertag), а вместо Рождества — «Праздник поднимающегося света» (Wintersonnenwende).

В одной из немецких пропагандистских статей 1939 года объясняется, что настоящий немец ни в коем случае не должен отказываться от празднования Рождества, но он должен углубить и обогатить его через празднование дня зимнего солнцестояния. Непосредственно Рождество предлагается проводить в семейном кругу, восхваляя Гитлера и материнство. При этом описание какого-либо христианского содержания праздника отсутствует. Правда, особой поддержки у населения переименование не нашло. В частности, П. Нойман в своих мемуарах рассказывает, как в 1938 году, будучи студентами элитной школы НАПОЛА, они праздновали Рождество, украшали елку и пели Heilige Nacht (Тихая ночь).

Куда больший восторг у юношей (в том числе и у Ноймана) вызывал обряд конфирмации, проводившийся теперь в рамках работы гитлерюгенда. Он превратился в своего рода рыцарское сакральное действо, когда ночью при свете факелов после короткой проповеди о чистоте намерений, мужестве и любви к родине мальчикам из юнгфольк (младшее отделение гитлерюгенда) вручались форменные кинжалы. Участники ритуала произносили клятву верности вождю и переходили в ряды собственно гитлерюгенда. Что характерно, нацисты не спешили исключать фигуру Бога из своих обрядов, однако наполняли церемонию новым содержанием. Вот какой текст выступления во время инициации предлагала группа партийных деятелей под председательством главы Германского трудового фронта Роберта Лея (инициативы эти воплощены лишь экспериментально):

«Вы не сможете быть сильными без живой веры в Бога на протяжении всей вашей жизни. Но это должна быть вера, которая ведет вас служить Богу не через слова, а через дела. Это должна быть вера, которая заставит вас считать себя божественным инструментом, призванным через труд, борьбу и созидание новой жизни служить порядку, правосудию и самой жизни. Вы никогда не должны чувствовать себя слугами или рабами Господа, вы — его воины!» («Jugendfeier — Lebenswende der Jugend» (1939), Der Hoheitsträger 1: 23 – 28.)

Свои задачи были и у девушек. Основой воспитания немецкой жены стал лозунг: Kinder, Küche und Kirche («дети, кухня, церковь»). Не следует, однако, ассоциировать его с пропагандой религиозности или набожности. Гитлер позаимствовал эту идиому у кайзера Вильгельма II лишь постольку, поскольку в ней были идеально сформулированы консервативные принципы, которым должна была следовать достойная фрау. Женщинам был ограничен доступ к высшему образованию, зато поощрялось материнство и земледелие. В 1936 году для девушек даже была создана специальная «Школа невест», где они проходили «курс молодой жены».

Фигура христианского Бога далеко не сразу исчезла из идеологического лексикона образовательной системы. В школах сохранились, например, молитвы. Однако их содержание было скорректировано. Обращаясь к Богу, школьники организованно, хором просили его: «Дай работу нам и хлеб», «Сохрани Гинденбурга и Гитлера, твердую опору нашего народа», «Храни милостиво Имперского Президента, неси нашего вождя в руках Твоих» и т. п. Позднее подобные молитвы стали направлять уже непосредственно Гитлеру.

Собственно говоря, культ фюрера является наиболее сложным феноменом с религиоведческой точки зрения. Можно ли считать почитание вождя религиозным? В одном из школьных диктантов 1934 года Гитлер прямо сравнивается с фигурой Христа:

«Как Иисус освободил людей от грехов и ада, так Гитлер спас немецкий народ от гибели. Иисус и Гитлер подвергались преследованиям, но в то время как Иисус был распят, Гитлер возвысился до канцлера. В то время как ученики Иисуса оставили его в беде, отрекшись от него, за Гитлера пало 16 товарищей. Апостолы окончили труд своего господина, мы надеемся, что Гитлер сам доведет свой труд до конца. Иисус строил для небес, Гитлер — для германской земли» (Кормилицын С. В. Гитлерюгенд: политизация германской молодежи // Вестник всеобщей истории. Вып. 1. СПб., 1997. С. 61.).

А профессор богословия Эрнст Бергман, опубликовавший в 1934 году 25 тезисов об отношении национал-социализма к религии, прямо заявлял, что Гитлер — «новый мессия, посланный на землю, чтобы спасти мир от евреев». Дж. Моссе приводит следующий пример утренней молитвы для детей, распространенной в Кельне:

«Фюрер, мой фюрер, ты ниспослан мне Богом, так защищай же и оберегай меня, пока я жив! Тебя, спасшего Германию от неисчислимых бед, благодарю за хлеб насущный! Будь со мной всегда и не покидай меня, фюрер, мой фюрер, ты — моя вера и светоч! Хайль, мой фюрер!» (Моссе Дж. Нацизм и культура. Идеология и культура национал-социализма. С. 285 – 286.)

На основании имеющихся материалов можно по крайней мере однозначно говорить о попытках утверждения среди молодежи представлений о богоданности фюрера (например, аналогично культам императора в Древнем Риме).

Помимо фюрера, почти религиозного почитания удостоились национальные герои-мученики, павшие в борьбе с коммунистами. Прежде всего, это знаменитый штурмовик и поэт Хорст Вессель. Вот, например, пассаж из больше похожей на молитву торжественной речи, произнесенной Рудольфом Гессом по случаю спуска на воду корабля, названного в честь Весселя:

Хорст Вессель умер, но Хорст Вессель стал бессмертным. О корабль, неси его бессмертное имя через моря… Пусть дух Хорста Весселя наполнит сердца мальчишек, которые станут мужчинами, служа под его флагом (Hess, R. (1938) Reden, s. 191 — 194. Munich: Zentralverlag der NSDAP.).

Вообще борьба Гитлера и его сподвижников за власть стала восприниматься как время героев — как легендарный отрезок истории.

Мы видим, что политические мифы нацистской Германии используют типично религиозные приемы: формируются культ героев и представления о легендарном времени (illud tempus); навязывается культ вождя как мессии; утверждается собственная система ритуалов. Эта новая идеология выросла не только из социальных проблем, связанных с поражением в Первой мировой войне, но и, в более широком смысле, из экзистенциального кризиса XX века. Политический миф нацистов нес в себе значительный антихристианский потенциал и был связан с архаическими германскими верованиями и традициями. Однако, превратившись из идеологов-теоретиков в реальных политиков, нацисты вынуждены были решать более актуальную проблему сохранения власти в своих руках.

Подавляющее большинство немцев оставались христианами, а нацистское руководство было связано политическими соглашениями с руководством Католической церкви (Конкордат 1933 года) и с большой частью протестантов (в виде «Национальной имперской церкви»). Эти противоречия нашли отражение в молодежной политике, которая осуществлялась через классическое образование и новосозданные идеологические организации (прежде всего гитлерюгенд). До последнего пытаясь сберечь отношения с Ватиканом и поддерживая иллюзию единства протестантских церквей, нацисты в то же время апеллировали к древнегерманским ценностям и религиозным представлениям как основе национальной идентичности.

 

Начало, см: «Основные истоки «нацистского богословия» религии Третьего Рейха», analitikaru.ru

Государство, религия, церковь в России и за рубежом, 2, 2014 [ 33 ]

Газета Протестант.ру

Добавить комментарий